Чтение онлайн

Митрофанова полночи не могла уснуть, в раздражении внимала нестройному хору: Димино сопение, уличный смех, музыка из прибрежных ресторанчиков. А когда небо озарилось нежно-розовой полоской рассвета и пьяные голоса за окном сменились тревожным клекотом чаек, явилось решение. Простое, элегантное и в точном соответствии с ее собственным характером.

Глупо, если она, считай, на старости лет попробует обратиться в роковую женщину и будет человека банально соблазнять. По-другому действовать надо.

…Ночной мозговой штурм отнял много сил, и поднялась Надя поздно – Дима давно ушел. Приняла душ, выпила кофе и немедленно приступила к осуществлению своего плана. Отыскала в чемодане игривые шортики с бахромой по кромке штанин – творение итальянских модельеров. Отгладила походным утюжком белую кофту – фасон скромный, но с изюминкой – один рукав как будто рваный, красиво проглядывает загорелое плечо. Довершали картину легкий макияж, малая толика нежной летней туалетной воды и серебряная цепочка на щиколотку. В матерую соблазнительницу, конечно, она не обратилась, однако выглядела далеко не рядовой курортницей из кубанской станицы, но девушкой столичной, уверенной в себе, модной.

И результаты немедленно последовали. Портье (прежде от кроссворда не отвлекался принципиально) расплылся в приветливой улыбке, таксисты, что дежурили у входа, и вовсе встретили ее восхищенным посвистом. И даже меж собой заспорили, кто ее на пляж Института моря повезет.

Правильно в Италии говорят: совершенные формы женщине не обязательны, нужно просто умело оттенять то, что имеешь.

Правда, итальянские мужчины красотой дам любуются корректно, будто портретом Джоконды, – а местный таксист ее за полчаса успел позвать и в ресторан, и в аквапарк, и, когда подъезжали, даже замуж. Хотя у самого ладно что обручальное кольцо, еще и половины зубов нету. А Надя пусть привлекать научилась, но отшивать — пока нет. Заткнуть его фонтан не смогла и еле дождалась, пока такси затормозит у проходной пляжа. В России дурнушкой быть тяжело, а привлекательной – еще труднее.

Наверное, на пляже ее мужики тем более преследовать будут?

Однако публика тут оказалась более воспитанной. Или просто разборчивой? Пока она выбирала шезлонг, всего пару заинтересованных взглядов в нее метнули. А спасатель, карауливший водную технику, и вовсе оказался хамом. Заговорила с ним – в глаза не смотрит, слова цедит сквозь зубы: покататься только на водном велосипеде можно, а мотоцикл дают, если специальные водные права предъявишь.

Надя постаралась принять надменный вид, изрекла:

– Я вообще-то на яхте хотела!

– В смысле на катере? – Спасатель метнул взор на единственное плавсредство, что качалось на волнах у причала.

Надя пригляделась: обычная шаланда, изрядно потертая, из атрибутов роскоши – лишь тент да несколько шезлонгов. И гордая надпись по борту: «Торнадо».

А она воображала: шхуна, паруса!

И наморщила нос:

– Другой у вас нет?

– Разгоняется, между прочим, до пятидесяти узлов, – пожал плечами спасатель. И злорадно добавил: – Но арендовать ее можно только всю целиком. Тысяча долларов за два часа. Годится?

– Нет, совсем не годится, – растерялась Надя. – Я думала, как на городском пляже: рублей четыреста с человека.

– Ну, и езжай на городской, – нелюбезно откликнулся собеседник.

М-да, ситуация усложнялась.

Но сдаваться Митрофанова не собиралась. С независимым видом продефилировала к шезлонгу. Нацепила темные очки. И принялась наблюдать: ей бы только увидеть капитана Матвея, а как к нему подобраться – она придумает.

Однако яхточка, похоже, была пуста, а расспрашивать вредного спасателя, где капитан и его команда, девушка не решилась.

Минут через сорок к плавсредству приблизилась компания: человек десять девушек и молодых людей. Долго о чем-то спорили со спасателем, и наконец тот извлек рацию. Произнес несколько слов (Надя из шезлонга внимательно наблюдала).

И очень скоро из будочки медпункта походкой вразвалку вышел мужчина. Митрофанова вперилась в него жадным взглядом: загорелый, черноволосый, поджарый, в тельняшке. Он, Матвей – больше некому! Лениво приблизился к курортникам, коротко с ними поговорил и отправился свой катерок раскочегаривать.

«Ох, влиться бы в развеселую компанию!» – задумалась Надежда. Но как? Все парни при своих дамах, по возрасту ей годятся в младшие братья. И мат через слово.

Придется опять ждать. Но сколько? Вдруг молодежь яхту до самого вечера арендовала?

Оставалось лишь наблюдать с берега, как молодняк с важным видом расселся в шезлонгах на верхней палубе, а капитан ловко отчалил от пирса. Управляется со своим судном один, без помощников – спасатель ему только канат от причала бросил.

«Вот тебе и блестящий план!» – расстроилась Надя.

Однако уходить с пляжа не спешила.

Все равно она в отпуске – вот и будем пока что купаться и загорать.

Матвей

Катать молодняк хуже нет. Всюду лезут, ржут в полный голос, девицы, едва от берега отплывешь, лифчики скидывают, обжиманцы начинаются, поцелуйчики. И пьют все больше, чем могут, одну каракатицу сегодня вообще в туалете стошнило, а убрать за собой даже не попыталась. Они ж богачи, яхту арендовали!

Матвей едва дотерпел, пока двухчасовая прогулка завершилась. Больше всего хотелось прыгнуть сейчас в машину и домой, в одиночество-тишину. Но только на вечер у него еще один выезд, и люди в море собрались серьезные, яхта к их приходу блестеть должна. Вот и пришлось в самый солнцепек заниматься уборкой.

Парился на палубе со шваброй и минуты считал, когда солнце наконец сядет. Когда закончится бесконечный рабочий день. Когда вообще завершится ужасная ситуация, в которой он очутился.

Матвей яростно драил пол, когда вдруг услышал:

– Вам помочь?

Голосок нежный, ангельский.

Вскинулся, увидел: на пирсе симпатичная пампушечка стоит. Животик аппетитный, кругленький, лицо уютное, еще и шляпка широкополая, как у его мамы была.

Оторвался от ведра, распрямил спину, ухмыльнулся:

– А ты умеешь?

– Разумеется!.. Хотя шваброй, как у вас, из веревок, еще не пробовала, – последовал веселый ответ.

– Тебе что, делать нечего? – вздохнул он.

– Ну, не то чтобы совсем нечего, – развела руками красотка. – Просто жаль вас стало. Не мужское это дело: полы мыть.

Глупо отказываться, когда предлагают помочь.

– Ну, залезай. – Он помог девчонке пройти на яхту.

Десять минут работы гостья выдержит – уже хорошо, он хотя бы перекурит пока.

Однако та подошла к миссии ответственно. Первым делом вылила из ведра грязную воду, тщательно сполоснула швабру. И принялась наяривать – щеки раскраснелись, попкой вертит – загляденье!