Чтение онлайн

– А я, может, не спешу умереть, - мрачно возразил Айнон, но достаточно тихо, чтобы не ввязывать в очередной спор с Мариан.

– Нет времени останавливаться, надо добраться до тюрьмы, - Волчонок сверкнул глазами и последовал за Хоук. Айнон вздохнул.

Они поднялись выше, и оказались перед мостом, еще одним, тянущимся прямо к залу, что светился и, похоже, был темницей Корифея. Уже была видна последняя печать, и Мариан, отважная дуреха, что не учится на своих ошибках, вздернула подбородок и побежала…

– Ты опоздал, Ларий, - из-за колонны предсказуемо выступила Джанека с компанией.
– Отстань от Хоук и умрешь быстро.

– Хоук сделала выбор. Правильный выбор.

– Правильный или единственный?
– женщина вскинула брови.
– У Малкольма Хоука не было возможности отказаться.

– Это в прошлом, - более страстно, чем требовалось, отмахнулся Ларий, и это привлекло внимание Хоуков.
– Это неважно.

– Ларий, о чем Джанека говорит?
– Мариан развернулась к вурдалаку и обманчиво мягко начала допрос.

– Малькольм Хоук не хотел помогать, - Ларий заметался по мосту. Кажется, движение помогало ему если не думать, то вспоминать.
– Его надо было… убедить, - он замер у края.
– Я был Стражем-Командором, - в голосе вурдалака возникли боль и отчаянье человека, принявшего неприятное решение.
– Это была моя обязанность. Я выдвинул ультиматум - помогаешь или никогда ее больше не увидишь.

– Что-что ты сделал?
– Карвер опасно нахмурился.

– Ты собирался убить нашу мать!
– Хоук-старшая выглядела не менее дружелюбно.

– Неправда!
– Ларий обернулся к ним, в его голосе возникло облегчение.
– Он отправился с нами. Мне не пришлось решать ее судьбу.

– Видишь, Хоук?
– Джанека расплылась в довольном оскале.
– Как ты можешь доверять всему, что говорит Ларий?

– А как мы можем доверять тому, что говоришь ты?
– Айнон решил вставить слово, как и в случае с демонами, лучше не давать подобным существам устраивать словесные ловушки, а то не успеешь осознать, а ты уже вроде на все сам добровольно согласился.

– Ультиматум Лария достоин порицания, - Мариан обернулась к Стражу, - но насчет Корифея он по-прежнему прав.

– Ты пойдешь со мной, Хоук, добровольно или нет, - Джанека сделала жест рукой и вынула посох.
– Мне просто нужна твоя кровь.

Убить четырех Стражей оказалось не сложней толпы порождений тьмы. Главное было сосредоточиться на Джанеке, что Айнон и сделал с большим удовольствием. Все же он любил убивать магов…

– Он шевелится, - мимо прохромал Ларий.
– Убей его сейчас, пока он не проснулся. Пока к нему не вернулись силы, - он обернулся к Мариан.
– Ключ. Он недостаточно сильный. Возьми свою кровь. Освободи его и убей.

Айнон с отвращением вздохнул. Впрочем, его мнение мало кого волновало. Он переглянулся с мрачным Фенрисом и последовал за Хоуками. Мариан оглядела зал. Свет от четырех статуй грифонов стекался к центральной печати, окутывая ее золотым сиянием защитной завесы. У каждого же грифона было по своему “не светильнику”, замаскированные под чаши, видимо, стоило коснуться каждого из них, прежде чем они смогут подойти к печати. Мариан принялась обегать статуи грифонов, касанием руки гася свет, что тек к темнице Корифея.

– Это точно хорошая идея?
– Фенрис тоскливо проследил за затухающим огнем и бросил быстрый взгляд на Айнона.

– Когда это магия крови была хорошей идеей?
– мужчина нахмурился, он уже минут пять как не улыбался.

– Чтобы вырваться из плена, ему нужна кровь Хоуков, - уведомила их Мариан, бросая на унылый тевинтерский союз строгие взгляды.
– Полагаю, он ни перед чем не остановится, пока не получит желаемое.

– Что, с этими древними тюрьмами иначе не получается?
– Фенрис нервно усмехнулся.

– Если мы этого не сделаем, он же от нас не отстанет, - укорил их Карвер.

– Тогда у нас план-минимум, заставить его подавиться желаемым, - еще более мрачно откликнулась вторая половина тевинтерского союза.

Мариан погасила еще один светильник.

– Ты это чувствуешь?
– Фенрис огляделся.
– Воздух меняется.

– Я тебя умоляю…

– Чувствуешь? Словно… поднимается что-то, - Варрик бросил настороженный взгляд на печать.

– Фу, Варрик, нашел место, - Айнон закатил глаза, гном издал потрясенный смешок.

– Ничего, Красавчик, сейчас тут появится тевинтерский магистр, и ты тоже сбросишь напряжение.

– Что, у него будет восемь ног и он будет плевать ядом?

– Ради Создателя!
– Мариан замерла и резко к ним обернулась.
– Вы… просто… тьфу!
– она резво зашагала к последнему светильнику, так и не найдя слов.

– Ух ты!
– Айнон хмыкнул и обернулся к гному.
– Спасибо, Варрик.

– Семьдесят девятый.

Стоило потухнуть последнему потоку света, как погасло и сияние вокруг печати. Мариан бесстрашно двинулась к ней. Хотя Айнон не знал, “бесстрашно” или “безмозгло”. Там она достала нож и полоснула по руке, капая кровью в центр печати. Через секунду та засияла и возник светящийся столб, в который Мариан поместила посох-ключ. Яркая вспышка - и Хоук отлетела в сторону вместе с ключом, а из пола и свечения выплыл Корифей. Занятное, искаженное, оскверненное сплетение плоти и стали. Интересно, чем это было раньше? С чем он слился под действием скверны? Существо задумчиво огляделось, скользя по всему взглядом ртутных глаз.

– Я пробуждаюсь ото сна? Я в землях гномов? Но почему дороги так пусты?
– Корифей потерянно рассматривал окружающее его пространство.
– Ты!
– его взгляд замер на Мариан.
– Ты служитель храма Думата? Вынеси меня отсюда!
– Айнон нервно усмехнулся: а больше он ничего не хочет? Замашки магистра не исчезают и после обращения.
– Я буду говорить с первым послушником!

– Думат, первый из Древних богов, стал архидемоном, - Андерс обернулся к Мариан, удивленный, будто и не слышал ничего из рассказов Айнона. Ах да, они же не переваривают друг друга.
– Храмов, посвященных ему, не существует со времен древней Империи Тевинтер.

– Кажется, вы люди. Вы не подданные Империи?
– Корифей задумчиво пытался рассуждать.
– Тогда вы рабы гномов?
– Варрик хмыкнул.
– Зачем вы явились сюда? Кто бы вы ни были, вы обязаны присягать на верность любому магистру Тевинтера. На колени!
– у Айнона дернулось веко, в последний раз он так желал смерти магистру, еще когда был жив Ашварахти.
– Вы все!

Айнон оскалился, вынимая ножи, он чувствовал, как ускользает контроль, уступая место звериному бешенству, но прежде чем он успел пошевелиться, вмешалась Хоук.