Чтение онлайн

По мнению авторитетов Национального комитета по американокитайским отношениям, «мягкая сила» по сути дела является притягательной силой, она не представляет собой угрозу, напротив, она содействует сотрудничеству. Особенно это касается технического новаторства, способствующего глобальному экономическому росту (до 2013 года Китай намерен пригласить к себе из–за рубежа, прежде всего из США, 1500 выдающихся специалистов и подготовить за рубежом 6000 молодых ученых, обладающих инновационными способностями).

Такие разногласия между США и Китаем, как торговый дисбаланс, защита интеллектуальной собственности, проблема Тайваня и Тибета, права человека и свобода вероисповедания, вполне нормальны, не носят стратегический характер и не отменяют мощное политическое, экономическое и географическое влияние США и Китая на решение глобальных вопросов.

Зб. Бжезинский назидательно заявляет, что в условиях роста Китая Соединенным Штатам необходимо быть дальновидными, по–новому определить руководящую позицию США и постепенно достичь трансформации системы международных отношений с учетом реальной расстановки сил.

Стратегической целью администрации нового президента США Обамы Благословенного (смысл имени Барак на арабском языке) остается удержание роли и места США как безусловного глобального лидера. В обстановке мирового кризиса, связанного с завершением эпохи индустриального общества, сохранение американского лидерства обеспечивается:

А) созданием в мире хаоса, которым управлять значительно дешевле, чем порядком, и посреди которого США будут выглядеть привлекательным оплотом покоя;

Б) всемерным торможением роста совокупной мощи КНР как единственного конкурента и опасного претендента на исполнение роли мировой державы первого порядка уже с 2012 года Черного дракона.

Ближайшей задачей США будет втягивание Китая в кризисную воронку Среднего Востока и Центральной Азии. С помощью технологии управления выбором, по аналогии с втягиванием Китая в военное патрулирование маршрутов морских перевозок у берегов Сомали, США будут втягивать Китай в контртеррористические операции в Афганистане. Свертывая военное присутствие в Ираке, США сосредоточат войска в Афганистане. Под флагом борьбы с торговлей наркотиками развернут боевые действия против талибов. Затем организуют систему международного контроля в Афганистане и предложат Китаю его зону ответственности. То есть попытаются повторить сценарий «утопления противника» в бесконечной религиозной войне, питаемой безработицей, бедностью афганских племен и радикальностью их религиозных сект. Сначала, с 1979 по 1989 год, — СССР, затем, с 2001 года, — США, а с 2009 года — КНР: с одним и тем же результатом колоссальных напрасных затрат сил, средств и времени. Втягивание Китая в афганскую кризисную воронку повысит издержки КНР на развитие внутреннего спроса и выход из структурного экономического кризиса. Дополнительное финансовое напряжение с отвлечением огромных средств с рынка испортит отношения КНР со своими союзниками из числа мировой финансовой олигархии (Фининтерном) к удовольствию администрации Обамы.

Последующей задачей США будет активизация Турции как центра влияния на тюркские народы Кавказа, Поволжья и Центральной Азии, включая китайский Синьцзян. Свертывание военного присутствия США в Ираке позволит запустить курдскую кризисную воронку. Почти 25 млн курдов, разделенных Турцией, Ираном и Ираком, легко взорвут стабильность в Турции и Иране. Отвлекут на себя внимание от Израиля — Обама бросит Израиль на произвол его тяжкой судьбы. И перенесут центр хаоса в нефтегазоносные районы Иранского нагорья и Каспия. Распространение этой кризисной воронки на страны ШОС (прежде всего на транзитный Узбекистан) лишит КНР стратегического тыла.

Направлением дальнейших действий США будет дестабилизация через индо–пакистанский конфликт пограничного с китайским Синьцзяном Кашмира с целью перенести очаг радикального ислама на территорию Китая.

