(Не) замужем
Шрифт:
– Какой ерунды, например? – хмыкает мама. – Что ты жлоб, который плевать хотел на своих детей?
– Вот точно! – хлопаю в ладоши. – Ты как с языка сняла. Стопроцентно она меня таким перед детьми и выставляет, при этом своей вины не видит, все на меня сваливает. Я ж ей и трехкомнатную квартиру предложил, и содержание, а она носом покрутила и сбежала к любовнику. И после этого я – неверный муж и паршивый отец?
– Сынок, – говорит мать, нахмурив брови. – А ты вправду считаешь себя хорошим отцом?
– Естественно, – пожимаю плечами. – Кто их кормил, поил? Кто им купил всю эту одежду, которую я недавно забрал из квартиры Кристины? Каждый девчачий носок и трусы были куплены на мои деньги. Я забрал все подчистую, даже старые игрушки. Ибо не заслужили! Ибо совесть иметь надо! В платьях, купленных на мои деньги, они ходят, а отцу родному квартиру вымыть западло, так получается? Если уж на то пошло, я нашел место, куда можно продать детскую одежду и игрушки. Продам все под ноль и правильно сделаю. Пусть это послужит им уроком…
Наблюдаю за матерью и не могу понять одного – почему у нее вдруг перекосило лицо? Она будто пьет не кофе, а чистый лимонный сок.
– Что я не так сделал или сказал? Что ты на меня так смотришь?
– Вроде бы я рожала человека, – тянет она задумчиво. – Почему же в итоге получился такой олень…
Слышу это и буквально задыхаюсь от злости.
– Кто олень? Я олень?! Мама, я от тебя такого не ожидал! Чтобы ты, интеллигентная женщина, опустилась до подобных оскорблений…
Мать морщит лицо, смотрит на меня с недоумением и отвечает:
– Действительно, чего это я опускаюсь до оскорблений. Шел бы ты, сынок, домой, а? А то от твоих историй как-то подташнивает…
– Ты что, опять? – трясу кулаками в воздухе. – Я пришел к тебе за поддержкой! За помощью, а ты… Ты ведешь себя, извини уж, как стерва!
– Пошел вон! – Мать смотрит на меня уж совсем неприветливо. – Раз я стерва, значит…
В этот момент понимаю, что перегнул палку. Надо срочно налаживать контакт, иначе мне вместо помощи будет дуля с маком. С матери станется, и вправду выставит.
– Мама, ты не можешь бросить меня в такой ситуации, – развожу руками. – Ты просто обязана мне помочь!
– Сколько тебе можно помогать? – возмущается она. – Ты же только и делаешь, что перекручиваешь мои слова и все делаешь наоборот. Помощь идиотам – неблагодарное дело. А ты идиот, Максим!
– Я?! – шиплю с выпученными глазами.
– Ты еще обидься, – усмехается она.
А я бы и обиделся, да очень помощь нужна. Так что я потом пообижаюсь, оптом, за все.
Заламываю руки и снова прошу:
– Я же не справлюсь без твоих советов! Меня завтра разведут, и семья – тю-тю. Но главное, Кристина ж потом побежит подавать на раздел имущества, а это понимаешь, чем пахнет?
Мать непрошибаема, смотрит на меня, как на насекомое.
Не пойму, в чем дело. Чем я ее так достал?
Кидаю главный козырь:
– Мама, я без тебя пропаду… Ты же не можешь позволить, чтобы твой единственный сын пропал?
– Пропадешь, факт, – вздыхает она. – Ладно, слушай, что тебе нужно делать. Только в этот раз без идиотской самодеятельности! А то школьные платья он у второклашки забрал и продать их рад. Только придется тебе, Максимка, в этот раз конкретно потратиться…
Она начинает выдавать новый план.
Чем дольше ее слушаю, тем сильнее мне плохеет.
Глава 43. Этот странный Макс
Кристина
Я выхожу из зала суда на негнущихся ногах.
На улице меня встречает Рафаэль. Он ждет меня тут с детьми, с надеждой всматривается в глаза:
– Ну что, как прошло? Развели? – спрашивает он.
– Месяц на примирение, – шепчу одними губами.
– Как так? – Он тут же начинает злиться. – У тебя же отличный адвокат, он собрал кучу аргументов!
Кутаюсь в куртку и внутренне ежусь, вспоминая все то, что случилось на суде.
О, еще недавно я не знала о том, что в моем почти бывшем муже погиб такой гениальный актер.
Что он нес на суде… Это надо было слышать!
«Помогите мне спасти семью! Не лишайте детей отца!»
И так далее и по тому же месту.
Но главное не это, а то, как он преподнес ситуацию, когда ему дали слово: «Моя жена ушла от меня к сожителю. Это агрессивный и злобный человек, когда я попытался увидеться с детьми, он ударил меня!»
С этими словами Максим продемонстрировал судье свой фонарь под глазом, а потом продолжил: «Но я не обидчивый, не стал подавать жалобу. Я только хочу вернуть мою жену, я верю, что со временем она одумается. Пожалуйста, только не лишайте меня и детей шанса на счастье. Глупая женщина, не ведает, что творит…»
– Рафаэль, лучше бы ты ему тогда не в глаз дал, а куда-то ниже, где не видно, – стону, упираясь лбом ему в плечо.
– Ну уж прости, куда попал, – беззлобно ворчит он. – Не переживай, Крис. Все равно разведут, а до этого времени я тебя в обиду не дам. И потом не дам…
Меня до сих пор трясет от всей той ереси, что Максим нес на суде, но рядом с Рафом чувствую себя хоть немного лучше.
Дети облепляют нас со всех сторон.
– Обнимашки! – кричат хором.
И мы обнимаем их, насколько хватает рук, ведь их у нас всего четыре, а детей пять…
Однако картину портит все тот же Максим, проходящий мимо.
– Недолго вам осталось обниматься, – пророчит он.
Кристина
Я слышу звонок в дверь и спешу в прихожую.
Иду как есть – в фартуке, с половником, ведь готовила для детей суп.
Уверенная, что это доставка продуктов, которые я заказала, открываю дверь.
Однако на пороге не курьер.
Там Максим собственной персоной. Причем недовольный моим видом.
– Что, он уже превратил тебя в кухарку? – возмущается бывший. – Не ценит он тебя, Кристина. Вот я…
– Ты че приперся? – шиплю на него, параллельно перехватывая половник на манер дубинки.
– Почему ты воспринимаешь меня только в штыки? – возмущается Максим. – Я вот принес детям подарки, стараюсь меняться…