Чтение онлайн

В горле пересохло. Пока ехал, Арсений придумал столько красивых слов, но теперь все они вылетели из головы. В конце концов, Яна нарушила молчание первой.

— Привет, — сказала она. — Я так рада, что ты здесь.

— У тебя есть сейчас немного времени? Никуда не торопишься?

— Конечно, заходи.

Он вошел в комнату и чувствовал себя неловко. Он больше не мог изображать случайного знакомого и скрывать свои чувства. Он пришел специально. Он пришел к ней.

— Ты стала еще красивее, — наконец сказал Арсений.

— Спасибо. А у тебя очень красивая мама. И молодая. Я даже не ожидала.

— Как ты оказалась в Сочи? Что случилось?

— Мне нужно было где-то жить и работать до конца учебного года и Миша, муж моей сестры, нашел этот вариант. Наш директор согласился закрыть глаза на мой возраст. А комнату я снимаю у его мамы. Начинала как официантка, а потом мне позволили петь. Даже жаль будет уезжать отсюда…

— А зачем ты хочешь уехать?

— Попробую поступить в музыкальное училище. Но Егор Федорович уже сказал, что если у меня не получится, я всегда могу вернуться. Но лучше… расскажи, что с тобой случилось? Тебя ранили? Как это произошло?

И Арсений рассказал ей. Рассказал о том, как помнил ту операцию и о том, как себя в тот момент ощущал. Он не был так откровенен даже с родителями.

— Ты представляешь, майор Монахов, наш командир, знал твоего папу и летал с ним. Он столько слов хороших о нем сказал.

Яна слушала, не проронив ни слова. Теперь рядом с ним была женщина, которая ждала его и мечтала о нем.

— Я привез тебе подарок, — робко сказал Арсений и достал из кармана небольшую коробочку.

Он сделал этот кулон на заказ у знакомого ювелира, к услугам которого всегда прибегала мать, но который был достаточно порядочным, чтобы сохранить все в тайне. Арсений никогда и никому не дарил таких подарков, кулон стоил больших денег, но прежде он и не встречал подобной девушки.

— Это мн?… Правда? Можно открыть?

— Конечно…

Небесный сапфир на цепочке из белого золота. Крупный камень эксклюзивной огранки, сияющий в лучах солнца, как и ее глаза.

— Как красиво…

— Тебе нравится?

— Не то слово! Мне никогда прежде не дарили драгоценностей. Ты… поможешь мне застегнуть его?

Яна, конечно, вполне могла бы и сама справиться с застежкой. Но ей отчаянно хотелось, чтобы Арсений подошел к ней и она не знала, как попросить его об этом.

Он преодолел расстояние между ними в несколько шагов, Яна подняла волосы наверх, и Арсений застегнул на ее нежной и тонкой шее цепочку, на мгновение залюбовавшись выпавшим локоном. Он не в силах был больше себя сдерживать. Теперь она была слишком близко.

Словно почувствовал это она повернулась и бросила на него взгляд, полный любви и нежности. Арсений прижал ее к себе и поцеловал.

— Я… так мечтала об этом. Я так хотела, чтобы ты был рядом. Каждый вечер, выходя на сцену, я представляла, что однажды ты придешь, сядешь за дальний столик и услышишь, как я пою. Я старалась напомнить себе, что, может быть, все уже изменилось. Может, ты уже забыл обо мне.

— Я никогда не забывал. Ни на минуту. Я люблю тебя, Яна. С самой первой нашей встречи там, в аэропорту. А когда мы снова встретились в поезде…

— Это ведь не могло быть случайностью, да? Я тоже люблю тебя. Я… даже высказать не могу, как сильно люблю. Ты был такой красивый тогда, в зале ожидания, в военной форме. Ты играл, а я пела… Но я подумала, что для тебя я просто маленькая девочка.

— Так и было, — кивнул Арсений. — Поэтому я тогда и не посмел… Ты и сейчас еще маленькая…

Он вдруг подумал, что, если бы все шло как положено, Яна сейчас бы еще училась в десятом классе.

— Мне семнадцать в следующем месяце, — гордо сказала Яна.

Сердце Арсения сжалось. Ей еще только будет семнадцать. Как же рано Яне пришлось повзрослеть. Но он любил ее всей душой. Вопреки здравому смыслу.

— Ты вернешься в Афган? — спросила Яна.

— Да, — сказал он. — Там моя часть, и я должен вернуться. Но… Я буду здесь еще три недели и мы сможем видеться хоть каждый день. Я познакомлю тебя с родителями…

— Это правда, что война скоро кончится?

Арсений пожал плечами.

— Так говорят.

Он очень боялся ей это обещать. Он был готов отдать Яне что угодно, но не мог пообещать, что выживет.

— Ты будешь петь сегодня вечером?

Яна кивнула.

— Да. Ты придешь?

— Обязательно. Приду, сяду за дальний столик и буду весь вечер слушать, как ты поешь. Все, как ты мечтала.

Яна чуть не расплакалась от этих слов. Но тут Арсений снова поцеловал ее.

Глава 10

Арсений сел за дальний столик и заказал бокал вина. Его мечта превращалась в реальность. Спустя несколько минут Яна выйдет на сцену и будет петь для него. Он хотел запомнить каждое мгновение, запечатлеть в памяти, чтобы потом можно было просматривать, подобно любимому фильму. Он знал, что спустя месяц, когда вокруг снова будет война, эти воспоминания смогут согреть, придать сил и даже вернуть к жизни. Он верил в то, что любовь обладает большой силой.

Для Яны этот вечер был особенным. Каждый раз, выходя на сцену, она представляла, что поет для Арсения. Что он слышит ее. Но сегодня он на самом деле будет сидеть в зале. У них впереди три недели, а потом… потом, быть может, они не увидятся долгие, долгие месяцы. Это будет ее ему подарок.

Она выбрала для выступление черное с серебром платье — лучшее из всех, что у нее были. На шее сверкал небесный сапфир. Еще никогда Яна не чувствовала себя такой счастливой. Это будет ее подарок любимому. Он все поймет, как только услышит.

Свет в зале был погашен, сцена наоборот, была освещена лучами софитов, так что посетители могли хорошо рассмотреть певицу, а она видела их плохо. Но Арсения за дальним столиком заметила сразу. Он смотрел на нее не отрываясь. В этот момент казалось, что в зале нет никого, кроме них двоих.

Оркестр заиграл знакомое вступление. Это была та самая песня, которую они пели во время своей первой встречи в аэропорту.

— Покроется небо пылинками звёзд.

И выгнутся ветви упруго

Тебя я услышу за тысячу вёрст:

Мы — эхо, мы — эхо,

Мы долгое эхо друг друга

Мы — эхо, мы — эхо,

Мы долгое эхо друг друга

И мне до тебя, где бы я ни была,

Дотронуться сердцем не трудно.

Опять нас любовь за собой позвала.

Мы — нежность, мы — нежность,

Мы — вечная нежность друг друга!

Мы — нежность, мы — нежность,

Мы — вечная нежность друг друга!

Теперь эти слова были наполнены новым, понятным только им смыслом. Люди, сидевшие за столиками не знали их истории, но Яна пела так проникновенно, что в зале стало очень тихо. Все не отрываясь смотрели на сцену.