Чтение онлайн

Мы сворачиваем в сторону от основных зданий и выезжаем на охраняемую дорогу, ведущую к собору, затем направляемся вглубь леса. Когда темная река появляется впереди нас, Крейг издает низкий горловой звук. В воздухе витает страх, и я сжимаю пальцы. Я готов.

Я подъезжаю к кромки воды. Днем она почти прозрачная. Но сейчас, когда солнце еще не взошло, река мрачна и бездонна.

– Вытащи его. – Я смотрю на Сиона в зеркало заднего вида.

Он и Грей подпрыгивают от моих слов, затем вытаскивают Крейга из машины и хлопают дверьми.

– Блядь. Холодно. – Ной держит руки над теплыми вентиляционными отверстиями. – Я ненавижу это, черт возьми.

– Почему?

– Это так… так… – Он вскидывает руки. – Почему мы должны это делать?

Я поднимаю голову и изучаю его.

– Итак, ты не возражаешь против того факта, что Крейга надо притопить, но ты не считаешь, что мы те, кто должен запачкать руки?

– Когда ты так говоришь, мне кажется, что ты псих. – Он пожимает плечами. – Я имею в виду, что в идеальном мире Крейга не наказали бы так. Но…

– Но что?

– Но он подвел свою Деву и подвел Пророка.

Я зажмуриваюсь.

– И вот я уже начинаю думать, что ты наконец-то разобрался с отцовской ерундой.

– Ты видел пламя. – Он скрещивает руки на груди. – Мы оба видели, на что он способен.

– Мы видели цирковой трюк! И мы были глупыми детьми! – Интересно, смогу ли я выбить из него веру, просто отвлечь и сбить его с толку? Нет, это не сработает. Если мой отец и научил меня чему-либо, так это тому, что истинные верующие будут держаться своей слепой веры, несмотря ни на что. Я скрипю зубами. – Он просто использует тебя, как и всех остальных, Ной. Все это неправда. Ты здесь не потому, что веришь. Ты здесь из-за того, что он сделает, если мы снова попытаемся уйти.

– Нет. – Ной качает головой. – Я могу не соглашаться с некоторыми вещами, которые он делает, особенно когда дело касается мамы, но он настоящий, Адам. Ты должен это знать. Ты видел это!

– Я не знаю, что видел, и ты тоже. – Я хлопаю рукой по рулю. – Ты должен избавиться от этого!

Подъезжает машина, ее покрышки скрипят по гравию. Водитель выходит и открывает дверь моему отцу, пока мы с Ноем ругаемся. Но обсуждение откладывается, когда появился папа.

– Давай наденем сапоги. – Ной открывает дверь и выходит.

Я заставляю свой гнев отступить и принимаю безмятежный вид. Моему отцу не нужно видеть ничего, что происходит во мне. Я научился прятаться, оставаясь на виду.

Несмотря на внешнее спокойствие, я не могу справиться с нетерпением, когда тащу Крейга на свидание с кислородным голоданием. Ледяная вода пробирает меня сквозь толстую резину сапогов. Крейг напрягается и дрожит, когда мы тащим его в реку.

Его крики и мольбы о пощаде стихают, когда мы с Ноем толкаем его под воду. Он пинает нас и пытается вырваться когда отец поет: «Ибо все мы были крещены одним Духом, чтобы образовать одно тело – евреи или язычники, рабы или свободные, – и всем нам было дано пить одним Духом».

Когда Крейг, наконец, перестает шевелиться, мы его вытаскиваем. Я хлопаю раскрытой ладонью по его спине, он откашливает воду, затем делает большой глоток воздуха.

– … И эта вода символизирует крещение, которое теперь спасает и вас – не удаление грязи с тела, но залог чистой совести перед Богом. – Отец кивает в нашу сторону.

