(Не) замужем
Шрифт:
Мамочка дорогая, кажется, теперь я понимаю, что случилось на выпускном.
Если я реагирую так на Рафаэля в трезвом виде, представляю, что творилось со мной пьяненькой.
Глава 35. Что случилось ночью
Рафаэль
Что за женщина? Что за сладкая конфета? А главное – как реагирует!
Пластилин в моих руках. Что хочешь, то и лепи… А я хочу, да.
Я так сильно ее хочу, что у меня причинное место будто дергает током.
Вконец смелею, вытаскиваю из ее джинсов белую футболку, забираюсь под тонкую ткань, нежно глажу кожу плоского живота, линию талии. Поднимаюсь выше, добираюсь пальцами до чашечек бюстгальтера.
Это как точка невозврата.
Четко осознаю, что если суну пальцы ей под лифчик, то мне окончательно снесет крышу. Я же помню, какое у нее там все замечательное.
Собственно, я это замечательное пытался забыть при помощи кучи бессмысленных контактов в университете. И тем не менее до сих пор помню, как было приятно мять ее грудь в руках. До чего это было упоительным и возбуждающим занятием.
Кристина продолжает обнимать меня за шею.
Ее губы мягкие, податливые, она с готовностью отвечает на мои поцелуи.
Ей-богу, хоть здесь разворачивай ее задницей, стаскивай джинсы, прогибай, как тебе надо, и бери.
Я бы так и сделал, но…
Но гребаные презервативы в спальне, до них еще надо добраться.
А я прекрасно помню, чем закончился наш с Кристиной последний незащищенный секс. Точнее, в ночь выпускного первые два раза я пользовался резинкой, но в третий раз она у нас порвалась. Четвертой у меня не было, а прерванный акт – это не мой вариант, как показала практика.
Я нехотя от нее отрываюсь, шепчу в губы:
– Пойдем в спальню.
– А? Что?
Она даже не понимает, о чем я. Выглядит так, будто только что вынырнула из забытья.
Вынырнула и разом отдалилась от меня…
– Раф, нам не надо, – она отстраняется от меня, убирает с плеч руки.
– Надо, – уверенно заявляю. – Нам срочно надо в спальню, резинки там. Нам же не нужен шестой ребенок, так?
Как только Кристина это слышит, отскакивает от меня на целых полметра.
Эм, про ребенка это я зря…
Девчонка выглядит напуганной. Нашел о чем ляпнуть в такой момент. О шестом ребенке!
– Тихо, тихо, – пытаюсь ее успокоить. – Не бойся, иди сюда…
Снова сгребаю ее в охапку, целую сначала в щеку, потом в губы.
Кристина пытается упираться, но по итогу не слишком старается.
– Пойдем в спальню, – снова ее зову.
– Нет, не пойдем, – спорит она, в очередной раз от меня отстраняясь. – Отпусти, а то немедленно закричу!
– Да е-мое…
Что ж ей так кричать охота?
– Не закричишь, – хриплю ей на ухо.
А потом наглым образом разворачиваю Кристину к себе спиной и закрываю ей рот ладонью. Плотно зажимаю ее губы. Так она при всем желании и писка не издаст.
Ожидаю, что Кристина вопьется ногтями мне в руку, но все, что она делает, – лишь цепляется за нее, да так, будто использует в качестве опоры, а не пытается убрать.
Ей приятно, что я зажал ей рот, что ли? Или от того, что прижал ее к себе спиной?
Чуть отстраняюсь, наклоняюсь к ее затылку. Убираю свободной рукой с ее шеи волосы и прохожусь губами по нежной коже, до сих пор хранящей аромат апельсина и конфет. Знать бы, откуда только взялся!
Искренне наслаждаюсь этой украденной минутой близости, провожу языком по коже. Вкусно! Аж глаза закатываются.
Вдруг вижу, как у нее по коже бегут мурашки. Она будто вся ими покрыта. Ей настолько приятно?
Нехотя отпускаю ее рот.
Ожидаю, что закричит, спрашиваю:
– Я не сделал тебе больно?
– А? – Она будто очухивается. – Нет, не сделал. То есть немедленно выпусти меня из ванной, медведь ты этакий!
Ага, выпусти.
Стоит мне ее выпустить, она скинет с себя то возбуждение, какое я заставил ее испытать. Еще обидится потом, что полез к ней, и решит уйти. А я как тут буду один после такого?
Не пущу.
– Мне пора спать, отпусти, пожалуйста, – стонет Кристина, хотя по-прежнему не стремится от меня отдалиться.
– Ты сегодня спишь в моей спальне, – жарко шепчу ей на ухо. – Со мной.
– С чего ты это решил? – она очень искренне удивляется. – Не-е-ет…
Резко разворачиваю ее лицом к себе, беру за плечи, заставляю упереться спиной в стену и заглядываю в глаза. А они пьяные… Будто после коктейля. Не знал бы, что трезвая, подумал бы, опять тайком выпила, как тогда.
– Со мной спишь, – повторяю максимально четко.
– Рафаэль, – продолжает она стонать.
Эротично так!
Не жду, пока она начнет засыпать меня своими «нет». Снова жадно целую ее в губы. С удовольствием протискиваюсь языком в ее нежный рот, параллельно опускаю руки на талию, снова хочу забраться под футболку.
Кристина хватает меня за пальцы.
– Не надо, – тихо просит.
– Ну что такое? – нетерпеливо рычу ей в ухо. – Ты кому верность хранишь? Этому козлу, что ли?
– Нет, – она чуть виновато качает головой.
– Тогда что? Не хочешь?
Она вся подбирается, упирает в меня не слишком осознанный взгляд, говорит почти твердо:
– Я не пойду к тебе в спальню, ясно?
– Не пойдешь? – переспрашиваю сердито.
– Не пойду! – она упрямо хмурит брови.
Шумно выдыхаю, наконец решаю, что с меня хватит этих мучений.
– Как скажешь.
– Что? – она явно удивлена моему согласию. – Я не пойду, ты услышал меня?
– Да без проблем, – киваю.
А потом, пока она еще не успевает очнуться, хватаю маленькую упрямую злыдню на руки.
– Что ты делаешь? – взвизгивает она.
– Не хочешь идти – не надо, я понесу, не гордый…
С этими словами тянусь к ней, снова целую.
Что удивительно, никакого сопротивления больше не встречаю.
Кристина обвивает мою шею руками, будто сдается, тихо спрашивает:
– У нас же будет только одна ночь, и все, да? Назавтра мы все забудем, как будто ничего не было, да?
– Ага, именно так и поступим, – соглашаюсь, легко посмеиваясь.