Чтение онлайн

Сеня покачал головой. Он все еще не мог поверить услышанному.

— Она не хотела. Говорила, что занята с утра до вечера, да я и сам в то время пахал без выходных. Марина говорила, так даже интереснее. Соскучимся друг по другу, а потом устроим совместный отпуск.

— Видимо, в Лондоне у нее был роман.

— А… как Вы узнали-то?!

— В связи с тем, что ты подал на развод, Марина решила обнародовать эту информацию. Ты ведь хотел забрать дочь….

— Я и сейчас хочу! — рявкнул Сеня. — Даша — мой ребенок и мне плевать, чьи клетки участвовали в процессе ее создания.

Лев Вениаминович кивнул.

— Я знал, что ты так скажешь. Но это может серьезно усложнить дело.

Да Вы поймите: Дашу нельзя оставлять с Мариной. Ее раздражает ребенок. Она и не подойдет к дочке — бросит на няню и все. Она родила только потому, что я ее практически заставил. И потом… Каким образом она может лишить меня прав? Я записан в свидетельстве о рождении как отец. Насколько знаю, в нашей стране усыновленные дети приравниваются к родным.

— Это так. Но в данной ситуации, если на в суде появится биологический отец, который скажет, что не подозревал о существовании Даши и теперь хочет принимать участие в ее жизни…

— То этому постороннему человеку отдадут моего ребенка?

— Маловероятно. Скорее всего, тогда Дашу оставят с матерью. Мы, конечно, поборемся, но шансов в этом случае будет значительно меньше.

— После того, как она совершила подлог, объявив дочь недоношенной? Да я два месяца не спал и не ел, думал, там моя Дашенька за жизнь борется.

— Увы, это недоказуемо. По документам никакого подлога нет. Дата рождения настоящая, по всем данным в роддоме ребенок доношенный. И никаких сведений о госпитализации. Можно, конечно, привести твоих родственников в качестве свидетелей, но это слабый аргумент.

— И что мне делать?

Самбурский помолчал немного.

— Помириться с женой. Ты, видимо обидел ее своим заявлением о разводе. Постарайся загладить вину, убедить, что годы, проведенные с ней, были лучшими в твоей жизни, но этой прекрасной истории пришел конец, Ваши пути разошлись, но это не мешает вам остаться добрыми друзьями ради дочери.

— Ну нет… Она изменила мне, объявила ребенка умирающим, а я должен…

— Ради дочки должен, Сеня. Другого пути я просто не вижу.

Арсений чувствовал себя диким зверем, попавшим в капкан. Казалось, он просчитал все варианты. Он готов был хорошо заплатить за свою свободу, но такое даже предположить было невозможно. Семейная жизнь оказалась даже большим фарсом, чем о думал. А он, дурак, чувствовал вину перед Мариной, что не может забыть Яну. Оказывается, жена первой изменила ему.

По дороге домой он купил орхидеи, которые так нравились Марине. Жена была уже дома, но еще не успела сменить кремовый офисный костюм на соблазнительный пеньюар.

— Цветы? Спасибо, милый, — она чмокнула его в щеку так, как быдто это был самый обычный семейный вечер.

— Я хотел извиниться… Я был груб с тобой. Я вовсе не хочу разводиться со скандалом. Давай останемся друзьями. Даша будет жить со мной. Потому… потому что ты так занята, у тебя ответственная работа, ты настоящая звезда в своей области. Но ты сможешь ее видеть, когда захочешь. Водить куда-то, брать в путешествия. Думаю, когда она вырастет, будет благодарна, что мы сохранили добрые отношения и не лишили ее никого из родителей.

Марина уселась в кожаное кресло и улыбнулась.

— Сеня, ты ничего не понял. Ты уже не можешь ставить условия. Теперь мы играем по моим правилам. А значит, будет так, как я решила.

— А как ты решила? — спросил Арсений, чувствуя, что в горле пересохло.

— Видишь ли, как любая нормальная мать, я хочу, чтобы моя дочка росла в полной семье. Так что одно из двух — либо ты останешься моим мужем, либо я выйду замуж за ее настоящего отца. А он давно мечтает на мне жениться.

Глава 40

Ермакова внезапно вызвали в Москву. Руководители одного из центральных телеканалов предложили ему возглавить жюри музыкального шоу и он просто не мог упустить такую возможность. Яна не сомневалась, что мужу все равно докладывают о каждом ее шаге, но сейчас ее это мало волновало. Арсений улетел еще раньше. Хотел как можно скорее решить вопрос с расторжением брака. На душе было неспокойно. Арсений уж подал на развод, а она… она пока так и не решилась поговорить с Виктором. Да и как сказать о таком после всего, что он для нее сделал? Пожалуй, отъезд мужа был к лучшему. Больше не приходилось каждый день терзаться угрызениями совести из-за того, что она все никак не может начать разговор.

Яна полностью сконцентрировалась на работе и режиссер сериала был счастлив. Наконец-то его главная звезда засияла в полную силу.

В конце недели из Москвы прилетел Павлик со своей няней Галиной Семеновной. Хоть сын и был еще ребенком, рядом с ним почему-то всегда становилось спокойнее.

«Не грусти, мама, — говорил мальчик с тех пор, как ему исполнилось четыре. — Давай я решу проблему». И действительно пытался решить. Натягивал перчатки и мыл в доме лестницы, вел недетские разговоры с отчимом, мирил ее с Аней, если сестры вдруг ругались. Сын был ее лучшим другом, как когда-то его дедушка, недаром она назвала ребенка в честь своего погибшего отца.

Все, чего Павлик хотел взамен — как можно больше времени проводить с мамой. И Яна старалась. В любой выходной они обязательно были вместе — гуляли, ходили в кафе, читали вслух классиков и смотрели интересные фильмы. Кроме того, уезжая в командировки или на фестивали, она всегда старалась взять его с собой.

Яне сразу понравилась опытная пожилая няня, нанятая Виктором, но первое время мечтала о том дне, когда сможет уволить ее и проводить все свое время с Павликом. Постепенно они сблизились и Аня как-то посоветовала ей:

— Послушай, Галина Семеновна — просто клад у тебя. Мне бы домой такую тетку! Лучше не найдешь, а одна с твоей работой все равно не справишься. Так что ты прекращай уже ревновать своего драгоценного мальчика. Ты его мама, ты. Все равно никто тебя не заменит.

— Это так заметно?

— Очень. Как она еще не сбежала от такой сумасшедшей хозяйки, просто не знаю. Либо она крепко к нашему Павлику привязалась, либо Ермаков ей прилично платит.

— И то и другое, — вздохнула Яна.

— Так чего ж тебе еще. Она одинокая?

— Одинокая.

— И отлично. Живет у вас. Вот и представь, что она Павлу родная бабушка. Скажи мне, это нормально, если бабушка проводит время с внуком, когда мама на работе?

— Конечно…

— Ну вот. Была бы у тебя свекровь. Что бы ты, не дала ей с внуком видеться?

Яна попыталась представить, как Ольга Медведева, мама Арсения, возится с Павликом и не смогла. Пожалуй, Галина Семеновна и впрямь была бы для мальчика лучшей бабушкой. Постепенно она привыкла к пожилой женщине, а та всей душой полюбила не только мальчика, но и его маму.