Чтение онлайн

В полной тишине мы готовим гладкие бревна и шкуры, чтобы приступить к неизбывной, безотрадной повинности: выкатыванию Тотема-Луны на берег.

С другой стороны, нести с собой нам особо нечего: чуть-чуть шкур, немного вяленого мяса…

Все полны горечи и печали.

— Нельзя сказать, что наша первая встреча с Кроманьонцами увенчалась успехом, — замечает дядюшка Бобер.

— Может быть, есть в этом и наша вина… — задумывается тетушка Бурундучиха.

— Мудрые-Премудрые — противные задавалы, с ними трудно найти общий язык, — заявляет мама Тигра.

— Вы слишком от них отличаетесь, — объясняет Хитрющий Лисенок. — И потом, это всего лишь одно из племен Кроманьонцев. Я вас познакомлю с другими — вдруг там вам больше повезет.

— Сначала ты должен отвести нас к Смеющимся Медведям, — ворчит Полная Луна.

— Ладно, через пару дней отведу.

— Чего дожидаться?

— Чтобы Большая Соленая Вода немного спала…

— Растолкуй нам это, мы не понимаем, — просит папа.

— Великая Соленая Вода то поднимается, то спадает. Иногда она заливает весь берег, а иногда отступает. Нам нужно дождаться отлива. Но имейте в виду: у нас будет лишь несколько дней, чтобы добраться до острова Смеющихся Медведей. А потом, через луну, несколько дней, чтобы вернуться.

— Ты хочешь сказать, что мы пойдем туда… пешком?!

— Сквозь Великую Соленую Воду?

— Как это?

— Нам не придется плыть?!

— Отнюдь — остров Смеющихся Медведей недалеко отсюда, и глубины особой нету, — отвечает Хитрющий Лисенок.

— А если начнется прилив?

— Бояться нечего — надуем «Спаси утопающих».

— Будем надеяться на лучшее, — вздыхает дедушка Пузан.

— Я фнаю одно: наф вдет куча непвиятностей… — шамкает Беззубый Лось.

Целый день мы вытаскивали Тотем-Луну на песок; на следующий день волокли его вверх по скалистому отрогу, потом скатывали вниз по опасному спуску… потом вновь поднимали на ужасающую высоту.

И вот вечером второго дня Лисенок смотрит на море, определяет направление ветра, пристально глядит на луну и заявляет:

— Великая Соленая Вода отступает, сегодня ночью отправляемся в путь. — Потом раздает всем «Спаси утопающих» и приговаривает: — Опасности, конечно, никакой нет, но так оно вернее.

— Что еще нужно захватить с собой? — спрашивает папа Большая Рука.

— Ничего. Мы должны идти быстро, иначе нас настигнет прилив.

— Шкуры для хижин? — осведомляется мама Тигра.

— Спрячьте в лесу, мы их захватим на обратном пути. Смеющиеся Медведи — гостеприимный народ. Мы будем ночевать в их хижинах…

— Мясо? — беспокоится дедушка Пузан.

— Тоже не надо. Они нас накормят.

— Надеюсь, они не едят, как ты, одни корешки да орешки! — бурчит наш учитель.

— А… Тотем- Луна? — спрашивает шаман.

— Отлично постоит здесь, — отвечает Лисик.

— Об этом и речи быть не может! — вопит Полная Луна и трясет амулетами перед Великой Соленой Водой.

Пока шаман не натворил еще какой-нибудь беды, папа Большая Рука набрасывает ему на голову шкуру бизона, как следует заворачивает, связывает ремнем и взваливает себе на спину; сверток, однако, продолжает брыкаться.

Глухая полночь.

Лисенок идет по пляжу. Вода продолжает отступать. Потом, дойдя до утеса, вдающегося в море, он радостно восклицает:

— Вот: идти надо от этой черной скалы! Если вглядеться хорошенько, можно различить остров.

На гладкой поверхности моря отражается луна. Впереди, в серебристой дымке, виднеется гора, выступающая из воды.

— Это Скальная тропа, — объясняет Лисенок, указывая на темную полосу, уходящую вдаль. — Летом на несколько дней Великая Соленая Вода отступает, и тропа появляется. Ну, в путь…

В полной тишине мы идем гуськом по этому природному мосту, опасливо поглядывая на волны, которые плещутся с обеих сторон.

Время проходит.

Я гляжу на остров, и мне чудится, будто он все на том же расстоянии. А с берега казалось, что до него рукой подать…

Небо на востоке уже светлеет. Потом между двух холмов появляется огромное желтое солнце.

— Мы прошли почти полпути, — шепчет Лисенок. — Не бойтесь, двигайтесь дальше. Вода еще не начала подниматься.

Но наша цепь растянулась.

Многим старейшинам трудно идти; позади всех ковыляет Жирный Бык.

Папа Большая Рука, Разъяренный Бизон и другие сильные охотники возвращаются, чтобы помочь старикам.

Когда Жирный Бык, которого поддерживает папа Большая Рука, проходит мимо, дедушка Пузан не упускает случая поддеть его:

— Ползи-ползи, тихоход!

Мы, ребята, принимаемся хохотать, а дедушка Пузан, заметив это, мрачнеет.

— Эй, молокососы, не забывайте, что каникулы рано или поздно кончаются и начинаются школьные будни. Поэтому не вздумайте насмехаться надо мной: я, конечно же, люблю поесть, но ведь и походы, во время которых много двигаешься, чему-то да служат. Глядите — я проворен, как снежный баран…

И он начинает скакать по черным камням. Наш наставник не учел, однако, что вода, отступая, оставила после себя клубки скользких водорослей.

ПЛЮХХХ!!!

Бабушка Хворостина, которая дремлет на ходу, вздрагивает и приходит в чувство. В неверном предутреннем свете видит брюхо дедушки Пузана, торчащее из воды, и принимается кричать:

— Акула! Акула!

Озорной Медвежонок не прочь подыграть ей и тоже кричит:

— Акула! Ой, акула! Помогите!!!

Наклоняется, подбирает камень, бросает его в учителя и вопит во всю глотку:

— Держись подальше от нас, страхолюдина!

Дедушка Пузан выныривает.

— Кто сказал «страхолюдина»?! — гремит он.

— Вот кто! — указывает Медвежонок на Щеголька.

Дедушка Пузан в бешенстве выходит на мелководье и припускает бегом.

Щеголек пытается объяснить, что он ничего такого не говорил, но, видя, что учителя ничем не остановить, со всех ног бросается к острову.

— Вот и чудненько, — отмечает Лисенок. — Так скорее дойдем…