Чтение онлайн

Я посмотрела даты занятий и с досадой заметила, что одно выпадает как раз на нашу поездку на дачу. Правда, оно было в обед, и, может, Настя согласится поехать позже. Ну, если нет — то не расстроюсь и останусь дома. Деньги мне явно нужнее, чем гулянки. Мои занятия в зале были оплачены вперед, но скоро придется платить снова. А к турниру надо еще подготовить костюм и прочее.

— Держи, — Мила протянула мне несколько тысячных купюр. Кажется, она платит мне слишком много, но когда кажется креститься надо, а я причисляла себя к атеистам.

— Спасибо, — скромно приняла оплату и внезапно кое-что осознала.

А кто платил в баре, я или Кирилл? Пошарилась по сумке, посчитала свои «копейки» и сделала вывод, что платила явно не я. Так не пойдет. Судя по моему состоянию, я выпила прилично и разорила Кирилла на немаленькую сумму. Правда, моих денег, наверное, и не хватит погасить долг.

Перед сном я ворочалась, борясь с сердцебиением, вспоминая его руки, губы и зубы на моей шее. Его не смущало даже то, что я была вся потная после пробежки. Денис бы уже верещал, что мне пора в душ.

Кирилл после вел себя так, будто ничего не произошло и снова начал использовать наш чат как свалку мемов. Это меня немного расслабило. Настя, на удивление, не стала донимать расспросами. Сказала, что я могу ей рассказать, когда посчитаю нужным. Она взяла инициативу в свои руки и целый час делилась со мной мыслями насчет Стаса. Наш ловелас оказался вполне адекватным парнем. Я не могла не порадоваться за Настю. Она светилась, когда говорила о своем «не-парне».

— Рано ещё о чем-то говорить! — возникала Настя. Хотя сама меня подгоняла с Кириллом.

Как будто мы могли чего-то не успеть в этой жизни. Мы еще такие молодые, столько всего впереди. Хотя, если сидеть на пятой точке, точно ничего не произойдет.

Как только определилась с расписанием, скинула его Насте. Она заверила, что всё решаемо и поедем тогда, когда я освобожусь.

Я решила прогуляться по Москве, пока не начались проливные дожди и лето не забыло, что оно лето. Август выдался поистине приятным. Доехала на метро до Библиотеки имени Ленина и двинулась по Воздвиженке в сторону Старого Арбата. Рассматривала витрины с сувенирами, всякими камушками, статуэтками, платками. Наслаждалась игрой уличных музыкантов. В который раз сделала селфи на фоне стены, посвящённой Виктору Цою. Дворами вышла на Пречистенку, а затем на Остоженку. По Садовому кольцу, вдоль Крымского моста дошла до Парка Горького.

Были бы деньги, села бы на теплоходик и поужинала, но… не судьба. Такая жизнь для меня в прошлом. Мой максимум — взять напрокат самокат и неспешно прокатиться вдоль набережной.

Прогулка вышла шикарная! Я освежила голову и освободилась от лишних навязчивых мыслей. Я просто впитывала в себя атмосферу города, запечатывала солнечные лучи на коже, дышала полной грудью и никуда не торопилась. Мне не нужен был никто, так хорошо было наедине с собой.

«Ты где?» — нарушил мою идиллию Кирилл.

«В Парке Горького катаюсь на самокате,» — ответила, остановившись и уйдя с велосипедной дорожки.

«Так ты из этих…»

«Из каких таких этих?»

«Из самоубийц. Хотя это даже заводит.»

«У тебя странный вкус,» — написала я, желая быстрее закончить переписку, ибо у меня время на самокате тикало. — «Что хотел?»

Показалось, что грубовато, но Кирилла это не смутило.

«Увидимся?»

С одной стороны — я безумно хотела с ним встретиться, с другой — увидимся на тренировке уже завтра. Хотелось чуть-чуть отдалиться, иначе я совсем сойду с ума от него. Это ненормально так окунаться в омут с головой, поддаваться низменным желаниям и слепо отдаваться на волю судьбе. Я это уже прошла с Денисом. Повторения не хотелось. Я решила это пока прогуливалась, но еще не сформулировала как преподнести свое решение Кириллу.

