Чтение онлайн

Вторым минусом моего пребывания здесь оказалась банальная скука. Доктор Алнир пока запретил мне доступ к изучающим программам. Дело было не столько в травмах, сколько в том, что мой мозг и так сейчас трудился непривычно много из-за вживлённого универсального переводчика. Единственным доступным развлечением стали прогулки по настоящему космическому кораблю.

Зайти куда-нибудь не туда я не боялась, поскольку умный крейсер считывал степень моего допуска через вживлённый чип и просто закрывал те отсеки, в которые мне ход был заказан.

– Убирайся, мерзкое животное! – на странном булькающем языке произнесла странная девица, покрытая чешуёй, и плюнула (с ума сойти!) в большой меховой шар слизью.

Существо, которое так взбесило рыбоглазую девицу, очень напоминало большого упитанного кота, или даже смесь кота и небольшого медведя.

Умильное создание фыркало и трусило мягкими лапами, пытаясь избавиться от «подарочка», в то время как инопланетянка ругала его на чём свет стоит.

От дамочки, покрытой серебристой чешуёй, сильно хм… пахло морепродуктами. Бедного котика, скорее всего, привлёк её аромат.

– Не ругайтесь. Он же не специально. Это инстинкты. Видимо, ему просто стало любопытно, – попыталась защитить я, медвежутика, загораживая его от разъярённой девицы.

Булькнув что-то непереводимое на прощание, «рыбёшка» удалилась, оставляя меня наедине с оплёванным пушистиком.

– Ты не будешь кусаться? – на всякий случай спросила я, сильно сомневаясь в своих умственных способностях. Ну а что? Кто в своём уме будет всерьёз общаться с котом? Хотя, кто их знает этих космических медвекотиков.

Существо окатило меня снисходительным взглядом и продолжило бесплотные попытки стряхнуть с себя липкую дрянь. Он даже попробовал лизнуть это, но сморщился и жалобно простонал.

– Хочешь, я тебя почищу? Только нужно пойти ко мне в каюту. И без глупостей, ладно? – предложила я, пожалев этого незадачливого космического путешественника.

Ответный взгляд жёлтых кошачьих глаз был настолько благодарным, что я невольно улыбнулась.

– Пошли. Мне как раз должны принести рыбу на обед. Поделюсь с тобой, – расщедрилась я, указывая путь новому знакомцу.

– Ну, не надо только делать такую недовольную морду. Ты сам видел, что эта липкая дрянь салфетками от твоей шерсти было нереально оттереть, так что у тебя был выбор – пахнуть моим шампунем, или ходить покрытым вонючей жижей, – резонно заметила я, пока мой новый знакомец фыркал и морщил нос, раздражённый недавним купанием.

Отмыть его от подарочка рыбоглазой девицы оказалось очень непростым делом. В результате я извела половину флакона собственного шампуня, в чистку отправились все имевшиеся в запасе полотенца, но всё равно пришлось воспользоваться аппаратом, испарявшим влагу в моём случае с волос, ну, а у медвежутика – со всего тела.

– Какой ты классный! Можно тебя потискать? – спросила я, глядя на серебристо-бархатное совершенство. Медвекотик отскочил от меня подальше и посмотрел, как на ненормальную. – Ты чего испугался? Я знаю, что мы разных видов, просто хотела зарыться пальцами в твою шерсть. Мы тактильные существа и так общаемся. Нашим котам нравится, – пожала я плечами, правда невольно вспомнила своего питомца Жорика, что жил у родителей. Он хоть и любил, когда его гладят, но каждый раз, когда к нему прикасались, делал такую морду, будто терпит муки.

Судя по живой мимике этого существа, он разрывался между любопытством и неуверенностью в том, что это хорошая идея.

– Ты что, меня боишься? Смешно. У меня нет ни когтей, ни клыков, ни каких-то скрытых возможностей. Просто человек с этой планеты, – кивнула я в сторону иллюминатора.

В ответ на эту фразу, жёлтые глаза посмотрели на меня сочувственно, как будто внезапно понял мою ущербность перед его великолепием. От другого гуманоида подобное отношение я бы сочла обидным, а в исполнении космического кота смотрелось вполне естественно. Жора тоже всегда был выше нас в его личной домашней иерархии.

Я села в кресло, не мешая существу думать. Медвежутик недолго сомневался, а потом осторожно придвинулся ко мне и прищурился, всем видом показывая, что он готов терпеть мои странные домогательства.

Это было так забавно, что я невольно хихикнула, осторожно касаясь шелковистой шерсти. Зарывшись пальцами в густой мех, я почесала знакомца за круглыми ушками, плотно прижатыми к голове, погладила под пышными усами. В каюте раздалось басовитое тарахтение – может, это существо и разумно, но, когда его ласкают, ведёт себя как обычный кот.

– Меня зовут Кира. А как к тебе обращаться? – спросила я, когда мой друг окончательно разомлел, уложив свою тяжёлую голову мне на колени.

– Ммрреейрррммур, – издал интересный мурлыкающий звук медвекотик.

– Эм… мне не выговорить такое. Может Мурмур? – предложила я, получив в ответ гневный взгляд.

– Ммрреейр, – издал более приемлемую версию пушистый друг.

– Мейр? – предложила я.

Медвекотик тяжело вздохнул и даже горестно закатил жёлтые глаза, но потом важно кивнул и снова уложил голову мне на колени.

– У тебя очень выразительная мимика, хотя всё равно жалко, что ты не можешь общаться. Жутко любопытно узнать о тебе больше. И вообще о других существах и их традициях. Наверное, ты прав, считая меня кем-то примитивным, – сказала я, наслаждаясь поглаживанием бархатной шёрстки за ушами кота.

Медвежутик поднял на меня удивлённый и непонимающий взгляд, намекая на то, что мне ничто не мешает учиться.

– Мне не ещё разрешают пользоваться обучающими программами. Даже смотреть видео из сети пока нельзя. Только вживили переводчик, опасаются навредить. Очень скучно сидеть постоянно в каюте, – пояснила я Мейру своё невежество.

Немного подумав, медвекот пристально посмотрел мне в глаза, и я как будто провалилась в другую реальность.

Вместо каюты вокруг меня оказался удивительный яркий мир, полный щебета птиц, шороха синей листвы на гигантских деревьях, сладких запахов и других тирсов – так они себя называли.

Эти не гуманоидные существа были высокоразвитыми, но на своей планете жили в гармонии с природой, не пользуясь технологиями – только тем, что даровано им от рождения – силой, ловкостью, охотничьими инстинктами. Тирсы однолюбы и проживают со своей парой, к которой очень привязаны, только почему-то эта информация отозвалась у Мейра острой душевной болью, заставляя меня заплакать от сопереживания другу.