Чтение онлайн

— Ещё где-то болит? — спросил он.

— С чего бы? Он меня больше ни разу не достал, — Хризолит самодовольно улыбнулся. — Я умею ускользать.

Он сидел на кровати Дилана, обложившись подушками. В доме хватало свободных комнат, но господин Ардагов поселил гостя в мансарде, где обитал тилвит тэг. «Молодое к молодому тянется, — объяснил Мидир своё решение Дилану. — Глядишь, и разговорится наш гость. А ты слушай и запоминай».

— У тебя тут недурственно, — Хризолит с интересом осматривал просторную мансарду, завешанную по стенам домоткаными ковриками, гирляндами из сухих трав и венками. — Не жарко и не холодно. Сам зачаровывал?

— Нет, Мидир Гордеевич заклинание на весь дом наложил, чтобы летом прохладно было. А зимой от печных труб тепло. — Дилан закупорил бутылку с остатками бальзама и убрал в сундук.

Хризолит дотянулся до своей сумки, висящей на столбике кровати, вытащил серебряное зеркальце и опасливо заглянул в него.

— Надо же, и впрямь помогает! Ты где учился лекарской науке?

— Дома ещё. — Дилан не стал уточнять, что сводить синяки он учился на себе. Нет, его не били, но как-то само собой получалось, что неуклюжий полукровка постоянно оступался на лестницах и не успевал увернуться во время игры в мяч.

— А хочешь к нам переселиться? — предложил Хризолит. — В подгорных мастерских лекари всегда нужны. И платит Полоз щедро.

— Нет, — Дилан покачал головой. — Я Мидиру Гордеевичу клятву дал. И друзья у меня здесь.

— Какие друзья? Русалки эти бесстыжие, что ли? Так они же тебя в огонь отправили! А бесу, промежду прочим, платят, чтобы он за тобой присматривал. Какая же это дружба?

— Меня устраивает! — отрезал Дилан. — А ты, ежели слухи собираешь, так сквозь частое сито их просеивай, чтобы правду от брехни отличить.

— Да уж разберусь как-нибудь, — Хризолит прищурился. — Ты лучше скажи, что хочешь в оплату за лечение?

— Научи меня делать вот такое, — Дилан показал на цепочку из хитро оплетённых серебряной проволокой камешков, украшавших сумку змея. Это рукоделие сразу запало юному тилвит тэг в душу.

— Запросто! — оживился Хризолит. Порылся в сумке, вытащил моток серебряной проволоки и пригоршню самоцветов — зелёных, как его глаза, и синих, похожих на кусочки неба. — Вот это камень-хризолит, а это лазурит. Тебе какой больше нравится?

Дилан разложил камешки. Представил, как лазурит будут смотреться на русалках. Алёнка любит бусы. А для Ивки можно браслет сплести...

— Подарки задумал?— Хризолит ехидно улыбнулся. — К глазам подойдёт, вот только нежить серебро не любит.

— Не называй их так! Они ведь не виноваты, что... — Дилан прикусил губу. Нельзя рассказывать, как Ивка с Алёной стали русалками. — Им пришлось, понимаешь?

— Догадываюсь, — Хризолит неожиданно посерьёзнел. — Но серебру-то неважно, по какой причине они утопились.

Он положил серебряную проволоку обратно в сумку, а взамен достал медную.

— Тоже красиво будет. А когда потемнеет, пусть песочком почистят. Ну вот, смотри. Берёшь камешек и окручиваешь его плотно, чтобы не выпал... — Под пальцами Хризолита медная проволока словно бы сама собой завивалась спиралями, ластилась к камню, повторяя все его изгибы. — Можно ещё скань добавить, но с ней возни больше. Давай теперь сам.

Дилан выбрал самый красивый камешек и попытался повторить все действия Хризолита. Но проволока, которая в руках мастера казалась мягкой и податливой, как глина, больно врезалась в пальцы, а лазурит то и дело выпадал из неплотных витков, хоть плачь!

— Мда... — Хризолит потёр острый подбородок. — Надо с чего попроще начать. Есть у тебя бусины?

— У меня есть! — В дверь просочился Анчутка. — Дилан, помнишь, я у тебя туесок на сохранение оставил? Доставай, там на всех хватит.

— Промежду прочим, тебя не звали! — Хризолит так резко повернулся, что примочка слетела со щеки.

Анчутка хмыкнул, разглядывая растёкшийся по скуле змея синяк.

— Да уж, ты меня до морковкина заговенья не позовёшь. А я, промежду прочим, — передразнил он, — твою потерю нашёл.

— Дай сюда! — Хризолит протянул руку.

Анчутка положил ему на ладонь золотую, с изумрудной вставкой пуговицу. Дилан, напряжённо ждавший, не начнётся ли новая драка, выдохнул и достал из-под кровати обшарпанный берестяной туесок.

— Высыпай всё! — щедро разрешил Анчутка.

Дилан опрокинул туесок над кроватью. По лоскутному покрывалу рассыпалась куча бусин, пуговиц, старинных монет и окатанных водой кусочков стекла. Хризолит презрительно фыркнул, глянув на сокровища беса:

— Ты хочешь, чтобы подгорный мастер с этим мусором работал?

— Глаза разуй, мастер! — Анчутка поворошил блестящую кучу. — Смотри, вот настоящий яхонт! А это серёжка с бриллиантом, бусины жемчужные...

— Жемчуг поддельный, — процедил Хризолит. Но Дилан заметил, как вспыхнул в его глазах азартный огонёк. — Ладно уж, для учёбы сойдёт. Вот это настоящий сердолик, — он выбрал десяток округлых бусин.

— Можно? — спросил Дилан у Анчутки.

Бес рассеянно кивнул. Он к чему-то прислушивался, насторожив уши. Через мгновение в дверь поскреблись.

— Это за мной, — вздохнул Анчутка. — Пойду я. Дилан, ты не стесняйся, бери, что по нраву. Я с Мидира Гордеича ещё блестючек стребую. А то ишь, загонял совсем!

Он направился к двери, но взявшись за ручку, обернулся.

— Слышь, подгорный мастер, ты либо драться научись, либо три раза подумай, прежде чем рот открывать. А то ведь у нас такие обидчивые встречаются, что синяками не отделаешься. Пальцы твои умелые оторвут и свиньям скормят.

Он скрылся за дверью. Дилан посмотрел на ухоженные, с перламутровыми ногтями, пальцы Хризолита.

— Ну да, — змей дёрнул бровью, — я не люблю драться, потому что руки берегу. Но вообще-то я могу себя защитить. Там, возле озера, гранитный валун лежит. Позови я, он бы меня послушался. Но тогда бы от твоего приятеля только мокрое место осталось. Камни иначе не умеют.

Дилан содрогнулся.

— А ты...

— А я, — перебил его Хризолит, — взялся обучить тебя ремеслу. Так что хватит языком молоть, берись за дело!

***

Куделька привёл Анчутку в кабинет Мидира.