Мы бросаем Крейга в ледяную воду, и его конвульсии наполняют меня редким чувством удовлетворения. Он не слушал криков своей Девы о пощаде. Я видел ее, ту, с темными волосами и синяками, которая кричала ночью, когда Далила изо всех сил боролась, пытаясь спасти ее. Сара, та, что руководила попыткой побега.

– Отпусти его, чувак. – Ной трясет меня за плечо.

Я не заметил, что Крейг снова отключился. Мы вытаскиваем его из воды, и я наношу ему удар за ударом по спине, пока он не начинает кашлять и блевать.

Я усмехаюсь и толкаю его обратно.

Некоторые части меня – худшие – единственные, кому я когда-либо позволял проявлять себя.

Я иду по небольшому подъему к отцовскому дому. Кастро на крыльце курит сигарету. Он замахивается на меня, когда я тянусь к задней двери. Остановившись, я быстро прикидываю, смогу ли я убить его и избавиться от его тела, прежде чем мой отец или кто-либо еще задаст вопросы.

– Проблема, парень? – Он постукивает по пистолету в кобуре на поясе.

– Пошел ты. – Я вхожу в дом и хлопаю дверью перед его носом, поворачивая замок только из мелкой злобы.

Он сплевывает ругательства по-испански.

– Ты когда-нибудь задумывался, почему он так сильно тебя ненавидит? – спрашивает Ной, вливая в себя стакан виски.

– Мне плевать. И с каких это пор ты пьешь до полудня?

Он вытирает рот рукавом.

– У каждого свои пороки.

Я беру бутылку дешевого дерьма с нижней полки и делаю глоток. Тепло проникает в мое горло и делает все возможное, чтобы разогнать пронизывающий до костей холод, который я все еще ощущаю после посещения реки. Я ставлю бутылку на место и игнорирую свое отражение в зеркале бара. Пьянство Ноя – это проблема, которую мне нужно решить, но это подождет.

– Ты готов? – Он смотрит на лестницу, ведущую на главный уровень.

– Более-менее.

Чем выше мы поднимаемся по ступенькам, тем тяжелее я себя чувствую. Я хочу спросить отца о Далиле, но не могу. Упоминание ее имени принесет ей еще больше страданий. Мой отец работает определенным образом, способами, которым я научился за годы наблюдения за ним. Узнайте, кем люди хотят себя видеть, а затем отразите им это видение. Что еще более важно, узнайте, чего люди боятся, чего они хотят, что их волнует, а затем используйте это, чтобы контролировать их. Он сделал бы то же самое с Далилой.

– Иди сюда! – У отца веселый голос, поэтому я, естественно, задаюсь вопросом, какую новую чушь он для нас приготовил.

Мириам, бывшая Дева и нынешняя жена губернатора, сидит на диване справа, ее белая юбка плотно облегает идеальные бедра, коричневые ноги скрещены в коленях.

– Первая леди пришла к нам. – Отец откидывается на спинку стула, улыбка растягивает его слишком сжатые губы.

– Мириам. – Я киваю, когда мы с Ноем садимся перед столом.

– Рад видеть вас двоих. – Ее голубые глаза проницательны, ничего не упускают.

– Милая Мириам только что рассказывала мне о новой отрасли, которую губернатор пытается внедрить в нашем великом штате. Расскажи мне больше. – Он машет Мириам, разрешая продолжить.

– Это производитель автомобилей из Южной Кореи. Они хотят переехать в штат с доступной рабочей силой, возможностями для роста и, конечно же, низкими налогами.

Папа чешет подбородок.

– Где именно они хотят открыть производство?

– Где-то по шоссе I-65 к северу от Бирмингема. Вероятно, округ Каллман. Они присмотрели себе сотню акров земли недалеко от шоссе и старой железнодорожной ветки. Но взамен они хотят больших налоговых льгот. Луи это возмутило. – Она закручивает прядь волос вокруг пальца и прикусывает губу с привычным соблазнительным взглядом. – Во всяком случае, сначала.