Чтение онлайн

— Говори быстрее.

— Я… — начинаю, чувствуя, как мои ладони слегка потеют. — У меня было странное видение, там было много огня и река крови, в которую мне пришлось войти. Там была странная тёмная фигура в пламени, она как будто бы звала меня, мне нужно было прикоснуться, чтобы увидеть лицо, но не получилось. И ещё… — останавливаюсь, чтобы перевести дух, и понимаю, что он на меня совсем не смотрит. — Запах, не только гари, но ещё что-то странное. Табак, какое-то дерево и кислый цитрус. Я сразу подумала о тебе, ведь так пахнешь именно ты и…

Арэн отошёл к окну, повернувшись ко мне спиной, глядя в светлую снежную ночь. О чём он думает? Это начинает напрягать, потому что я не понимаю его реакции.

— Ещё, помимо этого, меня как будто пронзили кинжалом. Боль в боку была слишком сильная, именно в рёбрах и животе, крови было так много, что моё платье…

По мере рассказа, я начинаю чувствовать себя более напряжённо. Он молчит и даже не пошевелился за всё это время. Делаю пару шагов вперёд, не заканчивая, и касаюсь кончиками пальцев его руки.

— Арэн, что случилось? — шепчу, чувствуя, как моё сердце сжимается от его холодности.

Мужчина делает шаг назад, и моя рука так и зависает в воздухе. В груди снова что-то сжимается, и я вынуждена неловко отступить.

— Ничего не случилось, — его голос звучит необычно холодно. — Даже если это видение обо мне, то тебя не должно это волновать.

Я смотрю на него, не понимая, что происходит. В комнате становится невыносимо тихо, только звуки ночи снаружи разбавляют это напряжение.

— Почему?

— Потому что это не твоя проблема, — ректор наконец оборачивается, и теперь мне ясно видно безэмоциональную маску на его лице. — Твое дело — это учиться, жить свою новую жизнь, а не таскаться за мной, пытаясь оградить от какой-то несуществующей опасности.

— Подожди, ты считаешь, что видение — просто какая-то ерунда? — мои мысли путаются, и сердце подсказывает мне, что что-то не так. — И к чему ты вообще говоришь про мою учёбу и жизнь?

— Тебе пора понять, Мора, — он делает паузу, нахмурившись. — Что я не тот, кто нуждается в предостережении и заботе. Нас с тобой ничего не связывает, кроме контракта.

"Нас с тобой ничего не связывает, кроме контракта" — слова эхом раздаются в моей голове, и я на секунду замираю. Чувствую себя, так, словно мне дали пощечину или окунули головой в ведро с ледяной водой. Арэн ведёт себя странно с самого начала, как открыл дверь. Я не совсем понимаю смысл того, что он говорит.

— О чём ты говоришь? Арэн, ты… — мой голос дрожит, когда я пытаюсь сказать, но он перебивает.

— Давай не будем устраивать сцен двух любовников, которыми мы не являемся, — он произносит слово "любовники" так, словно ему противно даже от одной лишь мысли. — Поэтому избавь меня от своего общества и иди спать.

— Ты не заболел, случаем? — решаю уточнить, потому что со стороны кажется именно так. — Я всё ещё не понимаю, к чему всё это.

— Раз не понимаешь, то я скажу проще: я нашёл невесту и скоро женюсь. Отныне тебе не придётся притворяться и врать. Делай всё, что твоей душе угодно. Хочешь, выходи замуж за Захарию, хочешь — отчисляйся и возвращайся домой к семье, но меня оставь в покое.

Какая свадьба? Он говорил об этом ранее, но я не думала, что после… После того, что между нами было, он действительно женится. Но с другой стороны, мы друг другу ничего не обещали и даже не говорили об этом. Дура, какая же я дура.

От его грубых слов в горле застревает ком, и я с трудом пытаюсь сглотнуть его, чтобы говорить дальше.

— Невесту? — эхом повторяю я.

— Невесту. Поэтому нам больше не стоит видеться и предлагаю вновь придерживаться отношений ректор и адептка.

Глаза начинают жечь, кажется, я сейчас заплачу, потому что слышать это слишком больно. Хочется уйти, остаться одной, но я не могу, даже не попытавшись выяснить детали. Делаю вздох, стараясь унять дрожь в руках и сделать голос более уверенным.

— Объясни мне, почему? Почему ты вдруг стал таким, таким… — снова не могу подобрать слов, и кажется, это его только раздражает.

— Каким? Холодным? Грубым? — Арэн подходит ближе, нависая надо мной. — Глупая, я всегда таким был, абсолютно всегда.

— Не правда, ты это специально сейчас делаешь.

Он определённо врёт, но какой в этом смысл? Я же видела, каким ласковым, каким мягким и заботливым он может быть. Почему вдруг между нами внезапно выстроилась стена, которой ранее не было?

— О нет, — мужчина издаёт низкий смешок, тёмные глаза теперь кажутся совсем чёрными. — Я как раз-таки веду себя так, как должен.

— Кому должен? Арэн, ты сам себя слышишь вообще? — помимо непонятного дискомфорта, на меня постепенно накатывает раздражение. — Зачем ты ведёшь себя так, словно ты глыба льда? Зачем пытаешься меня оттолкнуть?

— Потому что подпустил тебя слишком близко и заигрался в чувства. Ты была так хороша в своей роли невесты, что я на мгновение забыл, что мы друг другу никто.

Очередная порция боли пронзает моё сердце, но я не отступаю, потому что не верю. Просто не верю в то, что это была лишь игра. Подделать можно всё что угодно, но не влюблённый взгляд.

— Ты делаешь это, потому что к тебе приходила Лиара, да? Испугался, что она что-то знает и расскажет? — внезапно вырывается у меня то, что уже было на языке.

В тот вечер мы с Захарией проследили за ней, и оказалось, что ведьма выбежала из кабинета в слезах. С этого момента все издевки и подозрительные взгляды пропали, оставив между нами легкое напряжение. Я понятия не имею, что он мог ей сказать, но судя по её настроению последние несколько дней — что-то неприятное. Тогда я думала, что, возможно, он отчитал её, нагрубил, было даже желание спросить у девушки напрямую, но я не стала.

Арэн слегка дёрнулся от упоминания Лиары, но сразу же собрался и как-то насмешливо заулыбался.

— Думаешь, какая-то ведьма может меня напугать? Что она сделает, распустит очередные слухи, которых обо мне и так ходит целая тьма? Было бы ещё о чём сплетничать, Мора. Между нами с тобой и правда ничего нет.

Делаю тяжёлый вздох и подхожу к нему ещё ближе, чуть ли не впритык.

— Ничего нет, да, конечно, — с моих губ срывается горький, нервный смешок. — Кроме того, что ты привязал меня к себе контрактом, надел на мой палец это грёбанное кольцо, а потом целовал, шептал, как хочешь меня. Говорил, говорил, постоянно говорил что-то, что заставило меня думать, что ты ко мне неравнодушен. Это тоже было игрой?