Чтение онлайн

Затем хотел пойти к другу, но сам был зол на него, ещё через дверь был номер журналистки. Он подошёл к двери и заметил на полу вторую пару туфель. Марк простоял под ее дверью минут пять, затем пошёл к себе, он шёл и думал, о том, что делает журналистка. То, с какой стороны он ее увидел, не вполне нормально, не соответствовало ей.

Марк вошёл в комнату и подошёл к окну, вид из его окна выходил, как раз на тот мост, где два часа назад, чуть не произошло непоправимое. Как только он закрывал глаза, всплывал образ босой журналистки и разбитая губа, внутри внезапно что- то обрывалась, какие- то противоречивые мыслим возникали у него.

C одной стороны он вспоминал ее наглость, невоспитанность и дерзость, а также он понимал, что она его ненавидит.

А синяк на ее ноге не был похож на простой ушиб, он больше напоминал отпечаток от обуви. Кто она? И с чем связана? Почему не останавливается?

Он услышал стук в дверь, это был отец. Марк открыл дверь, отошёл в сторону, не реагируя на отца, ему было безразлично, что он скажет обидится или нет.

Я все уладил, завтра в полдень помолвка состоится, все гости отдыхают, я виноват перед тобой. Впервые отец признал свою ошибку, но Марку было все равно, почему- то он осуждал отца больше не за сорванную помолвку, ему больше было обидно за такое отношение к нему, он унизил его перед журналисткой показал, что он ничего не представляет из себя.

Отец уже развернулся, чтобы уйти, Марк остановил его.

Зачем, ты так поступил с ней?

А почему тебя это тревожит? Переживай за себя. У неё характер покрепче твоего будет и друга твоего, она даже истерику не закатила в отличие от вас, только угрожала расправой. Но я ей этого не спущу, она бросила вызов мне, даже не признала своей вины, не раскаялась.

Ты опять за своё, я тебе сказал, что сам решил все. сказал Марк.

– Если ты ещё раз, скажешь слово про эту дешевку, я подумаю, что ты запал на неё и мне станет очень неприятно, мог бы и раньше что- то предпринять с ней зачем столько тянуть, это лучшее что ты мог с ней сделать. Завтра ты обручишься, а измены я не приветствую. – недовольно заметил отец.

Ты несёшь какой- то бред, зачем мне нужна она, я сказал, что она получила по заслугам. Я хочу спать, просто выйди, – выпроводил его Марк, а сам пошёл умыл лицо в холодной воде.

Ночь была бесконечно длинной, практически никто не спал. София плакала на коленях у матери, мать ее жалела и успокаивала. Мария просидела в кресле всю ночь и проплакала. Она думала, что придёт Артём, но он не пришёл. Артём ждал утра, чтобы увидеть Миру. А тем временем Мира собрала вещи и ждала звонка от таксиста. С леденящим взглядом смотрела в окно, где снег кружил и исчезал в белоснежных сугробах, опускаясь на землю.

Марк снова спустился в бар и пил кофе, чтобы немного взбодриться. Он позвонил Мише и попросил приехать, чтобы поручить ему одно дело. В пансионате было тихо и темно, почти весь персонал отдыхал, кроме бармена и уборщицы.

Просидев около часа, Марк услышал, какие- то голоса, доносящиеся со стороны лестницы, он подумал, что это кто- то из его родных и медленно начал идти в сторону лестницы, ему оставалось пару шагов, он остановился и увидел, что это шёл оператор и женщина из того журнала, который брал интервью у них.

Первым вышел из пансионата мужчина, женщина сдала ключи и тоже вышла, вслед за ним. Cразу увидел ещё одну женщину, на ней была спортивная одежда, толстовка с капюшоном, а поверх безрукавка, капюшон был натянут на голову, женщина спустилась, сделала пару шагов к выходу, потом остановилась и оглянулась, чтобы проверить нет ли кого, она была безусловно удивлена, что в паре шагов от неё, стоял Марк с опустошенным видом. Она грозно посмотрела на него, своими уставшими глазами. Вид у неё был измученный и изможденный.

Не заостряя внимания на нем, отвернулась и быстрым шагом направилась к дверям. Марк скорее всего сказал бы, что- нибудь, но она опять не оставила ему шанса.

Он стоял и почему- то чувствовал вину больше, чем в тот день, когда нанял подростков припугнуть ее. И больше, чем перед Софией он чувствовал вину перед ней. Но, что- то его ещё больше удивило, рюкзак, сумку и все подручные вещи, она несла в одной руке.

Cкорее всего ей повредили руку охранники, думал Марк. Когда тащили на улицу. Он поднялся к себе около восьми утра, принять душ и переодеться.

Миша позвонил и сказал, что подъедет, через тридцать минут. Марк спустился ровно в девять часов, шофер уже ждал его в баре. Марк был рад ему, он понимал, что, если бы он был в этот вечер с ними, всего этого не произошло бы.

Он поручил ему важное задание, они обсудили произошедшее. Миша сказал, что поговорил с охраной, узнал, что ее не были по лицу, видимо, когда тащили к мосту припугнуть, она вцепилась зубами в руку одного из них и он задел ее лицо пытаясь освободить руку. Но оба не поверили в эту историю.

После беседы, Миша поднялся к себе в номер отдохнуть с дороги.

Марк тем временем направился к отцу, он знал, что тот не спит и обдумывает все произошедшее. Марк подошёл к двери, только поднял руку, чтобы постучать, услышал голос отца, он беседовал по телефону, с кем- то. Марк только расслышал слова, «Отправишь проследить, все ли нормально, чтобы не было проблем, как ты не заметил сразу, она вообще нормальная, я тоже не заметил, черт ее подери, треклятая ведьма!»

Марк толкнул слегка дверь, она открылась, отец отключил звонок.

Заходи, сын!

Марк жестами намекнул отцу, что все подслушал и ждёт от него объяснений, с кем он говорил.

Марк, – встревоженно и озлобленно, спросил отец, ты не заметил ничего вчера подозрительного?

Ты о чем сейчас, прекрати говорить загадками.

Ты бы смог скрыть огнестрельное ранение?? – уточнял отец.

Марк удивлено распахнул глаза, не понимаю..

Последний выстрел, видимо попал в журналистку, скорее зацепило, парни вчера, когда искали оружие, сказали, что там было прилично крови. Но как она незаметно покинула место, эта сумасшедшая меня пугает. Надо что- то предпринять, не так уж и проста она, зачем ей таить такое… – размышлял вслух отец.

Марк, не сказав ничего, просто вышел в коридор, за эти сутки его голова пошла кругом, некогда Марк, который был самый трезвомыслящий и сдержанный, потерял суть, не понимает, что дальше делать, ведь он заметил утром, что все вещи она несла в одной руке.

У него начало гореть лицо, его бросало сначала в жар, затем кожа покрывалась ледяной коркой. И мало ему было его размышлений и переживаний, как в коридор выбежал Артём, с пиджаком в руке он направлялся в номер Миры и начал стучать в дверь и кричать, Открой я все знаю.