Чтение онлайн

Кирилл перешел к более сложным элементам. Я всё ещё с закрытыми глазами поддавалась каждой перемене, доверяла своему партнеру. Каким-то удивительным чудом мы повторили один из номеров к соревнованию всего лишь под ритмичное «ла-ла-ла» Кирилла. И, когда открыла глаза, я словно не стояла посреди тренировочного зала, на паркете. Мир вокруг померк на фоне его глаз, с непередаваемой любовью смотрящих на меня. Я утонула в этих чистых голубых глазах.

— Я люблю тебя, — прошептала я, позабыв о всякой злости, что змеей извивалась по венам.

Кирилл явно не ожидал моего признания. Сколько ни собиралась с мыслями, да всё никак. Слова терялись не достигнув рта. Но насколько они нужны были ему? Я не знала, а спросить боялась. Мысль о том, как сильно я привязалась к Кириллу пугала меня. Мое к нему отношение было тяжело выразить даже простым «Я люблю тебя». А потому вес этих слов с каждым днем всё увеличивался. Они наполнялись большим смыслом.

Кирилл сначала будто и не понял, что я сказала, но затем улыбнулся как никогда. Таким счастливым я его ещё не видела. Он подтянул меня к себе, целовал брови, веки, щеки, губы. Сжал так крепко, будто я могла убежать. В чем-то он был прав. Я занервничала, стоило обличить то, что на душе.

Кирилл закружил меня на месте, подхватив на руки.

— Ну, наконец-то! Это надо отметить!

Я засмеялась, радуясь его детской искренности.

— Только не сегодня.

Кирилл опустил меня на пол.

— Узнаю, что изменяешь мне с кем-то: убью обоих.

Я снова засмеялась. Уже пуще прежнего. Приступы ревности — это что-то новенькое. Этим из нас двоих страдала скорее я. И хоть Кирилл почти не переставая говорил, что я для него красивее всех, девушки, с которыми он работал, по моему личному мнению, были куда привлекательнее. Та же Альбина. Она продолжала делать вид, что я пустое место.

— Нет. Я уже обещала Насте. Не могу её подвести.

— Женские секретики?

— Что-то вроде того. Повторим еще раз с самого начала? — я включила музыку на колонке. — Я, кажется, поняла, что ты хотел сказать. Как бы тупо это не звучало, но я перестала танцевать, танцуя.

Кирилл потрепал меня по голове в одобрительном жесте и чмокнул в щеку, а затем встал в стойку и мы еще раз прогнали всю программу от начала до конца, но в этот раз я не получила ни одного замечания. Мне самой очень понравилось наше отражение.

— Ты не критикуешь, потому что тебе меня жалко?

— Нет. Ты действительно большая молодец, Майя. Горжусь тобой.

Улыбка не сходила с моего лица.

— Просто у меня самый лучший учитель на свете!

— Отчего-то захотелось прикупить тебе костюм школьницы, — ухмыльнулся Кирилл и получил от меня шлепок по заднице скрученным полотенцем.

— Так вот какие у тебя сексуальные фантазии? Может, мне лучше надеть юбку карандаш и прикупить указку? Могу даже очки бутафорские надеть.

— Ммм, — томно протянул Кирилл. — А мы можем запланировать оба этих варианта?

— Я проверю свое расписание.

— Пришли мне на почту окошки. А лучше — запиши меня во все свободные окна.

Окрыленная наконец удавшейся тренировкой и флиртом, я упорхнула домой к Насте и тете Оле. А всё потому, что та учила меня готовить, как я и хотела. Сегодня в меню: мясо по-французски, селедка под шубой и жареные баклажаны с сыром, чесноком и грецкими орехами. В дни, когда тетя Оля не была на смене, я помогала ей готовить ужин. Настя первые дни терялась из дома и предпочитала проводить время со Стасом, ибо то, что вышло из под моего ножа, есть было невозможно. Выглядело некрасиво, несъедобно, а запах гари после первых моих котлет стоял еще неделю. Но позже тетя Оля заставила её проводить «семейные вечера» с нами. И Настя также стала неотъемлемым участником процесса. В этот вечер она оказалась удостоена чести нарезать баклажаны на ровные полосы.

— Не люблю баклажаны. Зачем мы их готовим? — вздыхала Настя.

— Чтобы ты спросила. Режь давай, — приструнила дочь тетя Оля.

— Стасу отнесешь завтра. Они как раз настоятся, — подбодрила подругу. — Он тебе только спасибо скажет.

— Ты вообще собираешься меня с ним знакомить?

Тетя Оля отвлеклась от мяса и вопросительно взглянула на дочь. Настя высунула язык и стала похожа на свои детские фотки, где она часто кривлялась на камеру.

— Рано еще.

— Ты уже итак к нему почти переехала. В смысле рано? — продолжала допрос тетя Оля.

Она всегда начинала разговор про Стаса при мне. Так у Насти не оставалось выбора, ведь я была на стороне её мамы в этом вопросе. Подруга действительно практически съехала с квартиры. В комнате даже вещей её стало меньше и мне не составляло труда поддерживать порядок. Даже больше — убираться практически не приходилось.

— Привела значит мне Майю, чтобы свалить под шумок? А потом что? Внуков подкинешь также по-тихому?

Я прыснула в кулак, и у меня выскользнула в таз с водой недочищенная картошка. Чистка давалась мне уже куда лучше, больше половины картофеля не отправлялась в мусорное ведро. В первый раз у Насти и тети Оли чуть инфаркт не случился, когда мне дали в руки нож.

— Мам, какие внуки! Не торопишь ли ты события, как обычно?!

— Ну а что? — ворвалась в разговор. — Ты раньше вообще говорила, что вы не встречаетесь. Потом месяце на седьмом беременности только поймешь, что беременна.

Тетя Оля захохотала, до слез. Вытерла их тыльной стороной ладони и погрозила Насте пальцем.

— Я те дам, Настасья, если будешь вести себя неподобающе.

— Да что я сделала?!

— Выросла, — тихо подытожила я и смех отчего-то резко прекратился.

— Да уж. Такие вы, девчонки, уже взрослые. Как вас отпускать-то? То одна ушла к парню, то другая.

— Я не уходила. Это было временно.

— Ох, маман, мы всё равно не будем жить с тобой вечно. Смирись с этим!

— Может, если одна из вас купит себе большой домик, то найдется для меня комнатка? — мечтательно пробормотала тетя Оля.

Настя сразу же покачала отрицательно головой:

— Мам, ты не сможешь жить в доме. Вдалеке от своей больницы.

— И то правда. Буду работать, пока не слягу.

— И вот тогда я заберу вас к себе в домик, если ваша дочь откажется, — улыбнулась я во весь рот и оглядела семейство Крамовых.

— Легко говорить тебе, Майя. Мать — режиссер Большого театра, а парень — наследник какой-то сети супермаркетов.

— Настя! — тетя Оля хлопнула по губам дочь. — Такую чушь сморозила!

— Ладно, согласна. Причем тут родители Майи и Кирилла.

Меня это не задело. Ни на каплю. Я лишь сдержала смешок, так как не суть важно, кто наши родители.

— Мы сами в состоянии заработать.

— Конечно, Майя, прости. Я не хотела тебя обидеть.

— Деньги — это такая непостоянная вещь. Сегодня есть, а завтра — фьють. Хоть режиссер, хоть директор, хоть анестезиолог. Занимайтесь, девчонки, тем, что приносит удовольствие и ни дня не будете работать.