Чтение онлайн

Я подскочила, как ошпаренная (Линка наверно решила, что от горя, ну или радости, я совсем сбрендила), и направилась в открывшийся портал.

Через секунду я оказалась в темном круглом помещении рядом с алтарем, освещенным магическим светом. По другую его сторону стоял мой, пока еще, жених, с мигающим за спиной порталом. И больше здесь никого не было. А, ну кроме все того же холодного женского голоса на древнем языке зачитывающего какую-то лабуду на манер земного: '... в здоровье и бедности...'. А в это время кожу на запястье левой руки весьма ощутимо жгло - чем дольше бубнил голос, тем сильнее становился жар. В конце церемонии на запястье останется темный браслет-татуировка - аналог свадебного кольца, только его не снять, не смыть, не потерять...

Прошла, наверное, целая вечность, когда голос, наконец, замолк, алтарь потух и помещение погрузилось в еще больший мрак, только наши с Миком одежды светились в темноте белыми пятнами. Это означало, что пришло время ритуала аз-хен - произношения истинных имен.

Мы с внуком Роханского сблизились перед алтарем так, что между нами вовсе не осталось места. Ноги у меня дрожали и потому я была рада, когда он крепко меня обнял, как того требовал ритуал и громко произнес:

– Доверяю тебе жизнь свою и судьбу свою, - а потом чуть наклонившись, произнес в самое ухо: - Имя мое истинное Араен.

– Араен, - тихо повторила я.

Я думала ничего не будет - просто дань традиции. Но мое тело пронзило миллионами иголок, и Роханского, кажется, тоже, потому что он вдруг как-то весь напрягся и сильнее сжал меня в объятиях - я думала у меня ребра треснут. Через некоторое время боль, хвала Берлу, прошла, но иголки, словно соединяющие нас с Роханским в единое целое, все еще ощущались по всему телу и я боялась лишний раз вздохнуть, не то что шевельнуться, дабы не вызвать приступ новой боли.

Теперь была моя очередь.

– Доверяю тебе жизнь свою и судьбу свою, - мой голос тоже звучал громко, но казалось не так уверенно. Я постаралась обнять своего уже почти мужа как можно сильнее, вцепившись в него, как в спасательный круг. Он стоял все еще склонившись, поэтому я тоже смогла произнести ему почти в самое ухо: - Имя мое истинное Алиенна.

– Алиенна, - повторил Роханский.

И я сжалась, ощущая, как новая волна острых маленьких жал впивается в тело с еще большей силой, чем прежде. Мне стало нечем дышать! Мрых, я понимаю почему об этом никто не рассказывает - знай молодые люди о таком неприятном моменте в ходе свадьбы и брачующихся стало бы гораздо меньше... И тут я почувствовала легкое прикосновение ветерка и мне стало много легче - похоже, Роханский перетянул часть моей боли на себя... и я была искренне благодарна ему за это - по крайней мере, я смогла сделать судорожный глоток воздуха.

– Спасибо, - прошептал я.

– Ш-ш..

Я представила, как ему больно и мне стало стыдно. Как помочь ему я не знала, хотя бабушка, конечно, учила меня некоторым заклинаниям, но они носили скорее бытовой (всегда пригодится) и оборонительный характер (наша страна хоть и считается цивилизованной на границах куча всяких монстров - особенно на северо-востоке море сюрпризов с недавней войны с Шамирским государством осталось).

Сколько прошло времени прежде, чем боль ушла не знаю - просто вдруг стало легко. Я отцепилась от своего мужа, он меня тоже отпустил. Мы просто стояли в темноте и молчали. Мне отчего-то стало невыносимо, почти до слез, грустно - казалось, еще немного и я закачу истерику. Все-таки я дура...

