Чтение онлайн

— Чтоб создавать события, надо уметь влиять на материю, — сказал Гречкин.

— А вот это будет один из следующих вопросов Лучу, — Саид взял лист с карандашом и сделал запись: “1. Как ты управляешь материей?”.

— Ты хочешь сказать, что мы это просто буквы для них? — спросил Жорж.

— Нет, не мы, а наши поступки, — ответил Саид, — а мы как функция. Мы создаем ситуацию, или они подталкивают нас создать ситуацию, нужную кому-то из них. Через эту ситуацию они передают свою информацию, подобно тому, как мы это делаем, произнося слова.

Саид записал следующий вопрос: “2. Ты создаешь события?”.

— Я все же не могу представить такой способ коммуникации и уж тем более я не могу представить высший разум, который этот способ использует, — сказал Жорж.

— Мне это видится так, — начал Саид, — допустим наша с вами жизнь, это воздушная среда, с ее колебаниями в виде ветров и прочего подобного. Аналогией создаваемого Лучом события, будет являться какой-нибудь щелчок азбуки Морзе или произнесенная человеком буква или слово. И вот значит этот щелчок или слово в нашей воздушной среде создает резонанс, колебание, которое мы — люди, улавливаем ухом и определяем это как сигнал, как послание. Так устроен наш устный способ коммуникации. То есть наша жизнь и мы для них это та же самая воздушная среда, а создаваемое Лучом событие является тем самым щелчком или словом. Мы создаем резонанс в воздухе словами, они создают резонанс в нашей жизни событиями.

— То есть сидят два таких Луча друг напротив друга за столом, а на столе расположена наша вселенная, — рассуждал Мингли, — и Лучи эти создают различные события в нашем мире, таким образом общаясь между собой?

— Именно это заявил Луч, — Саид пожал плечами, — я лишь расширил его ответ.

— Как-то не очень приятно ощущать себя просто функцией общения высшего разума, — произнес Жорж, — получается, что мы это язык для них? Лишь способ передачи сигнала? Наш мир, это лист бумаги, в который они НАМИ записывают послания и отправляют друг-другу? Мы, получается, абстракция? Бред какой-то. И вообще, мало ли что там сказал этот Луч. Мы не обязаны верить ему.

— Даже если мы и правда лишь язык для них, — принялся рассуждать Гречкин, — то как сюда притянуть воскрешение Данте и Леонардо? Да еще и то, что это, как сказал Луч, были и не они вовсе?! А если это не они, то кто это такие? (указывает рукой на замерзшие трупы) Откуда они взялись? Где настоящие тела Данте и Леонардо? Сразу рождается цепочка вопросов.

— На это я не могу ответить, — сказал Саид.

— Как они могли эволюционно прийти к такому? Нет, это невозможно, — сказал Жорж.

Через несколько часов геологи немного оттаяли, и мы смогли завести окоченевшие руки Данте за спину и перемотать их скотчем. Ноги тоже перемотали. Стив взял образцы крови и после недолгого разглядывания под микроскопом сообщил, что ничего необычного в крови этой нет. Несомненно, это человеческая кровь, сказал он, а Данте с Леонардо — несомненно трупы самых обычных людей.

— Я, знаете, что думаю, — говорю я, потягиваясь на раскладушке, — гроза эта тоже вызвана Сферой.

— На Земле гроза возникает из-за неравномерного прогрева воздушных масс, — Мингли, до этого что-то чиркающий карандашом на листке, поднимает на меня взгляд, — ты думаешь Сфера может как-то влиять на температуру вокруг?

— Не знаю, но гроза аномально долгая и сильная.

— Погода на Титане не так хорошо изучена, чтоб делать такие выводы, — отвечает Жорж.

— Если сравнить с Землей, то… — я замолкаю, на полуслове. Мы все резко поворачиваемся к телам геологов.

— Послышалось? — говорит Стив, выходя из-за стола.

Я встал.

Слышу негромкое — “Помогите”. Приглушенный звук доносится не из микрофона скафандра.

— Ах ты сволочь! — слышим мы низкий из-за атмосферы голос Леонардо.

— Помогите, они проникают в меня, — тихо говорит Данте.

— Да что тут происходит?! Вы все чертовы психи! — Леонардо, увидев нас, принялся ерзать по полу, пытаясь высвободить руки.

Мы, держа оружие наготове, медленно подходим к вновь ожившим коллегам. Меня слегка бросает в жар, а руки становятся тяжелее.

— И что мы будем с ними делать? — говорит Мингли в чат.

— Вы не понимаете, — зловеще улыбаясь, говорит Данте, — мы тут не одни… Они невидимые, они внутри меня… внутри нас всех…

— Да заткнись ты уже! — кричит Леонардо.

— Предлагаю допросить их по одиночке, — говорит Саид.

— Мингли! — обращается к капитану Леонардо, — что тут случилось?!

— Давайте сначала подключим к нашему чату одного, — говорит Мингли, игнорируя вопрос геолога, — поговорим с ним, потом отключим и подключим второго.

— Да, — говорю, — сейчас я добавлю. С кого начнем?

— Давай с Лео.

***

Не обращая внимания на протесты Леонардо, мы отволокли его в другой конец помещения и усадили на стул, а сами уселись напротив. Скафандр его был чист, будто кто-то отмыл его от крови или подменил на новый.

Я приглядываюсь и вижу через пластиковую маску, что и голова, и смуглое лицо его тоже чистые, это еще не говоря о том, что нет никакой раны от выстрела. Взгляд Лео бегает по нам, скачет будто мячик. Кажется, геолог искренне не понимает, что происходит.

— Мингли! Ты должен мне все объяснить! — кричит Леонардо.

— Лео, успокойся, — говорит Саид.

— Успокоиться? Вы издеваетесь?! Почему вы меня связали?! Почему Данте напал на меня?!

— Вопросы здесь задаем мы, — Мингли наставляет пистолет на и без того перепуганного Леонардо.

— Хорошо, хорошо, — отвечает тот, — прошу, прошу только не…

— Просто замолчи и слушай! — перебивает его капитан.

— Я понял, понял, — тараторит геолог, — я молчу, молчу…

— Что произошло, когда вы с Данте отправились буриться? — спрашивает Мингли.

— Сначала все было как обычно, я имею ввиду в первой половине дня… в смысле… Земного дня, — начал суетливо говорить Лео, — мы отстояли несколько станций, а потом я заметил, что Данте начал вести себя странно.

— Он что-то видел? — говорю я.

— Он спросил у меня про какие-то окружности, говорит, не попадаются ли мне окружности с одинаковыми радиусами. Я вообще не понял, о чем он, сказал, что нет, не попадаются. Я не придал этому значения. Потом, когда мы уже ближе к горам подъехали, мне показалось, что он будто сам не свой. Я решил, что перелет мог так повлиять на него, хотел вам сообщить, но думаю, отработаем уж выезд, вернемся и я вам все расскажу.