Чтение онлайн

Илона полностью разделяла Димины эмоции, смотрела на его лицо — уставшее, но по-прежнему притягательное, на его перебинтованные руки, спасшие им жизнь, чувствуя при этом, как внутри разливается приятное, нежное тепло.

— Потом приехала полиция, я им объяснил, что произошло, и передал пистолет. Они вытащили ублюдков, а нас забрали медики и привезли сюда.

— А как Николай Петрович? — спросила она, уводя себя от мыслей о Масленникове.

— Держался. Я переживал за него. И за тебя… — он снова крепко сжал ее пальцы. — Все думал, как ты дойдешь, не случится ли чего по дороге, сможешь ли найти телефон. И лишь когда прибыли полиция и «скорая», я немного успокоился. Решил, что тебе все удалось. Ты молодец! — привстав, он осторожно обнял ее.

— Дима, — прошептала Илона, — а что это было? Ну, перед тем, как тебе стало жарко?

Он чуть отстранился, чтобы посмотреть на нее. Сперва его лицо казалось серьезным, будто он тщательно обдумывал ее вопрос, а потом на губах заиграла загадочная улыбка.

— Мой дух в этот раз не забирал, а давал. Он не хотел, чтобы я умер, — прошептал он.

Звук открываемой двери заставил его резко отпрянуть от Илоны и обернуться.

— Мам! — в палату влетела Кристина, а следом за ней вошел ее отец.

Девочка, словно не замечая присутствия Димы, бросилась к Илоне и крепко обняла.

— Кристина… — прошептала Илона, прижимая дочь к себе.

Как она боялась никогда ее больше не увидеть! Как переживала за нее, за них обеих. И сейчас, сжимая ее в объятиях, Илона думала лишь о том, что у нее нет никого ближе и роднее ее девочки. Какое это счастье, что они снова вместе, и эти ужасные события не смогли разлучить их.

— Мам, я так испугалась, когда мне позвонили и сказали, что ты в больнице. Мы с папой сразу поехали! — проговорила Кристина, поднимая на мать огромные голубые глаза, влажные от слез. — Как ты себя чувствуешь? Что, блин, случилось?!

— Прости, что напугала тебя, — Илона погладила дочь по щеке, вглядываясь в милые черты. — Со мной все в порядке. Правда…

Только сейчас Илона заметила и неровно завязанный хвост, и пуговицы на розовой кофте, застегнутые через одну. Такое у всегда аккуратной Кристины случалось крайне редко. Переживала сильно, торопилась… Милая, дорогая Кристина!

— Иди сюда, — Илона вновь крепко обняла дочь, вдыхая ее нежный запах.

— Надеюсь, ты мне все расскажешь! — Кристина, отстранившись, надула губы и обернулась туда, где стоял Дима, но его в палате уже не было.

— Расскажу, — пообещала Илона и посмотрела на Женю. — Можно ей пока побыть у тебя?

— Разумеется, — он кивнул. — Мы же договорились, что она со мной до конца недели. А ты это… Выздоравливай поскорее! Как же тебя угораздило?

Илона слабо улыбнулась. В его серых глазах читалось искреннее беспокойство и тревога. Все же не чужие люди, несмотря на развод. У них общая дочь, которую он очень любит и прекрасно совмещает это с новой семьей. Да если бы не Женька, что было бы тогда с Кристиной во время всех ее злоключений в заброшенной больнице? Правильно, что они сохранили дружеские отношения с бывшим мужем, и он продолжает заботиться об их ребенке. И, наверное, обязательно продолжил бы, если бы она погибла.

— Да она моталась с Димой Масленниковым по заброшкам. Вот и угодила в историю! — в голосе Кристины слышалась обида. — Честно говоря, мам, я думала, что он давным-давно уехал из Старославля, а он, оказывается, все это время был здесь! Как так?

— Я потом тебе все объясню, — Илона устало вздохнула и откинулась на подушку — эти разговоры с утра отняли у нее очень много сил.

— Ладно, мам, — девочка поднялась. — Хочешь, я посижу с тобой еще? Или мы пойдем?

