Чтение онлайн

– Он же свихнется, - Лаккомо поймал общую мысль, тревожно витавшую в воздухе.
– Чем вы думали?

Тон брата начинал нервировать короля. Но внешне он оставался спокоен и даже не сменил позы.

– Это было бы крайне нежелательно, - безучастно ответил он.
– Работу с ним мы ещё не завершили. Но, я помню, тебе удалось угомонить его у себя. Не мог бы ты...

– Какую ещё работу?
– вице-король наконец оторвал взгляд от полиморфа и пронзительно уставился на брата. Его зрачки сузились, лицо застыло.

– Это первая боевая машина федералов, попавшая к нам в руки. Мы должны полностью изучить все её параметры, сравнить и узнать из чего она состоит вплоть до последнего винтика, последней нейроцепи, - Эйнаор был непоколебим.

– Сравнить -- с чем?
– чеканя каждое слово, спросил Лаккомо.

– Пойдем в соседний зал. Покажу кое-что.

На самом деле Эйнаору не хотелось вести брата на экскурсию, но деваться было некуда. Да и демонстрировать посторонним назревающий спор -- тоже не дело. Он взял вице-короля за локоть и увлек его в дальнюю дверь. То, что разыгралось за ней, впоследствии осталось тайной и было забыто даже братьями.

Очень уж явно поднял в том разговоре голову голодный азартный зверь...

– Ты... идиот!

Пожалуй это было самое мягкое из всего, что высказал Золотой Журавль за последние несколько минут.

– Дай мне объяснить.

– Что объяснить? Это? Я не слепой.

Рука обвиняюще метнулась к стойкам с полусобранными полиморфами. Вдоль стен зала в захватах и блоках подпитки громоздились полиарконовые оболочки. Где-то на станках под механизмами сборки лежали запчасти манипуляторов. У некоторых машин отсутствовали головы -- видимо, работы над сенсорами ещё не закончились и велись в другом помещении.

– Ты не хочешь меня выслушать.

– А ты хоть понимаешь, что натворил?!

– Нет.

На минуту повисло молчание. Тяжёлое и злое.

А потом он перешёл на Старый язык. Обычно мягкий голос Лаккомо соскользнул в злое шипение. В который раз за день? Чужой голос. Чужие движения. Чужой взгляд. Зрачки расширились, как это уже бывало не раз, фразы больно впивались в мозг, оставаясь внятными лишь инстинкту, разлетались в голове гулким эхом... Эйнаор запоздало выставил ментальную защиту, вообразив между собой и братом зеркальную стену. Но голову словно пробили колом и теперь выкорчевывали мозг изнутри. Держаться. Надо просто удержаться...

Зрение плыло, не осталось ничего, кроме мертвенно белого пятна с чёрными провалами глаз. Освещение в цехе не давало теней. Но Эйнаору казалось, что она есть -- непомерно огромная, безглазая, безликая.

Скрипнул помятой броней ближайший манипулятор на станке. С какого то стола с грохотом упал оставленный на краю инструмент.

В голове гудело и выло. Хотелось сбежать к дъеркам подальше, да хоть бы под их защиту, лишь бы уйти от разъяренного брата.

Держать защиту...

Свистнуло, словно по воздуху стегнул длинный хлыст или хвост...

...и начало затихать.

Боль неохотно отпускала голову. Лаккомо медленно и трудно брал себя под контроль, вспомнив о последствиях. По вискам его струилась испарина, глаза всё ещё смотрели нездешне. Но это, вне всяких сомнений, снова был он.

– Ты. Не должен был. Строить. Полиморфов, - раздельно и с трудом, словно высекая каждое слово по камню, произнес вице-король.

– Объясни почему, - вымученно спросил Эйнаор. Огромных усилий ему стоила сдержанная спокойная речь. Не впервые... Бывает. Но как же это больно...

– Поздно, - бросил Лаккомо.
– Ты уже совершил непоправимое.

"Не объяснит, - через силу понял Эйнаор, потирая виски.
– Не видит четкой картины и не может объяснить. Протест инстинкта. Но почему же Даэррек одобрил работу?!"

– Пойми, возможно ты видишь всё не так. Позволь объяснить и выслушай в конце концов.

Лаккомо молчал, стоя напротив, и его простой, злой взгляд без отблеска зверя гулял по недостроенным машинам.

Эйнаор принял это молчание за согласие.

– ...Разработки ведутся последние пять лет, с тех пор как мы обнаружили, что военных полиморфов стали штамповать в Федерации. Я отдал распоряжение разморозить проект и усовершенствовать его под наши нужды. У нас есть всё. Материал, оболочка искусственного интеллекта, камни для Сердец, даже первые добровольцы. Но я хочу, чтоб ты понимал -- я не позволю ни одному торийцу сесть в кристалл без видимой нужды до тех пор, пока мы не узнаем, как извлекать сознания обратно в тело.

Но король неба не желал ничего слушать. Вчерашнюю откровенность он не забыл, и оттого машины отечественного производства ударили ещё больнее. В голове новость не укладывалась. Торчала костью поперек глотки и мешала. Докатились. Полиморфы -- на Тории!

Эйнаор несколько раз пытался донести до Лаккомо разницу между машинами. Но у Лаккомо будто аллергия на полиморфов развилась. Он и от слова-то кривился так, будто несвежий лимон проглотил. Но в конце концов привычная внимательность победила, вице-король вслушался в пояснения брата и более-менее остыл. Или нашёл во всём этом пользу, что вероятнее.

– Для этого вам нужен всеми задерганный несчастный капрал?

Проснувшаяся вдруг заботливость Эйнаора удивляла. То брат склонен к радикальным методам и разбирается с врагами с применением тактических ядерных боеприпасов, а то, вот как сейчас, привязался к одной машине, будто свет клином на ней сошёлся. Всего лишь забытый всеми и никому не нужный... даже не человек. Полиморф. Эйнаор бы ещё понял, если бы на месте этого капрала оказался кто-то из членов экипажа "Стремительного". Их-то Лаккомо знал, как облупленных, и за каждого готов был глотки рвать до победного. Но кто-то чужой...

– Нам нужен любой военный полиморф, - наконец сдался Эйнаор.

Вице-король, правда, понял эту фразу как настойчивую поправку к своим словам.

– Твои методы сгубят человека в кристалле окончательно, - шикнул он на брата.

– Он уже не жилец!
– закатил глаза к потолку монарх.
– Куда ты пообещал его засунуть? На стройку в колонии? Думаешь, много радости доживать там?

– Вашими методами здесь всё равно не справиться.

– Почему же?

– Я знаю.

Конец игры. Эйнаор привык, что если Лаккомо прибегает к этому последнему аргументу, то спор можно завершать. Дальнейшие слова будут лишь бесполезным сотрясением воздуха. Впрочем, как и действия, вызвавшие этот спор.

– ...Может быть ты тогда знаешь и другой метод?
– зашёл с другой стороны король. Немного язвительно, но Лаккомо тон проигнорировал.

– Пока нет. Придумаю -- доложусь. Но пока ещё это мой солдат и подчиненный, а значит, распоряжаться им я имею полное право. Прикажи своим сворачиваться, вы узнали, что хотели, а я забираю полиморфа в колонию.