Чтение онлайн

Быть хоть чем-то похожей на ангела зла.

2006 г.

 Летний сад. К стихотворению "Эвтерпа"

Фото автора 

О, Петербург! Не улиц твой парад,

И не дворцов, не храмов колоннады

Меня влекут. Душа и сердце рады

Вновь посетить уютный Летний сад.

Но не прохладою средь душных дней

Зовут к себе тенистые аллеи.

В зелёные вторгаясь пропилеи,

Я думаю взволнованно о ней!

В ряду застывших каменных фигур

Моя в тени здесь притаилась муза.

И, сбросив бремя будничного груза,

Я проникаю в древний дух скульптур.

Пусть шумных будней испускает стон

Усталый город, хмурясь за оградой, -

Застыв как тень, с горящею лампадой,

Хранит Психея здесь Амура сон.

Вот множит профиль Янус озорной.

В покрове звёздном "Ночь", а с ней Аврора.

Вот к танцу приглашает Терпсихора,

Взгляд нимфы сада всё следит за мной.

Но где Эвтерпа? Ищет, ищет взгляд, -

Друг друга оба мы в лицо не знали, -

На ножках музы завязать сандалии

Хотел бы я, и тем лишь был бы рад!

Ах, вот она! Смотрю и оробел:

Среди других проста и не обута…

Признаюсь: сам не знаю, почему-то

Ноги её коснуться я не смел.

Она молчала, будто смущена.

Но внемлю ей! О, муза! О, богиня!

С тобой моя душевная пустыня,

Ожив на миг, поэзией пьяна!

2009 г.

Прим.: Эвтерпа - в древнегреческой мифологии -

одна из девяти муз, муза лирической поэзии

К Вам чувством мимолетным не грешу,

О, невозлюбленный мой человек!

Но смойте эту черноту, прошу,

С прекрасных глаз, хотя бы с нижних век!

Самообманный Ваш ресниц объём,

Не разжигает чувственный экстаз,

Не красит сгусток туши окоём

Неисчерпаемых безбрежных глаз!

Пусть берег - водоёма оберег,

Прекрасному не нужно чёрных рам.

Неочернённость Ваших млечных век

Пусть входит музыкой в мой храм.

2011 г.

Ловлю воздушный лёгкий поцелуй –

Любви послание летит незримо

Потоком зыбких своевольных струй,

Играя в тонких крыльях херувима.

Но что-то сбилось в музыке небес,

Совсем неслышно – я и не приметил,

Как поцелуй, не долетев, исчез –

Его украл шальной ревнивец-ветер.

Лишь губы в губы, лишь глаза в глаза –

На знак воздушный я бы Вам ответил -

Как много хочется без слов сказать,

Когда мы сами – чувства зной и ветер!

2012 г.

Здесь странен свет самих небесных сфер,

Здесь ночь бела, а день, как дым невнятен.

В безумье ветра ход Невы обратен,

И вечно вздыблен медный "кондотьер".

Всё гложет пламень первых грозных лет.

И нет согретых в нём, и нет спасённых.

Нет книг, журналов. Только лишь газет

Выходит несколько казённых.

Как в пьесе всё, бездарной и бедовой,

И в воздухе звенит: "Даёшь!", "Давай!".

Как по инерции ещё идёт трамвай…

…От Невского я еду по Садовой.

Вагон наполнен… Где-то у Сенной

Со мною рядом тень остановилась.

Растянутое "здравствуйте" разлилось –

И Блока лик застыл передо мной.

Вдруг мукой внутренней звучит вопрос

Сквозь мутность разметавших всё событий:

"Вы мне руки теперь не подадите?" -

Блок с неуверенностью произнёс.

Круг пассажиров исподволь притих -

Вопрос звучит и странно, и трагично.

Всё замерло, - трамвай для нас двоих.

Протягиваю руку: "Только лично!

Общественно же говорю Вам: Нет!"

Мне Блок целует руку осторожно,

Всё в чувствах, в мыслях спуталось так сложно.

"Благодарю Вас!" – слышу я в ответ.

И мы молчим. Блок снова продолжает:

"Что, уезжаете?"

"Да. Кто не уезжает?

Из под копыт восстала змея медь -

Здесь – иль уехать, или умереть.

Не каждый может в Вашем положенье…"

А Блок в ответ: "Моё – скорей, недуг.

Поверьте, и оно – не утешенье,

Печален недосказанности звук".

Я разговор не рву, не тороплю,

Мне память прежних лет всего дороже.

Блок говорит: "А я ведь Вас люблю",

А я: "Вы знаете, что я Вас тоже".

Весь город – как молитва октябрю…

Предвидя будто долгую разлуку,

Блок на прощанье мне целует руку,

И вновь мне говорит "Благодарю