— Видишь, мама очень устала, — Женя положил руку девочке на плечо. — Пусть отдохнет, а мы приедем к ней вечером.

— Жень, можно тебя попросить принести мне какой-нибудь телефон, а то мой пропал, — попросила Илона. — Не могу быть совсем без связи.

— Да, конечно, — ответил он, после чего вывел Кристину и закрыл дверь.

Оставшись одна, Илона погрузилась в глубокий сон и проспала весь день до самого вечера. Принесли ужин. Хотелось домой и как можно скорее забыть про весь этот кошмар.

— Скажите, а Масленников еще в больнице? — решила поинтересоваться Илона у медсестры, которая расставляла тарелки на столике.

— Нет, он уехал, — ответила та. — Вам нужно немного поесть. Сможете сами или вам помочь?

«Уехал? Куда? Ничего не сказал… Не зашел попрощаться. Теперь-то точно навсегда!» — с грустью подумала Илона, поднося к губам стакан с водой.

***

22 декабря, четверг

— Маам, у меня к тебе важный разговор! — заявила Кристина, входя в комнату к Илоне.

— Да? Как интересно! Слушаю! — Полянская закрыла на компьютере документ и развернулась к дочери.

После событий в заброшенной больнице прошел ровно месяц. Вернувшись домой, Илона решила, что чувствует себя достаточно хорошо, чтобы приступить к работе. Николай Петрович Крылов тоже быстро шел на поправку. Вскоре он уже вернулся к должности заведующего кафедрой и принял активное участие в подготовке к конференции, никого при этом не посвящая в подробности своей личной жизни, а также в то, что сталось с его женой. Наверняка, уже бывшей. Впрочем, если захочет — расскажет. А нет — значит, так правильнее.

К счастью, после нескольких допросов подозрения с них были сняты, а вот Андрей Вильнет и его помощник Валера все еще находились под следствием. Полиции удалось найти достаточно доказательств его чудовищных экспериментов над пожилыми людьми, и теперь их ждет суд. Илона надеялась, что их накажут по справедливости. Таким поступкам нет оправдания!

Конечно, история доктора Вильнета всех потрясла, но из-за него никто не собирался отменять научно-практическую конференцию, назначенную на начало декабря. Просто решили пригласить другого специального гостя — Мохова Сергея Викторовича, ученого-танатолога из Москвы, чьи работы с таким интересом исследовала Илона. Для нее это было отличной возможностью познакомиться с ученым лично, пообщаться на близкие им обоим темы, но… Помимо этого, деловая встреча на конференции к удивлению обоих закончилась походом в ресторан.

Сергей Мохов оказался не только весьма приятным собеседником, но и привлекательным молодым мужчиной. Будучи польщенным интересом Илоны к его книгам, он и сам задавал ей многочисленные вопросы о работе, слушал внимательно ее рассуждения, восхищался общностью интересов, при этом смотрел на нее долго, пристально, чуть склонив голову набок, делал ненавязчивые, изящные комплименты, не скрывая своей симпатии и желания продолжить знакомство.

— У меня сейчас появилась идея совместного научного проекта, — произнес Мохов. — Как вы смотрите на то, чтобы углубиться в тему исследования вопросов смерти, сосредоточившись на уходовых практиках и паллиативном наблюдении за умирающими людьми? Учитывая то, что вам самой пришлось пережить… Я приглашаю вас в Москву, в Институт этнологии и антропологии РАН, где я являюсь научным сотрудником. Что скажете, Илона Сергеевна?

— Можно просто Илона… — девушка улыбнулась. — Я подумаю над вашим предложением, Сергей Викторович.

— Можно просто Сергей, — он улыбнулся в ответ, осторожно коснувшись ее ладони, лежавшей на столе.

Полянская, безусловно, была рада последующему общению, и кто знает, во что бы это могло вылиться в дальнейшем. Все же Сергей Мохов, несмотря на громкое имя в научной сфере, был более реалистичен и понятен, нежели человек из другого социального слоя, коим являлся блогер Масленников. Слава, популярность, деньги, модные тусовки, закрытый элитный круг общения — от всего этого она была очень далека. Однако он продолжал занимать все ее мысли.