Чтение онлайн

Та вспыхнула до корней смоляных волос, перехваченных в «хвост» на затылке, старясь не смотреть на Беса, быстренько ретировалась, не забывая покачивать довольно-таки аппетитными бедрами, которые не скрывала легкая юбка бордового цвета. Роман лишь хмыкнул, понимая, что ничем помочь девчонке не сможет. Было бы ему лет двадцать, тогда бы точно не устоял перед знойной кубинкой. Такого трофея в его достижениях еще не бывало. Однако сейчас, после того, как в его объятиях побывала самая любимая и желанная женщина на свете, другие превратились в бесплотные тени.

Бьянка стала виться вокруг Романа, как только ее брат Хосе привел в дом дорогого гостя. Неумелые финты были по-наивному просты, бесхитростны. Разгадал бы даже школьник. Хорошо хоть дальше мечтательных взглядов, облизывания губ да вкусных ужинов, приготовленных с особой заботой, дело не заходило, чему Роман только радовался. Не хотелось бы прямых, откровенных и даже жестких разговоров с девушкой, которая, по сути, просто проявляет знаки внимания. Всегда так было. Вошло в обыденную привычку, а вот сейчас стало казаться чем-то раздражающим, не нужным. Хотелось быть незаметным, не привлекать к себе ненужного внимания со стороны слабого пола. Хотелось к ней, одной…

— Когда приехал Дэн? — спросил Бес, пытаясь уйти от темы влюбленности в него Бьянки и неосознанного раздражения, едва девчонка появлялась в поле его зрения.

— Совсем недавно. Вы были на пляже. Он ждет вас в гостиной, смотрит на внучку, — ухмыльнулся управляющий домом. — А вы смотрите на нее, но не замечаете. Ваша жена достойна уважения. Красивая, раз уж Бьянка вам не приглянулась.

— Я вас сто раз говорил, что ваша внучка — одна из лучших танцовщиц и красавиц в Гаване. Она найдет себе достойного мужа. Будьте уверены, — ответил Роман торопливо и поспешил в дом, не забыв добавить: — Спасибо, Пепе.

Зайдя в гостиную, Роман увидел, что друг сидит в кресле, поглядывает в сторону кухни, где хлопотала Бьянка. Девушка не изменяла себе: не пыталась даже одергивать юбку, когда наклонялась, и ее стринги можно было рассмотреть без прикладывания особых усилий.

Дэн поставил на меленький плетеный столик чашку с недопитым кофе, хотел направиться на кухню, но тут же передумал, едва заприметив Беса.

— Куда собрался? — по привычке одернул его Рома, возвращаясь в былые годы, когда тот был его подчиненным. — Сначала дела. И вообще, не для тебя девочка.

— Хороша, чертовски хороша chica, — прищелкнув языком, произнес друг. — Горячая штучка, да?

— Возможно. Не знаю, не пробовал, — буркнул Ромка, ожидая, когда Дэн поднимется из кресла и полезет к нему с обязательными крепкими объятиями.

— Даже так? Ну, что сказать? Герой! Не зря тебе звезду дали. Такая девчонка рядом, а он холоден и непробиваем, как настоящий чекист.

— Пойдем, во дворе поговорим, — оборвал излияния друга Бес, открывая деревянную резную дверь, ведущую в небольшой садик с розами, заботливо выращенные еще матерью Бьянки. Всё семейство Ампаро трудилось в гостевом доме уже много лет.

Свет из окон лился на плиты, которыми устланы дорожки. Приятный полумрак способствовал настроению. Скоро решиться его судьба. Пара слов — и он свободен. Усевшись на удобную скамью, Роман достал сигареты из кармана брюк. Закурил, в ожидании, пока Дэн сядет рядом, начнет тот разговор, который он представляет себе второй год.

— Сигары не понравились? Мы ж на Кубе! Представь: Бьянка, такая вся из себя, берет лист табака и на бедре своем начинает его сворачивать. Традиция старая, о, как!

— Дэн! — оборвал его Ромка. — Мне сейчас твои эротические фантазии до одного места! Говори, что и как.

— Ну что, гражданин Тихомиров, позвольте поздравить вас с обретением документов. Воспитанник детского дома, родственников нет, послужной список примерно твой, но в других условиях. Новая должность инструктора в нашей родной академии, командировки редкие, в основном на Кавказ. Минус — начальство всегда рядом. Привык ты на воле и от него подальше, придется и в костюмчике походить, и в форме побегать на полигоне.

— Тихомиров, — Бес кривился, — а получше фамилию нельзя было придумать? Ты меня представляешь Тихомировым? Специально, что ли, измываются надо мной?

Дэн бессовестно и нагло засмеялся:

— Честно говоря, не представляю. Но выход есть всегда. Можешь смело жениться на Лизке и брать ее фамилию. Она ж теперь Бессонова.

Под ложечкой засосало, скрутив желудок в тугой узел. Сердце пропустив несколько ударов, понеслось вскачь. Кровь зашумела в ушах. Вот то, чего он так долго ждал. Не новостей о новой должности, не разговоров о том, что его «воскресили» среди российских граждан. Лиза! Его девочка. Ждет. Взяла фамилию отчима, чтобы хоть как-то приблизиться, стать полностью его.

— Как она? — глухо спросил Роман. — Видел? Просила что-то передать?

— Да всё в порядке. Ждет, надеется и верит. Счастливая, как солнышко светится. Я аж обзавидовался, честное слово. Всегда мне нравилась, а теперь, когда она…

— Эй! — Бес сразу вскинулся.

Темнота скрывала выражения лица, но Дэн без сомнения понял, что на нем застыла поистине сатанинская ухмылка и угроза в глазах. Всегда друг зверел, когда хоть кто-то заводил разговор о том, какая Лизка красавица.

— Еще раз о Лизке такое от тебя услышу — убью. Дэн, последнее предупреждение я тебе делал еще давно, помнишь?

— Бес, ты меня умиляешь. Собственник хренов, — друг нагло ухмыльнулся. — Да не нужен ей никто, кроме тебя, ненаглядного, сейчас, так особенно. Видел бы ты, как она с малышом возится…

— С кем?! — Ромка напрягся, понимая, что Дэн упорно скрывает от него нечто важное, и осекся, явно проболтавшись.

— Со щенком. Взяла себе немецкую овчарку, назвала Цейс. Теперь во дворе гуляет, детвора за ней бегает, вот и с мальчишкой одним его выгуливают. Так что, вали-ка ты домой, заслужил. Завтра утром самолет. И паспорт, и документы я сразу привез. Я останусь здесь, бойцов воспитывать. Вроде как, теперь твой зам.

— Ну ты сильно-то не ржи, когда моих кабальеро увидишь в форме и на полосе препятствий. Зрелище эффектное. Хотя парни хорошие. Зря их не обижай. Всё равно, один хрен, воевать не пойдут. Не гоняй сильно.

— Я к вам с Лизкой на свадьбу в свидетели иду и к первенцу в крестные. Так что готовься, никого больше не зови.

— Размечтался! — ухмыльнулся Бес, ударяя в шутку друга по плечу кулаком.

На душе тепло разлилось волной, голова закружилась от предвкушения. Неужели? Лиза, дом, свадьба, дети? Всё то, что составляет такой простой и рутинный быт для других, для него — роскошь, недостижимая мечта, постоянно разлетающаяся на осколки, так и не ставшая явью.