Чтение онлайн

Дверь со скрипом отворилось, из дома пахнуло могильным холодом. Рыцари, грохоча сапогами, поднялись по лестнице и шагнули во тьму усадьбы. Дьюранд постарался встать так, чтобы Дорвен оказалась за его спиной. Что бы ни произошло — первый удар он примет на себя.

Оказавшись внутри, рыцари обнаружили, что во тьме их ждёт лишь тощий слуга.

— Сэр Уарин Атторфольский, — объявил он.

Никто не отозвался, лишь зарычали псы. Два пса. Бейден начал было недовольно ворчать, но вдруг люди увидели, как в темноте двинулась чья-то тень.

Ламорик, прочистив горло, заговорил:

— Вас зовут сэр Уарин? Моё имя — Ламорик, я младший сын Абраваналя, герцога Гиретского. Люди, что стоят перед вами, мои вассалы и спутники.

В сумраке начали проступать очертания высокого человека, сидевшего во главе стола.

— Вы вошли в мой дом с оружием, — раздался грубый голос.

— С нами в пути приключилась беда, — при виде поднятой руки молодого лорда псы зашлись лаем. — Мы никому не причиним зла.

Слуга зажёг лампады, пахнувшие рыбьим жиром, и со стуком поставил их на стол.

— Значит, вам нужен кров и стол? — грозно спросил человек, который, по всей видимости, и был Уарином.

— Да, — отозвался Ламорик. — Всего на одну ночь Я с отрядом направляюсь в Портстеирс по поручению отца — не моргнув глазом, соврал молодой лорд.

Уарин что-то проворчал, и к нему кинулись слуги. Дрожащие огоньки лампад осветили лицо человека, согласившегося впустить отряд на ночлег. Перед рыцарями сидел угрюмый старик, чьё бледное лицо обрамляли густые пряди седых волос. По правую и левую руку от него поганками сидели две женщины, жеманно пряча глаза. Они даже не догадались предложить леди Бертране и Дорвен сеть.

Рыцари, чувствуя себя неловко, расселись по скамьям, и слуги внесли в комнату лепёшки и жёлтый круг сыра, больше напоминавший кусок воска. Бейден и Оуэн скорчили рожи, однако Ламорик, продолжая мило улыбаться, взял в руки ломоть хлеба и, поднеся его ко рту, впился в него зубами. Судя по вздувшимся на шее жилам, молодой лорд с тем же успехом мог попытаться откусить кусок от древка копья.

В тусклом свете лампад Дьюранд разглядел двух огромных серых мастифов, не уступавших размерами молодым бычкам.

— У вас в отряде много людей, — пробурчал хозяин.

— Да, это так, и мы с благодарностью примем то, что вы сочтёте возможным предложить нам. В последнее время вас не радовали гости?

— Нет. Какие сейчас гости? Голодно нынче.

Вновь появились слуги. Расставив по столам кружки, они принялись разливать пиво. Одна из женщин-поганок дёрнула Уарина за рукав.

— Эти две дамы — мои дочери, — запоздало представил их Уарин, и поганки склонили головы в поклоне.

В повисшей тишине рыцари жевали хлеб и отрезали куски от твёрдого желтоватого круга сыра, искренне надеясь, что перед ними действительно сыр.

Дьюранд заёрзал на скамье — опустив руку, он нащупал пару мужских перчаток хорошей выделки. Они были слишком новыми, чтобы принадлежать Уарину. Таких перчаток Дьюранд никогда раньше не видел.

— Сэр Уарин, — решился Ламорик. — Видели ли вы знаки, явленные на небесах?

— Видел. Молоко в половине крынок скисло.

Дьюранд поднял руку почесать подбородок, и локоть воина задел прошмыгнувший мимо слуга. Когда Дьюранд опустил взгляд на скамейку, то обнаружил, что перчатки пропали.

— На дороге я заметил странных всадников. Может, это посланцы. Может, соглядатаи. Вы что-нибудь о них слышали?

— На дорогах вечно встречаются странные путники. Особенно когда времена неспокойные. Ежели вы спрашиваете о короле и его родне, — сказал Уарин, — мне нечего вам сказать, мы ничего не слышали. Впрочем, с такими налогами, податями и оброками я уже ничему не удивлюсь. А сейчас ещё эта история со ссудой. Байка про охоту мало кому понравилась. Карломунд уезжает в сопровождении двух старших сыновей, а потом его привозят со сломанной шеей. Кто поверит в то, что государь просто свалился с лошади?

— Сэр Уарин, — с угрозой в голосе произнёс Ламорик.

— Король Рагнал никому никогда особо не нравился.

— А как насчёт герцога Гелеборского? Он предупредил вас о своих планах? Я слышал, в Тернгире соберётся Великий совет.

— Он будет действовать так, как сочтёт нужным.

— Он принёс присягу и клятву верности в храме Эльдинора.

— А сколько народу присягало и клялось в верности Карломунду?

— Некоторые назвали бы ваши слова изменой.

— А некоторые давно бы заметили, что час уже поздний! — старый рыцарь резко встал и, щёлкнув пальцами, дал знак собакам и дочерям. — Ешьте и пейте. Надеюсь, вы не задержитесь у нас долго.

Уарин в сопровождении собак и дочерей протопал по деревянной лестнице, проследовав в покои на верхнем этаже.

— Думаю, отец бы повесил его за такие слова, — устало пробормотал Ламорик.

Дорвен потупила взгляд.

— Да и за сыр его не грех вздёрнуть, — дёрнул головой Оуэн.

Ламорик ткнул пальцем вверх, туда, где располагались комнаты Уарина, и, обратив взгляд к Конзару, спросил:

— Как ты думаешь, нам угрожает здесь опасность?

— Уарин не похож на человека действия, ваша светлость — шёпотом отозвался капитан.

В темноте все ещё шныряли слуги.

— К тому же никто не мог знать, что мы остановимся здесь, — добавил Берхард.

— Надо выставить часовых, — заключил Конзар. — По человеку у каждого окна и ещё одного — у двери.

— Что же за ублюдки на нас напали? — почесал голову Оуэн. — Это были не обычные разбойники. Бейден, ты что скажешь?

— Простые разбойники никогда не нападут на отряд рыцарей, — согласился Бейден. — На дорогах есть добыча попроще, и её немало. Священники. Купцы.

— Ты слышал, что сказал Вэир, — промолвил Ламорик. — Он считает, что мы сами все подстроили. А если засада дело рук Морина? Согласитесь, это звучит дико. Однако проще всего уйти от ответа, обвинив во всем нас.

Дьюранд в это не мог поверить. Гоул явно не ожидал его увидеть. Если бы он знал, кто входит в отряд Ламорика, то и появление Дьюранда скорее всего не оказалось бы для него таким сюрпризом. К тому же, кроме молодого лорда и его воинов, по дороге ехал и Морин.

— Как собирается голосовать, герцог Монервейский? — неожиданно для всех громко спросил Дьюранд.