Чтение онлайн

– Персики?

– Д-да. Может эта служанка внести их к вам в комнату?

– Но откуда? – недоумевая, поинтересовался мужчина.

– Молодой господин У поручил Минь-Минь отнести фрукты.

Го Бохай подошел к корзине, что уже была на столике. Потянувшись за персиком, он обернулся к удаляющейся фигуре:

– Минь-Минь хочет? Их слишком много для меня одного.

Девушка замотала головой:

– Нет-нет! Молодой господин будет недоволен, если узнает, что ваша служанка съела хотя бы один. Он сказал, что все до единого фрукты принадлежат вам, и попросил проследить, чтобы на них никто даже не смотрел. – Она поклонилась и, не поднимая головы, закрыла за собой двери, оставив Го Бохая вновь одного.

«Значит, не злишься…»

Он сел на пол, поднес ко рту ароматный персик и, прикрыв глаза, откусил, но проглотить не смог: мешало волнение, что он сдерживал весь день. Постепенно волнение сменилось облегчением, а на душе стало теплеть, как от мягких лучей солнца, но бесконечная тревога не отступала, она будто поднималась откуда-то со дна живота и противилась напускному спокойствию. Чтобы не поддаться этому неприятному мгновению, Го Бохай все же проглотил кусочек фрукта и незамедлительно направился вон из комнаты.

«Надо найти…» – произнес он про себя, уже позабыв свое наказание демону.

Обойдя поместье и не найдя демона, он спустился к конюшне. Несмотря на то что лошади уже спали, Го Бохай все же ворвался внутрь. Он взял одного из скакунов и помчался в город, запрещая себе становиться мягче от злосчастного фрукта, что оставил сладкий привкус на губах.

Приблизившись к освещенным фонарями улицам города, мужчина спешился и оставил лошадь у входа, а сам торопливо вбежал через массивные ворота. Он так быстро несся верхом, что добрался туда не за двадцать минут, как обычно, а за десять, доведя скакуна до дрожи в ногах. Го Бохай прошелся по улицам южного рынка, где часто встречал демона, но не обнаружил ни черного кота, ни ворона.

– Сянцзян… – он обошел все близлежащие павильоны, знаменитые вкусными вином и угощениями.

И прохожим это не особо нравилось. Каждый, кто встречал его на пути, думал, что наставник с горы Хэншань вусмерть пьян, раз ведет разговоры сам с собой. Люди глазели на странное представление, слегка посмеиваясь, и шли дальше.

– Сянцзян!

Это была уже третья улица, по которой он прошел, не оставив ни одного темного переулка без внимания. Го Бохай при всей своей чистоплотности даже не испугался местной грязи. Заглядывая в просветы между домами и копошась там в пустых ящиках, он снова удрученно возвращался обратно на освещенную дорогу. Сделав еще пару шагов, он остановился и заметил до боли знакомый силуэт.

«Вот же… Вас только не хватало…» – промелькнуло в его голове.

По другую сторону улицы стоял мужчина, который, только встретившись взглядом с господином Го, уверенно зашагал ему навстречу. Энтузиазма наставника поубавилось: подошедший человек поприветствовал его с нескрываемым недовольством, будто был стражником города, а Го Бохай – нарушителем спокойствия.

– Господин Бань.

Вот кого Го Бохай сейчас точно не желал встретить, так это начальника округа Цзыю – уважаемого всеми господина Бань Хэна. Наверняка его сын уже пожаловался, раз, увидев знакомого ему наставника с горы Хэншань, этот господин отбросил все свои дела и решительно подошел, явно рассчитывая на беседу. Мужчина, стоящий перед Го Бохаем, был одет в дорогие синие шелка, а его волосы были собраны в пышный пучок, закрепленный чиновничьим головным убором. Он производил впечатление доброго и благочестивого господина, в отличие от своего отпрыска. Однако если старший из семейства Бань являлся на гору Хэншань не для обсуждения каких-либо политических вопросов, то его визит всегда сопровождался неприятными высказываниями в адрес наследника клана У. Госпоже и наставнику частенько приходилось выслушивать его причитания на счет У Чана, хотя, надо заметить, его выражения почти всегда были предельно корректны и по делу.

