Чтение онлайн

— Пожалуйста, Джиффорд. — Деметрия взглядом осадила брата, а затем криво улыбнулась Олимпии. — Чиллхерст носит благородное имя, но даже его родственники вынуждены признать, что у него душа торговца.

— С Чиллхерстом все сводится к сделке, — ядовито произнес Джиффорд.

— Успокойся, дорогой, по-моему, они прекрасно подходят друг другу, — беззлобно сказала Констанс. — Леди Чиллхерст кажется мне весьма практичной женщиной.

— Почему вы так решили? — в изумлении спросила Олимпия, ибо ее еще никогда не называли практичной.

Джиффорд помрачнел.

— Ну, это же очевидно, не так ли? У вас есть состояние, иначе бы Чиллхерст на вас не женился, к тому же сам он чертовски богат. Тем не менее он прячет вас в этой дыре. — Он скользнул взглядом по ее скромному муслиновому платью. — Более того, похоже, вы не тратите много денег на наряды, так что остается предположить, что вы весьма экономны, мадам.

— Чиллхерст это ценит. — Глаза Деметрии не улыбались, а в голосе звучал металл. — Я уверена, он испугался, что я пущу его деньги на ветер, и, возможно, был прав. Признаюсь, я люблю красивые вещи.

Констанс улыбнулась ей беглой улыбкой.

— Да, Деметрия, но красивые вещи стоят денег.

— Но они их стоят, — подчеркнула Деметрия.

Джиффорд недовольно проворчал:

— У Чиллхерста куча денег, он богат, как Крез. Ему не нужно жениться на деньгах.

Олимпия уже открыла рот, чтобы гневно возразить, но осеклась, заметив, как Деметрия с Констанс обменялись тревожными взглядами.

Олимпия вдруг осознала причину повисшей в воздухе напряженности: Деметрия и ее подруга не хотели идти сюда.

Они увязались за братом в тщетной попытке отговорить его от визита.

Джиффорд весь кипел от ярости и затаенного разочарования, и все его эмоции были связаны с Джаредом.

Олимпия не знала, как ей поступить.

Деметрия же поспешила отвлечь внимание от грубости Джиффорда:

— Вы должны простить моего брата. После стольких лет он все еще очень страдает из-за того, что Чиллхерст отказался принять его вызов.

У Олимпии перехватило дыхание, но некоторое время она продолжала смотреть на Деметрию, а затем повернулась к Джиффорду:

— Только не говорите, что вызывали Чиллхерста на дуэль!

— Не сочтите за оскорбление, мадам, но у меня не было выбора, — Джиффорд беспокойно поднялся и зашагал к окну. — Он безобразно обошелся с моей сестрой, и я просто вынужден был послать вызов.

— Ладно, Джиффорд. — Деметрия вновь пронзила брата тревожным взглядом. — Не надо ворошить прошлое. В конце концов, это было три года назад, и я счастлива в браке с другим.

Олимпия посмотрела на напрягшуюся спину Джиффорда.

— Я уверена, мистер Ситон, что вы не все мне рассказали.

Джиффорд только пожал плечами:

— Уверяю вас, что все. Ведь именно тогда, когда Чиллхерст разорвал помолвку, я его вызвал на дуэль. Я сообщил ему свое мнение, что он очень грубо оскорбил Деметрию.

Деметрия тихо вздохнула, Констанс молча коснулась ее руки.

— Что ответил Чиллхерст, когда вы обвинили его в оскорблении своей сестры? — с любопытством спросила Олимпия.

— Он принес извинения по всей форме, — ровным тоном сказала Деметрия. — Разве не так, Джиффорд?

— Да, черт его подери! Именно это он и сделал: принес извинения и отказался встретиться со мной в поединке чести. Трус презренный, вот он кто!

— Джиффорд, ты не должен говорить таких слов в присутствии леди Чиллхерст! — сказала Деметрия с отчаянием в голосе.

— Подумай о своей сестре, — прошептала Констанс. — Я просто излагаю леди Чиллхерст факты! — взорвался Джиффорд. — Она должна знать, за кого вышла замуж.

Олимпия непонимающе уставилась на Джиффорда:

— Вы с ума сошли? Мой муж не трус!

— Конечно, нет, — быстро поддержала ее Деметрия. — Никому и в голову не придет обвинять Чиллхерста в трусости.

— Вот как? — Джифферд поджал губы. — Нет, он самый настоящий трус.

У Констанс вырвался стон.

— Я говорила тебе, Деметрия, глупо сопровождать сюда твоего брата.

— Что же мне было делать? — задыхаясь, спросила Деметрия. — Разве его удержишь?

Головная боль Олимпии все усиливалась.

— Полагаю, что с меня на сегодня хватит развлечений с гостями. Я хочу, чтобы вы покинули мой дом.

Деметрия продолжала издавать успокаивающие восклицания:

— Пожалуйста, простите моего брата, леди Чиллхерст. У него горячая кровь, и он мнит себя моим заступником. Джиффорд, ты обещал не устраивать сцен. Пожалуйста, извинись перед леди Чиллхерст.

Джиффорд презрительно прищурился:

— Я не стану извиняться за правду, Деметрия.

— Извинись хотя бы ради сестры, — холодно сказала Констанс. — Пойдут сплетни, и ничего, кроме неприятностей, это не принесет. — Она выдержала паузу. — Бомонт будет недоволен.

Последние слова возымели действие: Джиффорд бросил на женщин взгляд, кипящий от ярости. Он неохотно повернулся к Олимпии и склонил голову в легком поклоне:

— Мои извинения, мадам.

Для Олимпии было уже достаточно.

— Мне не нужны ваши извинения. Меня ждут дела, и гели вы не возражаете…

— Не думайте о нас плохо, леди Чиллхерст. — Деметрия уже натягивала перчатки. — Три года назад наш разрыв доставил мне неприятности, но я постоянно твержу Джиффорду, что все оказалось к лучшему. Разве не так, Констанс?

— Именно так, — подтвердила Констанс. — Если бы Чиллхерст не разорвал помолвку, Деметрия никогда не вышла бы за Бомонта, а с ним ей куда лучше, чем могло быть с Чиллхерстом.

— Без сомнения. — Деметрия взглянула на Олимпию:

— Бомонт ко мне очень добр, я довольна своим выбором. Уверяю вас, Чиллхерст мне не нужен. Честное слово.

Джиффорд тихо выругался.

Голова Олимпии просто раскалывалась. Она гадала, как настоящей виконтессе подобает избавляться от нежеланных гостей.

Скорее бы вернулся Джаред, он, конечно, знает, что делать.

— Чай, мадам, — объявила с порога миссис Берд в своей новообретенной громогласной манере. — Вам налить?

Олимпия обрадовалась возможности сменить тему.

— Благодарю вас, миссис Берд.