Чтение онлайн

— Послушай, Олег, — сказал Обиходов. — А что тебе известно об этом убийстве?

— А тебе зачем это, Жорж? — простодушно спросил Семашко. — Ты же вроде репортерством-то не занимаешься.

— Это не для работы, это нужно лично мне, — серьезно ответил Обиходов.

Семашко хмыкнул, сделал обстоятельный глоток пива.

— Да тут собственно тайны никакой нет, — сказал он. — Вчера Арчила нашли мертвым на квартире любовницы. Ее, кстати, тоже убили. Сейчас ищут некоего Левандовского, он здесь заправлял кордебалетом. Девица была как раз оттуда, из кордебалета. Короче из-за нее, похоже, весь сыр-бор и разгорелся. Арчил их вроде как застукал. А Левандовский был то ли пьян, то ли под наркотиками, в общем, крыша у него соскочила, он их обоих и порешил. Такие дела, как говаривал писатель Воннегут. История в общем-то банальная.

— Банальная, да не совсем, — произнес Обиходов. — Понимаешь, Олег… — он колебался еще ровно секунду. — Дело в том, что Левандовский — мой двоюродный брат. Он мне только что рассказал, как все было на самом деле. Там не так все просто.

— Твой двоюродный брат?! — Семашко опустил бокал с пивом. — Вот так номер! — он понизил голос. — А он сейчас где?

— В надежном месте, — сказал Обиходов и с тревогой представил Левандовского со своим музейным рыдваном на пустынной улице в двух кварталах от казино.

— Это правильно, — сказал Семашко. — Ну и как там все было на самом деле?

Обиходов собрался с духом и выложил ему историю Павла. Семашко слушал внимательно, вопросов не задавал, лишь изредка повторял:

— Интересно, интересно.

Когда Обиходов закончил, Семашко, помолчав немного, произнес:

— Я так и думал. Так и думал. Как-то слишком просто все получалось. Владельцев казино по пьяной лавочке не убивают. И на почве ревности не убивают. Может где-то в другом месте, но только не у нас! У нас владельцев казино убивают только из-за денег. Местная специфика. Чутье мне подсказывало, нужно ехать самому и во всем разбираться. Видишь? Не подвело чутье! — Семашко усмехнулся. — Сработали примитивно, совсем без фантазии. Но зато наверняка. Свои же сработали, те, кто Арчила хорошо знает. Скорее всего, кто-то из компаньонов. Короче, брат твой попал крепко.

— Ну а запись? — спросил Обиходов с надеждой.

— Запись… — Семашко задумался. — Один шанс из ста, что она вообще когда-либо существовала. И еще один шанс из ста, что ее до сих пор не уничтожили. Можешь сам посчитать… Хотя… Вряд ли те, кто задумал убийство, знали, что в квартире установлена камера. Они бы не стали так рисковать, выбрали бы другое место. А раз не знали про камеру, может запись и цела… Пожалуй ты прав, Жорж. Этот вариант стоит проработать.

— Стоит! — оживился Обиходов. — Конечно, стоит! — Он ожидал, что Семашко еще что-нибудь скажет, но тот молча прихлебывал пиво и как ни в чем ни бывало разглядывал посетителей бара. — Олег, может ты знаешь здесь кого-нибудь… кто мог бы помочь? — спросил наконец Обиходов.

— Помочь? — Семашко удивленно поднял брови.

— Я понимаю, дело серьезное, но… — Обиходов не договорил.

— Ладно, не переживай, — улыбнулся Семашко. — Есть у меня человечек в местной службе безопасности. Попробую с ними аккуратно переговорить. Еще неплохо бы разузнать, что за особа такая эта Марго. Знаешь что, Жорж, — Семашко положил ладонь на стойку. — Давай-ка разделимся! Ты пойдешь наверх, в концертную зону. Там сейчас идет шоу. Пообщайся с девицами. Постарайся выяснить что-нибудь об этой самой Маргарите. Только осторожно! А я пока навещу друзей из службы безопасности.

— Хорошо, — кивнул Обиходов. — Где мы встретимся?

— Я тебя сам найду, — сказал Семашко и встал со стула.