Зачастую горожане Тяньцзинь, стараясь избежать встречи с властной женщиной из правящего клана, бегали плакаться именно к нему, как к самому частому посетителю главенствующего дома Севера, поэтому, когда его голова начинала трещать от их нытья, он поднимался наверх, дабы передать семейству общее возмущение. Но он был не так уж прост. Расчетливый и прагматичный, господин Бань всегда продумывал каждое свое действие. Объявляясь на вершине горы, мужчина докладывал госпоже о недовольстве народа, но делал это так, словно его самого переполняло волнение за юного наследника. Госпожа У осознавала роль сердобольного господина в судьбе ее сына: этот человек мог сильно повлиять на мнение старейшин о будущем небожителе – У Чане. А господин Бань, в свою очередь, не давал себе забыться: оскорби он женщину, нелестно отозвавшись о ее чаде или о ее материнском долге, тут же все, что он имеет, по одному приказу отберут, и останется от его величия только большое поместье, которое со временем не на что будет содержать.

Из-за этого все их встречи зачастую сводились к одному: юный У Чан должен понести наказание за свои проступки, чтобы не испортить репутацию, а значит, и путь к вознесению. Но не все было так просто. Господин Бань ощущал цепкие руки клана на своей шее и поджидал, когда наконец его зависимость от семейства У пропадет. Это должно было случиться благодаря будущему богу из его семьи – Бань Лоу. Мужчина питал огромные надежды относительно этого и вкладывал в своего сына все, что было возможно, представляя, как Бань Лоу примкнет к Небесам в роли новоиспеченного бога войны, прославив отчий дом. Вот тогда, как он считал, можно будет с легкостью вздохнуть и полностью прибрать к рукам город у подножия горы, которым он заправляет сейчас по указу главы Севера.

– Го Бохай, – обратился господин Бань, – думаю, госпожа У вам уже рассказала, в чем провинился юный господин месяц назад?

– Да, – прозвучал краткий ответ.

Наставник с горы Хэншань уже готовился выслушивать недовольные речи учтивого господина об инциденте, произошедшем днем ранее. Однако русло повернуло в иную сторону.

– Я еще тогда хотел встретиться с вами лично, но так вас и не нашел.

– Зачем же?

– Кхм… – Бань Хэн мягко кашлянул. – Я понимаю, мой сын – не подарок, он и молодой господин У с детства не ладят, и сейчас мой А-Лоу явно чем-то разгневал наследника, раз тот так с ним обошелся… Но А-Лоу не признается.

Даже при большом желании Го Бохай не стал бы озвучивать мысли, роящиеся в его голове, в лицо господину, так как это, думалось ему, то же самое, что протягивать руку змее. Про себя он спросил: «Любопытно, и как же, со слов Бань Лоу, наследник обошелся с ним?»

– Я, как никто другой, желаю, чтобы мой сын и молодой господин У сдружились или по крайней мере перестали грызться, как две голодные собаки. Потому я хотел обратиться к вам за советом. Как мне стоит поступить, чтобы ссоры между нашими домами угасли?

Го Бохай не поспел за своей мыслью, как она уже прозвучала в голове: «Сына воспитать». Все же он придержал ее при себе и, не скрывая безразличия, убрал руки в рукава. Начальник округа Бань вдруг принялся заискивать:

– Может, господин Го пройдется со мной и я попробую убедить его в чистоте своих намерений?

На лице собеседника четко читалось: что бы ни случилось, что бы сейчас наставник ему ни ответил, тот все равно добьется желаемого. Поэтому Го Бохаю оставалось только идти рядом, выслушивая его душещипательную, никому не интересную историю.

– На самом деле Лоу неплохой мальчик, он чуткий и добрый…

«Видимо, только с вами».

– Он постоянно мне рассказывает, как восхищается молодым господином У…

«Вот странность. Мне казалось иначе».

– Мой мальчик вырос без матери. Полагаю, вы должны понять, как это тяжело…

Шаг Го Бохая замедлился.

«Тяжело что? Воспитание ребенка без родителей? – нутро наставника закипело, и он чуть не произнес мысли вслух. – А вы забавный… Мой ученик буквально растет без родителей и каким-то необычайным образом умудряется быть воспитаннее вашего избалованного сына!»