Чтение онлайн

— Я думал, это поможет, — говорит он тихо. — Ведьма эта так на тебя набросилась, и все так пялились. И я решил… Ну…

Я вздыхаю, качая головой. Перевожу взгляд с его лица ниже и замечаю, что его одежда вся мокрая.

— Ты весь мокрый.

— А? Да, я с тобой искупался, — полудемон пожимает плечами. — Вообще, я шёл, чтобы позвать тебя обратно, но услышал громкий всплеск.

— Ты спас меня? — уточняю, не веря своим ушам.

Он кивает.

— Ага. А что ты думала, я буду просто стоять и смотреть, как ты барахтаешься? — он иронично вскидывает брови, и его губы трогает легкая ухмылка.

Несмотря на его клоунаду, я вижу и чувствую искренность. Захария лишь очередное доказательство того, что большой и сильный не значит грубый и жесткий. Он мягкий и тёплый, совсем как пуховое одеяло, которым можно укрыться в холодную погоду.

— Спасибо, — говорю тихо, чувствуя, как внутри растекается тепло.

Полудемон улыбается, напряжение между нами немного спадает.

— Мне правда жаль, Мора, — повторяет он. — Я не знал, что ты так отреагируешь.

— Знаю, — вздыхаю я. — Но в следующий раз, пожалуйста, предупреждай. Это было неожиданно и… неприятно.

— Неприятно? Я так плохо целуюсь? — я слышу его потрясённый голос и закатываю глаза, чуть ли не фыркая.

— Я не буду проверять второй раз, — отвечаю, стараясь не поддаваться смеху. — Сильно вам влетело? Я так понимаю, многих поймали? — интересуюсь, пытаясь сменить тему.

— Да, — Захария мрачно кивает. — Я вытащил тебя из воды, но ты была без сознания, поэтому пришлось вернуться. — Он откидывается на спинку стула и отводит взгляд. — В коридоре нас поймал комендант во время обхода и вызвал Девана.

— Я слышала, как он кричал, — я сочувствующе киваю. — Наказал?

— Запретил всё, кроме учёбы. Ещё мы должны помогать с уборкой и другой работой без магии, — парень кривится, явно недовольный такой перспективой. — Если узнает, что жульничаем, накажет ещё строже. И всё это на протяжении месяца.

Я вздыхаю, уже представляя. Уборка звучит не так страшно, я всё равно не владею бытовой магией. Другая работа — вот тут надо задуматься. Что он может заставить делать? Таскать на спине мешки с грунтом для рассады? Помогать с готовкой в столовой? Помогать в библиотеке? Да кто ж его знает, этого Арэна.

— И мне придётся делать то же самое?

— Нет, — Захария качает головой. — Деван сказал, что придумает для тебя отдельное наказание.

— Отлично, — саркастически отвечаю, откидываясь на подушки. — Как будто у меня и так проблем мало.

Особое внимание для особой адептки, в его стиле. Внезапно, как гром среди ясного неба, в голове всплывают слова, услышанные на вечеринке: "Арэн проклят", "Тёмная сущность". Моя кровь стынет. Почему именно для меня особое наказание?

Я вспоминаю обрывки того разговора у костра. Ведьмы говорили, что Арэн продал душу, воскрес из мёртвых, что он больше не маг. Вначале это казалось глупой сплетней, но теперь…

Нет, я просто накручиваю себя, это полный бред. Конечно, Арэн строг, но тёмная сущность? В это трудно поверить.

Дверь лазарета снова открывается, и возвращается целительница. Она бросает недовольный взгляд на полудемона.

— Море нужно отдыхать, — говорит она голосом, не допускающим возражений.

Захария неохотно поднимается, понимая, что его выгоняют.

— Мы поговорим позже, ладно? — говорит он, уже идя к выходу.

Я киваю, и он выходит из комнаты. Целительница протягивает мне несколько пузырьков с зельями.

— Выпей это и отдыхай. Тебе нужно восстановить силы.

Послушно выпиваю лекарства, чувствуя, как тепло разливается по телу. Послевкусие, конечно, мерзкое. Женщина уходит, оставляя меня одну. Комната наполняется тишиной, и мои мысли снова начинают блуждать.

Вспышки света. Я снова и снова прокручиваю в голове тот момент. Что это было? Магия? Болезнь? Видение? Самой мне в этом не разобраться, знаний о собственном даре у меня практически нет. Может быть, стоит поговорить с деканом? Старый маг наверняка сможет помочь, только бы он меня выслушал для начала.

Я закрываю глаза и пытаюсь расслабиться, устраиваясь поудобнее на кровати. Сейчас главное — отдохнуть и восстановить силы. Остальное можно будет решить позже.

Зелья творят чудеса, и я чувствую себя гораздо лучше. Не думала, что человека так быстро можно поставить на ноги с помощью всего лишь пары микстурок и хорошего сна. А выспалась я действительно хорошо, наверное, впервые с момента, как оказалась в Академии. Никаких забот, никакой тревоги, только ешь и спи. На мгновение мне даже расхотелось уходить, но всё-таки пришлось.

Вернувшись в общежитие, я сразу же сталкиваюсь с Талией и Лиарой, как только открываю дверь. Девочки сидят на кроватях, каждая занята своим делом, но сразу же оборачиваются на звук.

— Мора! — вскрикивает Талия, вскакивая с места и бросаясь ко мне с объятиями. — Мы так волновались!

Сказать, что я удивлена, это ничего не сказать. Девушка практически прыгает мне на шею, крепко сжимая в объятиях. Лиара, стоящая чуть в стороне, чуть ли не плачет, и тоже подходит ближе.

— Я так испугалась, когда услышала, что случилось, — тихо говорит она. — Это, наверное, было очень страшно…

Чувствую себя странно виноватой, особенно когда они зажимают меня в кольце рук. Я неловко обнимаю их в ответ, и мы некоторое время стоим втроём на пороге комнаты. Кажется, девочки действительно заботятся обо мне… А я, поглощённая своими проблемами, даже не заметила этого.

— Спасибо, что беспокоились, — говорю, пытаясь улыбнуться. — Со мной всё в порядке. Жива и здорова, как видите.

Они наконец отпускают меня, и мы садимся на кровать. Вижу, как Лиара вытирает горячие слёзы с щёк, как Талия грустно разглядывает меня, и вдруг решаю, что обязательно проведу с ними больше времени. Хватит с меня постоянного стресса и нервов. В последнее время я вижу только врагов, сплетни и грязь, но вот они. Светлые, добрые, которые действительно волнуются, даже если совсем меня не знают.

— Ты же будешь осторожна? — Талия смотрит на меня с надеждой в глазах.

— Обещаю, — отвечаю, уверенно кивнув. Кладя руку на сердце, я продолжаю: — Торжественно клянусь, что больше не буду пить гномий самогон, ходить на вечеринки, целоваться с мальчиками! Отныне и вовек обязуюсь быть прилежной ученицей и подавать пример новому поколению.

Не сговариваясь, мы втроём прыснули со смеху, понимая абсурдность моей пламенной клятвы. Конечно, в моих словах есть доля правды, но никогда не стоит зарекаться.