Роханский чуть тронул меня за руку и кивком головы указал на появившийся портал. Как я предполагаю он вел к центральному входу - пора было покидать храм, тащиться к чужим гостям - моих-то там всего 4 человека: родители, бабушка и Линка, даже сестра мной собственноручно заперта в доме на другом конце империи... Когда мы прошли через портал я, кажется, все-таки всхлипнула. Муж обернулся ко мне.

– Эй, ну подумаешь свадьба, - сказал он. Его голос искажался плотной тканью все еще накинутого на лицо капюшона и странной акустикой храма, но все равно был очень приятным и мелодичным.
– Я знаю, что ты не горела желанием выходить за меня. Так может сразу договоримся жить, как прежде? У тебя свои дела, у меня свои... Но я, конечно, буду помогать тебе во всем, в чем ты попросишь помощи, - пообещал он серьезно и я невольно улыбнулась.
– Просто у меня девушка...
– Я понимающе кивнула. Мы с Линкой не раз слышали историю про девушку, которая на одном из концертов группы в Москве подарила Мику плюшевого темно-рыжего щенка. Что у них там еще было не знаю, но щенка Артемка с тех пор таскает с собой и никому даже прикасаться не дает. И тут я невольно вспомнила, как сказала Главе Гильдии о том, что несчастные в браке люди будут изменять друг другу, и то что он мне ответил...

– А как же Коххейское заклятье?
– с грустью спросила я.

Муж захохотал. А я с недоумением пялилась на него, но мне тоже отчего-то захотелось смеяться.

– О, Берл, - произнес он отсмеявшись.
– А дед говорил, что ты с отличием закончила Высшую школу.

– Амм... Ну, понимаешь...
– я замялась соображая следует ли ему сказать, что я не совсем Света или это обстоятельство негативно скажется на настроении моего новоиспеченного мужа. Хотя ему должно быть все равно...

– Что?
– он уже взялся за ручку одной из створок ворот.

– Понимаешь, моя сестра уже собиралась замуж за другого, - начала я сбивчиво.
– Уже на следующей неделе, между прочим. А твой дед его послал... и прислал бумажку, типа Света за тебя должна... а я как бы слегка виновата, что он узнал об их свадьбе... ну и вот... вместо нее...

Роханский молчал... А потом как заржет... в храме! Богохульник!

– Так что там насчет заклятья?
– спросила я, когда ржать он перестал... почти.

– Такого заклятья не существует. Это придумали мошенники, чтобы разводить на деньги доверчивых граждан нашей страны, - очень серьезно, как на лекции произнес он.

– Но почему кто-то верит, раз оно не действует совсем?

– Просто большинство обычных людей ведутся на одно только заверение, что на них наложено заклятье и даже не пробуют изменять.

– А-а, лохи обыкновенные...

Парень опять заржал.

– А ты забавная, почти как...

Он замолчал, прислушиваясь к чему-то. На улице, похоже, начали волноваться по поводу нашего долгого отсутствия.

– А-а, - протянул парень недовольно, - придется выходить. А то дед не постесняется нарушить традицию и заглянуть в храм.

Он легко толкнул одну из створок главных врат храма, взяв другой рукой меня за руку. Каюсь, мне было приятно ощущать свою руку в его теплой ладони, особенно когда он ободряюще сжал мои пальцы чуть сильнее.

Ну, конечно, впереди всей толпы стоял его дед. И, кажется, он в самом деле собирался взламывать двери храма. Я хихикнула, и Роханский-младший вновь сжал мои пальцы, словно говоря, что согласен со мной - смешно.

Родственники мои маячили где-то в задних рядах. Мама ревела, Линка, видно поймав волну, очень натурально ей подвывала, хотя мне казалось, что ей не фига меня не жаль, папа хмурился, и только бабушка была спокойна, как танк и почему-то казалась... довольной. Вот, блин, интриганка имперского двора...

Муж никого рассматривать не стал - потащил меня в сторону замка. Там можно будет уже снять накидку - она хоть и не греет, но дышать тяжеловато. Вся процессия двинулась за нами.