Небесная Канцелярия
Шрифт:
– Нет, но…
– Кто-то из нас двоих обязательно должен быть взрослым, – сообщил Кирилл. – Иначе у нас ничего не получится. Кстати, только сейчас это понял… Давай!
– Есть! – обрадовался ассистент. – Вот он!
– Захватил?! – ожил советник.
– Захватил!
– Так, осторожно выуживай теперь его из того пространства.
– Не получится.
– Почему не получится?
– Он обнимается с девушкой. Невозможно их… эээ… рассоединить… Хотя, если попробовать…
«А теперь поцелуй!» – со свистом ударило в наушниках представителей Канцелярии.
– Не надо!.. Выуживай обоих! – поморщившись, пробормотал советник и как-то весь ослаб.
– Выудил!
– Так, меняй теперь на нем одежду, пока он во вневременьи. На ту, что у нас выдали. Подчищай следы.
– А на ней?
– Что «на ней»?
– А на ней на что менять?.. Что с ней делать?
– Ничего не делать! Пока ничего, давай так. Ее потом подчистим.
В непонятном времени и пространстве. На мушке Локатора. Аня округлила глаза, когда Кирилл остался без одежды. Потом, спустя миг, Кирилл вновь оказался в одежде, уже в другой. Все произошло так быстро. Издалека сыплются звезды. Приближаясь, звезды превращаются в подсолнухи. Подсолнухи начинают расти, изгибаться и устремляясь куда-то ввысь. Не остается ничего устойчивого. Все неустойчиво. Фигуры людей уменьшаются до песчинок по сравнению с подсолнухами.
– Почему они растут? Почему они были меньше меня, а теперь в миллионы!.. миллиарды раз больше?! Я теряю их из поля своего видения!.. Вселенная расширяется, – словно в забытье шептал Каркушин.
– Как действует коньяк! – а это уже был восхищенный голос Ани. – Чувство нереальности, оказывается, самое обалденное чувство в этом реальном мире!..
И все закружилось. Стали слышаться отголоски мелодий. Непонятно откуда появились шмели, издавая своими крыльями звуки лопастей вертолета, за ними бабочки и стрекозы. Все закружилось.
– Есть! – отрапортовал ассистент и затрясся от вибрации. Советник завибрировал тоже.
– Сливай!
– Сливаю!
Щелчок. И темнота.
– Ты куда слил?..
– Сейчас увидим.
– А раньше нельзя было увидеть?
– Раньше ничего нельзя было увидеть. Здесь законы такие. Я еще не привык. Почти все приходится делать впервые.
3
«Очи черные! Очи страстные!
Очи жгучие! И прекрасные!
Как люблю я вас!
Как боюсь я вас!
Жаль, что встретил вас
Я в недобрый час», – поют цыгане.
Кирилл с Аней материализовались напротив них, за пустым столиком в кафе.
– Как в кино! – восхитилась Аня. – Это так действует коньяк?!
Кирилл был не на шутку встревожен. Он уже понял, что к чему. Возможно, так и было задумано, то есть записано. Никто, кроме Судьбистов, этого не знает. И не узнает. Тайна. Тайны всегда возникают там, где есть жизнь. А жизнь возникает там, где есть любовь. Любовь возникает там, где есть мечта. А мечта и есть та тайна, куда все стремятся.
– Опять не то время. По топорному действуют дилетанты. Оставят они меня в покое или нет?.. – пробормотал Кирилл и Ане, чтоб успокоить: В юности, между прочим, почти всё происходит как во сне. Потом, во всяком случае, так кажется. Потом, вообще, многое вспоминается, и думаешь: «Не может быть. Не могло этого быть. Не было этого». Или было?..
– Да, с другими у меня ничего подобного не было, – сказала Аня и с нежность посмотрела на Кирилла.
– А что было? – насторожился Каркушин.
– Ничего не было.
– Точно, ничего?
– Да точно, точно!
– Врёшь!
– Чего?! Я, наверное, пойду.
– Куда? Посмотри вокруг… Если я что-то говорю, я знаю.
– Нет, не знаешь!
– Нет, знаю!..
– Ты хочешь, чтобы я ушла?
– Нет. Вот, мы и попали с тобой в ресторан!
– Да!.. стильное местечко.
– А если не было, то будет.
– Чего?
– Я так, про себя меню изучаю.
«Зачем мне на ней жениться, раз всё равно придётся разводиться?» – вновь подумал Каркушин.
За столиком напротив двое мужчин с воспаленными взглядами. Мужчины сильно потеют. Капли пота буквально текут по их лицам. Один из мужчин с затаенным наслаждением рассматривает под столиком дуло пистолета.
– Христос казал: не убий, – другой мужчина так же приковал взгляд к дулу пистолета.
– Знаю. Ты о крови пока помолчи. Лучше вот что скажи. Европа два великих слова миру сказала, два великих слова. Первое слово: свобода, второе слово: социализм. Ну, а мы, что миру сказали? Какую мысль? Кровь лилась за свободу. Кто ей верит теперь? Кровь лилась за социализм? Что же, по-твоему, социализм – рай на земле?.. 2
2
курсивом цитата Савинкова «Конь бледный».
Говоривший заметил Кирилла с подругой, перевел взгляд на пистолет, с удивлением обнаружил, что тот нацелен прямо на эту пару. Взгляды Кирилла с Аней тоже приковались к пистолету.
– Христос казал: не убий, – испугался спутник мужчины.
Машина Канцелярии висит над Москвой начала двадцатого века. Ассистент наблюдает за Кириллом и Аней через экран Локатора.
– Поспешишь – людей насмешишь, – проворчал советник.
– Вроде бы правильно нажимал. Не понимаю, почему их сюда занесло?.. – вздохнул ассистент.
– Да потому, что у них, в то время, куда нам нужно его вернуть, все времена перемешались, – со знанием дела заключил советник. – В том времени, где он живет, нет четко обозначенных ориентиров. Эклектика. Потому такие погрешности.
– Удивляюсь! Вы всему можете найти оправдание.
– Потому и дослужился до советника с особыми полномочиями. Будешь брать с меня пример… Смотри, что делают! Не хватало еще, чтоб обратно, по нашей вине, загремел в Канцелярию. Да еще и с подругой. Вылавливай их скорее!
– Не могу!
– Почему?
– Система дает сбои. Нужно перезагрузиться.
– Так перезагружайся скорее!..
Автомобиль затрясся и странным образом растворился в воздухе. Сотрудники Канцелярии остались висеть без автомобиля в прежних позах. Их тела словно окаменели. Лишь одни глаза проделывали странные и неожиданные вращения. Наконец, по сотрудникам Канцелярии прошла дрожь, их тела покрылись паутиной трещин, и по частям стали откалываться и рассыпаться. При этом две пары глаз продолжили свое обособленное существование.