Чтение онлайн

Был солнечный день, и изображения летящих птиц на цветном стекле были словно живые.

– Восхитительно! – только и мог сказать Герметик, любуясь работой мастера. – Никогда не видел ничего подобного!

– Альберт умеет передать мельчайшие детали движения, – согласился с Гаем Дельмонт.

– Такому искусству место в храме или во дворце высоких персон, – произнес Герметик.

– Там достаточно моих работ, – усмехнувшись, ответил мастер.

Витражи в средневековой Европе делали, начиная с X-XI веков. Сначала варили в печах в керамических горшках стекло, в состав которого входил речной песок, поташ, флюс и известь. Затем придавали стеклу цвет, добавляя различные окислы металлов. Но получался довольно ограниченный спектр тонов. Для его расширения применяли краски на основе природной эмали, покрывая уже готовые кусочки стекла витража с последующим их обжигом в печи.

– Как ты получаешь стекло стольких цветов? – поинтересовался у Альберта Гай.

– Варю его из песка в присутствии разных руд и солей, – ответил мастер. – Но не все цвета стекла мне известны, Иные никак не получаются, да и другие мастера тщательно оберегают свои секреты.

– Кто изобрел стекло? – спросил хозяина дома Фридрих.

– Природа. Еще с древних времен были известны спекшиеся от удара молнии в минералы и руды стеклянные комки темного цвета разной формы. От ее удара в песок получаются стеклянные трубки с гладкой или пузырчатой поверхностью, иногда ветвистые и напоминающие корень дерева. Их цвет бывает от прозрачного до бурого, темных тонов. Встречается и вулканическое стекло – обсидиан, темно-зеленого и черного цвета, известное с незапамятных времен, из которого делали украшения, зеркала, ножи с очень острой кромкой.

Стеклоделие пришло в Европу с Ближнего Востока, говорят из Египта еще до христианства. К началу XIV века признанным центром изготовления стекла стала Венеция, где рядом на острове Мурано собрались целые цеха ремесленников, возглавлявшихся опытными мастерами, тщательно охранявшими от постороннего взгляда секреты своих технологий. Для сохранения тайны производства венецианского стекла мастера не имели права покидать территорию острова.

– Там во дворе я заметил высокий железный прут, зачем-то установленный на крыше мастерской, – сказал рыцарь, внимательно поглядев на Альберта.

– Я же говорил о встречающемся в природе стекле от удара молнии, – ответил ему мастер. – Вот и использую ее силу, когда приходит гроза, для изготовления подобного.

– Смотри, попы обвинят в ереси и колдовстве, а там и до Святого отдела инквизиции рукой подать, – пошутил тамплиер.

Пса Луку разместили в углу мастерской, положив ему в миску вареного мяса и каши, которые проголодавшийся четвероногий стал с жадностью есть. Компания приготовила и себе на очаге рагу с овощами, присев за столом перекусить и выпить.

– Хотел попросить тебя о помощи, – после некоторой паузы насытившись, произнес Альберт. – Мне необходим материал для новых варок стекла. Витраж вот заказал настоятель собора. А поднять на поверхность одному тяжело.

– Поможем. Откуда поднимать будем? – спросил Дельмонт.

– Из старого колодца на горе Всех Святых, – нехотя пояснил мастер.

– Откуда?! – заинтересованно переспросил рыцарь. – Из заброшенного колодца рядом с обителью Святого Михаила?

– Да, – подтвердил Альберт.

– Ты и впрямь знаешься с нечистой силой, – подначил хозяина дома Дельмонт, сразу посерьезнев лицом.

– А что там с этим колодцем? – спросил Герметик.

– На горе Всех Святых, возвышающейся над Гейдельбергом с незапамятных времен, есть один заброшенный колодец, – стал объяснять Гаю и остальным с ним приехавшим тамплиер. – Сказывают, что это шахта древних язычников, откуда они добывали руды и минералы, и сбрасывали туда захваченных пленников, дабы умилостивить духов подземелий. Местные жители и послушники из недавно построенного монастыря Святого Михаила, расположенного поблизости, обходят его стороной. За ним стоит дурная слава. Говорят, люди пропадают в том гиблом месте. Из колодца по ночам слышны крики и нечеловеческие голоса. Иногда из него дым валит и сполохи пламени, в которых кто-то видел пляшущих чертей.

– Нет там никаких чертей! – раздраженно возразил мастер. – Давно пересохший колодец, глубиной локтей на сто, на дне которого есть проход в подземелья горы. Может и впрямь древняя шахта, крепей и мест ломки руды я не заметил. А дым оттуда иногда бывает от горячего дыхания земли. Я там минералы полезные нахожу для моего ремесла. Золото встречал, каменья драгоценные. Только ехать туда надо к ночи, а не то увидит кто – разговоры пойдут.

Выехали, когда стемнело.

Дом мастера Альберта находился недалеко от подножия горы Всех Святых, от которого наверх шла мощеная дорога среди покрывавших склоны деревьев и густого кустарника. Отправились все, посадив ремесленника рядом с Фридрихом, правившим повозкой.

Добравшись по лесной дороге до заброшенного колодца, привязали к деревьям коней.

– Смотри-ка, тут и спуск налажен! – удивился помощник рыцаря Андрэ.

Края неширокого спуска шахты были облицованы замшелыми валунами, имелся и навес на столбах над ним. В проеме под мощным воротом барабана с намотанным на него толстым канатом висела большая, крепкая корзина, вмещавшая двух человек.

– Это я все сделал, – сказал Альберт. – А раньше здесь царило запустение.

Кобеля Луку привязали к повозке, чтобы не мешался под ногами.

– Не украдут без присмотра? – кивнув на барабан с канатом прозорливо спросил мастера хозяйственный Фридрих.

– Сюда и вправду никто не ходит, – сообщил тот и усмехнулся. – Чертей боятся, темные люди. Кто пойдет со мной?

– Давай я, – вызвался Гай.

– Сначала наверх поднимем минералы и несколько стеклянных сосудов, потом уже нас, – сказал оставшимся Альберт, показав емкости, привезенные из его дома в повозке. – Сосуды будут тяжелые. Открывать их нельзя, иначе то, что будет находиться внутри, убьет вас.

Спуск занял время.

Мастер с Герметиком опустились в гору на глубину не менее ста локтей.

Вылезя из корзины, зажгли один из захваченных с собой факелов и, груженные стеклянными сосудами, пошли по широкому ходу, идущему от дна колодца горизонтально в сторону.

Ход шел под уклон вниз и быстро привел в большую пещеру.

У Гая округлились глаза.

При свете колышущегося пламени факела он увидел торчащие тут и там из неровных ступенчатых стен подземелья вытянутые кристаллы, а то и их целые гроздья, молочного и прозрачного цвета. Рядом Герметик обнаружил выходы минералов зеленого и бурого оттенков.

– Да, здесь есть на что посмотреть! – сказал Альберт, увидев вытянутое лицо Гая. – Пещера тянется далеко и переходит в другую. Туда пока не ходил, совсем нет свободного времени. Помоги мне.

Мастер взял из своей сумы один из стеклянных сосудов темно-зеленого цвета, величиной с большой глиняный горшок с толстыми стенками и плоской крышкой, и такого же материала стеклянный ковшик, и стал собирать со стен пещеры капли странной светящейся вязкой жидкости, медленно стекавшей маленькими ручейками под стену в канавки, подставляя край открытого сосуда.