США и Китай не враги, а всего лишь толкающие друг друга мягкой и грубой силой ведущие участники забега «олимпийской эстафеты» по преодолению постиндустриального барьера с финишем в обществе экономики знаний. Поэтому занять освободившееся на горе место «мудрой обезьяны», разводящей драку «двух тигров», Новой России не удастся.

В обстановке мирового кризиса кредитной экономики индустриального общества Россия упреждает все крупные державы в освобождении от пут индустриализма (лидирует по темпам деиндустриализации, потери технологий, утрате потенциала технического новаторства). Сжатие кризисом ускорит процесс освобождения лиц, принимающих решения в России, от иллюзий державного возрождения утраченной индустриально–технологической мощи. Заставит искать пути не возрождения того, что было, но преображения страны в то, чего еще не было. Побудит сделать ставку не на богатство земли и ее ресурсов и не на промышленный и финансовый капитал с его правами собственности, а на творческие способности человека даром прибавлять новое, небывалое и умение управлять поведением людей, порывами их душ и страстями.

Вынужденно, по обстоятельствам непреодолимой силы, оставив гонку лидерства на последнем этапе индустриализма США и Китаю и став безучастным зрителем их конструктивного сотрудничества, Россия может превратить слабость в силу. И переводом поступательного движения прогресса и модерна индустриализма во вращательное движение перемен (возвратившись на круги своя, к смыслам пути, истины и жизни) Россия чудесным образом может первой оказаться в постиндустриальном обществе. Обществе экономики знаний и универсальных ценностей самой жизни, где новым богатством будут не технологии материального производства, а технологии управления «свободным выбором» масс, элит и их вождей. И эти технологии уже рождаются в России.

Что же касается отсутствия искренности и инспирируемый внешним влиянием Запада реальный стратегический саботаж в российско–китайском стратегическом партнерстве и взаимодействии, то, находясь в материальной сфере, для духовной победы России они не имеют определяющего значения.

Лишь мощная встряска России изнутри и ее сжатие мировым кризисом снаружи позволят русским осознать правду. Осознание правды пробудит совесть и даст России искомую независимость в устоях сознания новой знати.

Независимость сознания новой знати обеспечит суверенитет российской власти, ее независимость от все более пробуксовывающих двоичных (диалектических) схем управления, пришедших в Россию вместе с марксизмом с Запада. Суверенитет власти в России даст ей возможность в качестве духовного авторитета выступить открытой стороной и связках трех сил и тем внести гармонию туда, где ныне ожесточается борьба противоположностей.

Предложить странам и народам не лозунг, а действующий образец гармонии мира и есть предустановленная функция России в исправлении нарушенных информационных кодов общежития людей на планете Земля.

Мировой кризис, наступивший после 360 лет прогресса прежде всего европейской цивилизации, слом инструментов понимания глобальной картины мира, близкая смена лидера с США на Китай — все это делает Всемирную универсальную выставку «ЭКСПО-2010» в Шанхае важнейшим событием для зримого различения роли, места и статуса России и ее первых лиц в глобальном мире. Своевременно дает России шанс стать маяком на пути преодоления человечеством постиндустриального барьера.

Китай как будущий лидер мирового развития, упершегося в пределы роста, находится на острие экзистенционального вопроса: как жить дальше?

В рамках стратегического взаимодействия Россия должна подарить Китаю новые социальные технологии, замещающие ущерб природе и обществу от эффективности материального прогресса, и продемонстрировать образ будущего.

Ненавязчиво сделать это позволяет архитектурная форма, символика и экспозиция павильона России на «ЭКСПО-2010» в Шанхае.

Политический же смысл павильона может состоять в том, чтобы продемонстрировать прагматичным китайцам образ сопряжения символов традиционной китайской «гармонии умиротворенного покоя» (блаженства) по горизонтали с русской троично–асимметричной «гармонией соответствия Небу» (счастья) по вертикали с тем, чтобы получить в глазах китайцев положительный и достойный России СТАТУС СТАРШЕЙ СЕСТРЫ семьи народов.