«Завтра на тренировке увидимся,» — ответила ему коротко.

Он прислал в ответ картинку со Ждуном. Дистанция — это не хорошо и не плохо. Да, меня тянуло к нему, и я даже очень недвусмысленно реагировала на него. Можно сказать, я страдала от того, что не чувствую его рук на себе и что приходится так сухо общаться. Но я не отказывалась от своих слов — я знала его только как танцора, как мастера своего дела, а как человека еще предстояло узнать.

У меня было время обдумать его слова, сказанные в парке. «В своих мыслях я делаю тебе больно,» — шептал Кирилл мне на ухо. Что бы это могло значить? Я не была уверена. Может, оно мне на самом деле не надо. Но почему-то создалось ощущение, что это мне понравится.

Нужно было дать нам время. Если Кирилл так сильно хочет меня, то придется подождать. Сама поразилась тому, насколько самоуверенной стала от внимания всего одного мужчины. Излишне самоуверенной, а потому сама себя осадила. Тело вторило об одном и том же, разум иногда сопротивлялся и выдавал ошибку.

Я свое состояние могла назвать удовлетворительным. Единственное, я не могла не думать о Денисе. Меня в принципе напрягало, что я думаю сразу о двух мужчинах. Один вычеркнул меня из своей жизни так легко и просто, другой — ворвался и захватил. А можно как-нибудь попроще? Я ведь не эстафетная палочка.

Вечер я провела в компании мамы Насти, которая любезно меня покормила. Я не переставала нахваливать её борщ (да, мне пришлось съесть суп, но это было божественно!). Густой наваристый бульон с большим количеством говядины не шел ни в какое сравнение с перемолотой жижей из брокколи, которую мама называла супом.

— Ох, в Настю не засунешь и ложки борща! — сетовала тетя Оля. — Ей, видите ли, не нравится вареная капуста!

Мама Насти была такой же громкой, как и её дочь. Я также продолжала восхищаться её ухоженностью. Моя мама тоже всегда была с иголочки, но её красота была холодной и острой как бритва. Тетя Оля же представляла собой тех женщин, которые притягивали тысячи взглядов. И мужских, и женских. На неё хотелось смотреть, не отрываясь. Одним взглядом или словом она смягчала даже самые черствые сердца. Насте безумно повезло иметь такую маму. Я ей завидовала белой завистью.

Мой телефон зазвонил. Это был Кирилл. Тетя Оля сразу обратила на это внимание. Глаза её были такие же зоркие, как и у Насти — двое из ларца одинаковы с лица. Я развернула телефон экраном вниз, посчитав невежливым прерывать наш с ней разговор.

— Почему не берешь?

— Да потом перезвоню, — стушевалась я и убрала волосы за уши.

— Ой, да ладно тебе. Иди поговори. По глазам вижу, как тебе хочется ответить, но ты смущаешься меня оставить. Я все равно собираюсь уже спать, — тетя Оля посмотрела на настенные часы. — И где носит мою дочь в такое время?! Совсем уж распоясалась.

Я знала, что Настя со Стасом, но не мне было сдавать подругу. Крамовы разберутся как-нибудь сами между собой.

«Теперь игнорируешь меня?» — прислал Кирилл.

«Не ной,» — резко послала в ответ, встала из-за стола и попрощалась с тетей Олей.

— Спокойной ночи, те… — мама Насти предостерегающе посмотрела на меня. — Спокойной ночи, Оля.

Она довольно кивнула, собираясь мыть посуду. Я попыталась предложить помощь, но она шикнула на меня как на нашкодившего Гарфилда, а я подчинилась. Не любила мыть посуду — от моющего средства очень сохли руки. Можно использовать резиновые перчатки, да вот беда — у меня аллергия на такие материалы. К слову, презервативы входили в список того, чего мне стоило бы остерегаться. После латекса у меня так всё опухало и чесалось, что я потом неделю ходила в раскорячку. Сначала мы с Денисом использовали защиту из других материалов, а затем и вовсе я перешла на противозачаточные таблетки. Какой-то особой разницы между сексом в презервативе и без я не заметила. Но говорят, это больше про мужские ощущения.