Чтение онлайн

– В России? – вскидываю голову, изучая деда. – Насколько я знаю, дядя Алекс бежал от «своего любимого папочки Адама» к канадской границе, - специально язвлю.
– И это не метафора. Как он в России оказался?

– Когда это было? – отмахивается дед.
– Задолго до рождения Мики. Алекс мог переехать. Он все контакты оборвал сразу же после отъезда. В любом случае, я все проверю.

– Хочу верить, что ты не допустишь ошибки, дед.

– Сопляк ты, Ян, поучать меня вздумал, - беззлобно хохочет Адам, закашливаясь. Я его выпад игнорирую, привык. – Лучше сосредоточься на своем троюродном племяннике Даниэле. Левицкие близких не бросают, - поднимает палец вверх.

С тех пор, как дед узнал о своей болезни, он всерьез озаботился семейными ценностями. Изучил всю родню до седьмого колена. Решил наладить связи, правда, некоторые вышли ему боком…

Потом начал исправлять ошибки всех родственников, даже дальних. Пытался помочь чужим семьям. Благотворителем заделался. И если поначалу дед пугал меня своей странной одержимостью, то после знакомства с Даном я, признаться, и сам подтаял, проникся желанием помочь ему.

Малышу всего два года, а он остался без родителей. Мать умерла, отец отказался. Сироту растила бабушка, однако сейчас она не в силах заботиться о внуке.

Порой мне кажется, будто над нашей семьей висит какое-то проклятие. Это ж как надо было предкам нагрешить, что по сей день отголоски стреляют в нас, рано забирая близких. Впрочем, та же тетя Александра вполне комфортно себя чувствует…

– Даниэль будет жить со мной. Его бабушка уже дала разрешение. Сама она в больнице, и… прогнозы неутешительные, - заканчиваю едва слышно. – Постепенно буду оформлять опекунство.

Да уж, я без пяти минут почти отец. Сказал бы мне кто-то подобное полгода назад, я бы рассмеялся ему в лицо. Но выбора нет. Дед не может заниматься малышом, а никому больше из нашей родни его не доверишь. Всем плевать. Разве что ради денег возьмут, если Адам заплатит.

Просто оставить Даниэля. И забыть о его существовании… Нет, невозможно.

– С тобой? Значит, в особняке? – довольно тянет дед, вспоминая мое обещание вернуться.

Сдаюсь. И киваю.

Молчим некоторое время. Думаем…

– Касательно Мики, - решаю вернуться к изначальной теме беседы.
– Будь осторожнее в этой девчонкой, - произношу со всей серьезностью. – Я надеюсь на твою сознательность…

– А я надеюсь на твою поддержку, - парирует он. – В первую очередь, Мика должна получить образование и попытаться поработать с нами.

– Тащить первую встречную в семейный бизнес – не лучшая идея…

– Доверять семейный бизнес такому бездушному человеку, как ты, - не лучшая идея. Тем не менее, ты в нем, - ехидничает он.

– Дед, ты не понимаешь!

– Ян, ты не объясняешь, - издевательски дублирует мой тон. – Откуда ты знаешь Мику? Почему обращаешься с ней, как с врагом?

Опять закипаю. На этот раз до дыма из ушей. Нервно бросаю архивные бумаги на стол, резко подрываюсь с места и покидаю кабинет, громко хлопнув дверью.

Как назло на глаза попадается Мика. Чертовка поднимается по лестнице и направляется в спальню Эда. Спелись уже два жулика? И почему я не удивлен!

Словно почувствовав на себе мой взгляд, девчонка оборачивается, опасливо смотрит на меня буквально пару секунд, а потом ускоряет шаг. Без стука врывается к шарлатану и скрывается за дверью.

Как они близки, однако.

Сжимаю руки в кулаки до хруста. Внутри поднимается буря ярости и чего-то еще, непонятного и не свойственного мне.

Я выведу вертихвостку на чистую воду, чего бы мне это не стоило. И она вылетит из этого дома.

Глава 12

Доминика

Его взгляд прожигает спину, но, стоит мне обернуться, как чувствую пронизывающий до костей холод. Не ожидаю такого тяжелого зрительного контакта, поэтому не успеваю вовремя сориентироваться. Все мои эмоции как на ладони.

Тревога, обида, капелька вины и что-то еще, чего я сама понять не могу.

Единственный мужчина, который вызывает во мне столь противоречивые чувства.

Брат, который той ночью…

От воспоминаний сердце начинает трепетать, а внутри разливается жар.

Но неприятные ассоциации вытесняют это непривычное для меня чувство и полностью завоевывают сознание. Прошлое не отпускает. Рвет меня на части. Заставляет ощущать себя слабой, испуганной, забитой.

Все мужчины одинаковые. Проще их ненавидеть.

Или использовать.

Чем и займусь! Прямо сейчас.

Взмахнув светлыми локонами, отворачиваюсь от Яна. Толкаю дверь Эда и нагло вваливаюсь в комнату.

– Рассказывай, Айболит, - падаю в кресло недалеко от выхода, оставляя себе путь к отступлению. – Я должна знать об этом семействе все.

Эд ухмыляется, как домашний объевшийся котяра, берет стул и садится напротив меня.

– Спрашивай, - улыбается так сладко, что хочется попить водички.

– Во-первых, мне нужно генеалогическое древо Левицких, - загибаю пальцы. – Когда дед Адам представлял всех, я запуталась.

Эд охотно кивает, поднимается с места и подходит к шкафу. Через секунду протягивает мне папку… с информацией обо всей моей новой родне.

– Хм, а тебе это зачем? – прищуриваюсь с подозрением.

Но «компромат» забираю – изучу на досуге.

– Я Адаму помогал, - пожимает плечами. – Понимаешь, он тоже не каждого своего родственника знает. Заинтересовался после того, как остро встал вопрос о завещании. Дед болен, Мика, - добавляет тише. – И как бы он не храбрился, здоровье покидает его. Времени мало, так что…

– Хватит! – рявкаю так громко, что сама себя пугаюсь.

Прикладываю ладонь к солнечному сплетению. Внутри горит и колет. Слышу, как ускоряется собственное сердце.

Когда у человека нет ничего, то и терять нечего. Это ли не свобода? Так я считала всю свою сознательную жизнь.

Никаких привязанностей!

Но что-то изменилось во мне, когда я нашла сестру. А вместе с ней и двух милых племянников-близнецов.

И вот сейчас. Я познакомилась с Адамом.

Я до последнего подпитываю в себе злость и обиду на него за то, что бросил и не искал, но… Видимо, родная кровь сильнее. Думаю о том, как он принял меня, как защитил перед родней, как заинтересовался моим образованием и решил допустить к бизнесу…