Обиходов поднялся наверх, в знакомый ему зал со сценой, где он когда-то смотрел революционный шабаш в постановке бывшего прапорщика Виссариона. Сейчас зал был практически пустым. В полумраке виднелись лишь несколько темных силуэтов одиноких зрителей. Обиходов присел за ближайший свободный столик. На сцене певица одетая, как шансонетка конца позапрошлого века, исполняла грустную песенку на немецком языке. Ей аккомпанировали три музыканта — плаксивая скрипка, печальный контрабас, меланхоличный рояль. Песенка была о любви маленького хромоногого уродца в нелепом цилиндре к недоступной светской красавице. И красавица и уродец были тут же, на сцене. В последнем безошибочно угадывался Тулуз-Лотрек. Обиходов вспомнил давнишние ночные посиделки с Левандовским и улыбнулся. Красавица и уродец танцевали. Хромота Тулуз-Лотрека была необыкновенно пластичной. Используя преимущества роста, он время от времени ухитрялся шмыгнуть красавице под юбку. Несмотря на внешний гротеск и дурачество, в этом странном танце было что-то завораживающе трагичное. И красавица и уродец страдали. Она страдала от своей неприкаянной красоты, он томился в тесном коконе своего уродства. Обиходов мысленно послал привет двоюродному брату, тотальный театр пустил в «Аквариусе» первые ростки.

К столику подошла официантка в роскошно декольтированном платье с передником.

— Добрый вечер, — сказала она с натренированной улыбкой. — Вы кого-нибудь ждете?

— Нет, — улыбнулся в ответ Обиходов. — Я сегодня один.

— Что будете пить?

— Кофе. Если можно, покрепче.

— Что-нибудь еще?

— Пока все. Спасибо.

Как Обиходов и рассчитывал, долго оставаться в одиночестве ему не пришлось. Служба консумации в «Аквариусе» работала без перебоев и ровно через две минуты, после того, как Обиходову принесли кофе, около его столика возникла крашенная блондинка. Платье, сумочка, губная помада, лак для ногтей — все у нее было усыпано блестками, которые в полумраке ловили редкие отблески света и зажигались по одиночке, как звезды в сумеречном небе.

— Добрый вечер, — сказала блондинка. Голос ее был грудным, низким, то что называется чувственным. — Можно к вам присоединиться?

— Жажду этого всей душой, — ответил Обиходов.

Пока она усаживалась, он сделал еще одну попытку ее разглядеть. Накладные ресницы, много грима, глупое кукольное лицо. Большая грудь — главный профессиональный атрибут.

— Как дела? — она достала из сумочки сигареты и зажигалку.

— Отлично, — Обиходов взял из ее рук зажигалку и дал ей прикурить.

Она улыбнулась, выпустила долгую струйку дыма и сказала:

— Закажешь мне выпить?

— Конечно, — Обиходов поднял руку и через секунду появилась официантка.

— «Секс на пляже», — сказала блондинка.

— А мне еще кофе, — попросил Обиходов. — Как тебя зовут? — спросил он, когда официантка ушла.

— Натали, — ответила девушка. — А тебя?

— Георгий, — сказал Обиходов. — Можно просто Жорж. Послушай, Натали, я хочу спросить у тебя одну вещь. Можно?

— Для тебя, милый, все что угодно, — улыбнулась крашенная Натали.

— У вас работала девушка, по имени Марго, ты ее хорошо знала?

Натали изменилась в лице. Она закатила глаза под потолок и покачала головой:

— Спрашивали же уже сегодня, ваши из милиции, — ее голос моментально утратил всякую чувственность.

— Я не из милиции, — сказал Обиходов. — Неужели не заметно?

— И не из милиции тоже уже спрашивали.

— Ну, Натали, не злись, — Обиходов накрыл ее руку своей. — Такая удивительная прекрасная девушка и вздумала злиться. Говорю же тебе, я не на работе. У меня личное дело. Личное, понимаешь?

Натали взглянула недоверчиво, но руку не отдернула. Затянулась сигаретой. Убрала с губы табачную крошку и сказала:

— Личное, не личное, мне-то что? Я ее не знала почти. Она вон, на сцене выступала. Звезда была. Вот и дозвездилась.

— Разве те, кто на сцене выступают в зале не работают? — спросил Обиходов.

— Как же не работают? Все работают. Деньги-то тут зарабатывают, — Натали усмехнулась. — И Марго тоже так зарабатывала, так же как все. Это потом у нее только один клиент появился. Самый главный.

— А давно она с Арчилом? — спросил Обиходов.

— Знаешь что, мил человек, — Натали отдернула руку, — спросил бы ты у кого-нибудь другого.