Чтение онлайн

Ханк поерзал, устраиваясь поудобнее, собеседники висели над бездной на широкой доске, охваченной крупноячеистой сетью - точь-в-точь как две крупные рыбины, попавшие в невод.

– Может быть ты наткнулся на хогнинов, - сказал он.
– В той хижине ты не заметил ничего необычного?

– Нет... пожалуй, нет. Постели, корзины с одеждой... ну, еще посуда, что-то вроде очага...

– Очага!

Блейд удивленно воззрился на приятеля, но вопросов задавать не стал. На "Орни", к его изумлению, не обнаружилось ни очагов, ни плит, ни, разумеется, огня. Камбуз - или нечто похожее - был, там трудились корабельные коки, усердно нарезая солонину, размачивая закаменевшие сухари и провяленные на солнце фрукты, разливая вино. Горячая пища отсутствовала, и эта загадка не давала страннику покоя. Впрочем, он решил, что такова местная традиция.

– Очаг!
– повторил Ханк - А ты говоришь, что не видел ничего необычного!

– Что необычного в том, чтобы сварить суп или поджарить мясо?

Лейтенант покачал головой.

– Странные вещи ты говоришь! Видно, обычаи на твоей родине сильно отличаются от наших!

– Может быть... Бредонн лежит очень далеко... с изнанки мира.

Изнанкой мира называли здесь другое полушарие. Мореходам Таргала, чьи суда скользили по бирюзовой субстанции, уже было ведомо о шарообразности планеты, и их карты и навигационные приборы казались Блейду ничем не хуже тех, которыми пользовались его соотечественники в девятнадцатом веке. Во всяком случае, у шкипера Силвара имелся и секстант, и механический хронометр - правда, гигантских размеров и весьма примитивный.

– Огонь находятся под запретом, - пояснил Ханк, понизив голос.
– У зартов, у халлиотов, у акрийцев... у всех! Так что, дружище, если ты припрятал огниво или зажигательное стекло, не советую вытаскивать его из мешка. Сам станешь хогнином! А могут и просто сбросить за борт...

Блейд припомнил, как горел факел на плоту. Пожалуй, "Орни", с его обшивкой из досок чикры, в случае пожара вознесся бы к небесам сизым дымом минут за двадцать. Что ж, понятно, почему на корабле опасаются огня... Но на берегу? На твердой земле?

Он показал на нож, торчавший у Ханка за поясом.

– Твой клинок сделали в кузнице. И твою кольчугу, и все оружие на корабле, и якоря, и бронзовые кольца, в которых крепятся канаты... Как изготовить все это без огня?

Кузнецы не живут в городах, разве тебе неизвестно?
– джарат пожал плечами.
– Ну, придем в Сарпату, увидишь... Им можно пользоваться огнем им, и еще кое-кому из обученных людей. Но не каждому, кто пожелает сварить суп или поджарить мясо! Тот человек, которого убили карвары, нарушил закон и стал хогнином, изгнанником огня... понимаешь? Его должны были сжечь, но проявили милость - отвезли на маленький островок со всем скарбом и бросили там. А спустя месяц или год пришли карвары...

– Пришли карвары...
– эхом повторил Блейд.
– Кажется, они тоже боятся огня? Почему же этот хогнин не подпалил им шкуры?

– Может не успел... может, их оказалось слишком много... Что гадать об этом? Карвары прикончили его, а потом... Ты говорил, что у него был скот?

– Да. Во всяком случае, я видел загородку и высохший навоз.

– Вот тебе и ответ! Клянусь светом Раннара, эти твари не брезгают людьми, но овцы им больше по вкусу!

С минуту странник размышлял над этим замечанием, потом коснулся сильного плеча Ханка.

– У меня действительно есть огниво... спасибо, что ты предупредил... я совсем не хочу улететь туда, - он выразительно ткнул пальцем вниз, где фиолетовыми бликами мерцал океан.

– Это было бы неприятно, да? И Диона очень бы огорчилась!
– джарат расхохотался.

По губам Блейда тоже скользнула улыбка; его отношения с сестрой Ханка развивались весьма многообещающе. Жаль, что на "Орни" негде было уединиться - разве что в этой подвесной люльке. Но она плохо подходила для занятий любовью.

– Значит, в ваших краях с огнем не шутят, - протянул он, прищурившись и повернув лицо к солнцу. Яркий шар светила неторопливо опускался к горизонту и вскоре над океаном должен был расплескаться великолепный закат.
– Но огонь нужен не только кузнецам, стеклодувам или тем, кто коптит мясо; огонь, Ханк, нужен солдатам. Любую атаку карваров можно отбить, сбросив на них подожженные бревна чикры. Раз - готово! Их подъемные шары сгорят не хуже дерева, и вся банда этих ублюдков свалится вниз!

– Свалится раз, свалится другой, а на третий они вылезут наверх и пустят огненные стрелы в наши корабли и города, - возразил лейтенант. Конечно, карвары не любят огня, но они не любят и когда их убивают таким жутким способом. Они хитрые твари! Попробуй мы сделать по-твоему, и ни одно наше судно не доберется до гавани!

Блейд удивленно уставился на приятеля.

– Ты хочешь сказать, что существует какое-то соглашение с этой поганью? Насчет того, чтобы не жечь друг друга?

– Нет, ничего подобного. Просто и они, и мы знаем, чем грозит такая штука. Вспомни, Блейд: человеку долго не выдержать в густом воздухе Римпады, а карвары могут находиться в нашем Среднем Мире четверть дня. Мы никогда не доберемся до них там, - джарат ожесточенно сплюнул вниз, - зато они то и дело подступают к стенам наших городов. И хорошо, что без огня!

– Я понял, приятель, - Блейд похлопал Ханка по плечу.
– Наверное, ты прав во всем, кроме одного: что мы никогда до них не доберемся.

– Пустые надежды, - лейтенант пожал плечами.
– Нет такого волшебства, такой магии, которая бы позволила нам дышать внизу. Тогда как безносые ухитряются...

Блейд прервал его, внезапно рассмеявшись.

– И все же ты не прав, Ханк! Возможно, карвары и хитры, но кто способен сравниться в хитрости с человеком? Так что дай время... Найдутся и маги, и магия!

Почему-то в этот момент он вспомнил о покойном Лейтоне.

* * *

Отпылал закат, горнисты Арколы Байя огласили теплый воздух протяжными трелями, провожая солнце, и они поднялись на палубу. Ночью не требовалось следить за Нижним Миром; оттуда парящее в вышине судно было незаметно темный призрак в темном небе. Вдобавок "Орни", огибавший северный выступ Халлы, находился сейчас над обширной водной поверхностью, и внезапное нападение кораблю не грозило. Как утверждал шкипер, карвары не любили воды, и над океанами суда и плоты таргальцев могли двигаться в полной безопасности. Как только выяснилось это обстоятельство, Блейд получил возможность описать своим спутникам родной Бредонн более подробно. По его словам, то был обширный архипелаг, возносившийся вверх прямо из мирового океана; его плоскогорья и вершины вырастали прямо из воды, пронзая голубоватую дымку Римпады. Итак, внизу не имелось суши, лишь один бескрайний морской простор, где карвары, разумеется, не водились, и никто из бредоннцев о них слыхом не слыхивал. Подобная легенда вполне объясняла слабую информированность странника по части этих тварей.

Ханкамар Киттала спустился вниз. Блейд же, расстелив тюфяк под планширом, улегся на спину и уставился в ночное небо. Он предпочитал спать на палубе; внизу, в огромном носовом трюме, где койки висели в три этажа и воздух сотрясался от храпа двух сотен ражих молодцов, было душновато. Такого же мнения придерживались и девушки из команды Дионы. По большей части эти рослые статные арбалетчицы являлись белокурыми рирдотками или акрийками и силой немногим уступали мужчинам.

Сейчас они устраивались на ночлег у другого борта "Орни", раскладывая матрасы, набитые сеном, сбрасывая сапожки и тесную одежду, расстилая плащи. Странник старался не глядеть в их сторону. Палубу судна едва озаряли светильники-корзинки, полные крупных жуков - тех самых, которые уже встречались ему на островке Кампалы Эгонды; надкрылья насекомых мерцали зеленоватыми флуоресцентными отблесками. Стоило слегка повернуть голову и скосить глаза, и перед Блейдом мелькали то сильные стройные ноги, то округлые бедра и полные груди, то соблазнительные изгибы талии, плеч или ягодиц. Он уже знал, что нагота в любой из стран Таргала отнюдь не находилась под запретом - чему, видимо, способствовал теплый климат. На девушек, чьи прелести скрывала лишь полутьма, никто не пялился, ни матросы ночной вахты, ни воины Арколы; то ли зрелище было привычным, то ли утонченная вежливость требовала, чтобы в такие моменты женщин как бы не замечали.