Чтение онлайн

– Но как же… – уделывается он.

– Просто, Саня. – говорю я - Каждый раз мы эти вопросы с тобой отдельно обсуждать будем…, чего им говорить. Ну, во-первых, пока им точно говоришь, что ты на воротах на весь матч мной запланирован на эту игру. Т что ты наш последний рубеж обороны, и на тебя у меня вся надежда. На самом деле…, я тебя выпущу в нападение во втором тайме. Ты мой джокер. Но это как игра пойдёт. Может, и пораньше, уже в первом тайме, на поле выпущу. По результату смотреть будем. Но для всех…, ты тренируешься в основном как вратарь. Вместе с Серёгой. Понял?

– Ага. А как же с деньгами быть? Они мне потом предъяву не выставят?

– С чего бы? – смеюсь я - Уж проверь... условия мы их выполним, на все сто. А то, что ты им несколько банок забьёшь с поля, об этом же ты с ними не договаривался? Ты вратарь… Ну, и во-вторых, я тебе гарантирую, они открещиваться все начнут, когда мы предъявим им претензии на нечестно ведущиеся с их стороны дела. И будет кому впрячься за нас. Я тебе это точно говорю. Но уж больно хочется, очень хочется поймать их на нечестной игре за руку. Но вначале деньги заберёшь. И никаких… типа, потом после матча заплатим по результату. Фигушки! Полная предоплата. И скажешь…, что с каждым днём сумма будут изменяться в сторону повышения, пока думать будут платить или не платить. Пускай подёргаются. А теперь дуй к Десе. Соглашайся на своих условиях, которые я тебе озвучил. Либо так, либо никак. Запомнил?

– Да.
– глаза у Сани радостно, буквально как прожекторы светятся.

Улыбается опять уверенный в себе парень. Вот теперь точно вижу перед собой прежнего Волчару.

Он уже к двери подошёл. Обувается.

А я, так ненавязчиво, его спрашиваю...

– Саня, а что там у вас с Ленкой…

Глава вторая

А с Ленкой у них просто никак. На людях общаются, нос не вертит, но на те отношения, которые раньше между ними были… всё…, надеяться больше не стоит.

Да и сам Волчара устал от Ленкиных закидонов, как он сам выразился. Хотя я-то понимаю, оправдать пытается своё предательство пацан. Уж слишком рано на нашего мачо эта местечковая слава свалилась. Не выдержал испытанием медными, проржавевшими, местными трубами, мальчик. И женщины его уж больно в свои сети затянули, а умелицы у нас имеются, некоторые не прочь парня к себе привязать путём развода ног, как мостов в Питере, причем делают это малолетки уже вполне профессионально.

Ленка всё это знает, видит, ей об этом подружки за Волчару рассказывают. Бесится девчонка.

Но в моём случае эти новости звучат вполне обнадёживающее, значит, у меня с ней шанс есть. Вопрос только в том…, чего она сама от меня-то нос свой воротит. Ох, уж мне эти Ленки, с ними одни проблемы по жизни, и Ленка-Пенка, моя соседка по парте в классе, тому отличный пример.

Выходные как-то быстро проскочили.

В субботу, первого апреля, был в футбол, хоть и мини. Повеселились, а потом все, в меру своих возможностей, отмечали победу и выход в одну шестнадцатую финала. Так-то почти шесть игр у нас есть в запасе и это присловий, что последующие игры мы будем выигрывать у своих противников, а среди них, по определению, слабых не осталось.

Воскресенье до обеда проспал. Потом вызвав Хайс покатался по городу. По магазинам пробежался, но так ничего там себе и не подобрал. Думал, в кафе посидеть, а потом в киношку сходить…, да что-то настроение испортилось. К чему мне такое времяпровождение, уж точно современный российский кинематограф меня не прельщает, нечего там смотреть, впрочем, как и по телевизору.

Все своими делами заняты. Алинка куда-то на шашлыки к друзьям Владлена уехала.

Мама Наташа с Карловичем, приехавшем на недолгую побывку, дома у себя обществом друг друга наслаждаются.

Настя с ребятами, на выезде, обещалась только к девятому мая подъехать. Пропускать матч, такой важный для меня, она уж точно не собиралась.

От себя прошлого…, отца этого тела, увы, так никаких известий не было. Спасся он или всё…, я круглый теперь сирота, я не знал, и это, если честно, меня сильно бесило.

Конторские тоже больше не беспокоят. Но я же понимаю, всё это пока, и считаю, что раньше середины мая и не появятся они около меня на горизонте. Дадут провести матч, а дальше всё…, я свободен и каникулы на носу, в школу ходить не надо. А это значит, что безвылазно в интернате я сидеть не буду. Куда-нибудь меня, но потянет…, в тот же Хабаровск, например, съездить. А почему нет? Вот по дороге и подловят, а умыкнуть одинокого пацана, кто путешествует один, ничего не стоит. И искать быстро не кинутся. Пока узнают, где я был, пока хватятся, много времени может пройти. Как это всё работает, я и сам прекрасно знаю, во всяком случае, на их месте я бы сам, именно так и действовал…

Ну, во всяком случае я надеюсь, что местным воротилам в голову хоть какие-то мозги вложены, не будут же они быковать по наглому, тем более, когда в отцах у меня совсем непростые дядьки отметились. Кому нужны лишние проблемы…

Понедельник. Первый учебный день после весенних каникул. Скучно. Задолбала эта школа. Одно хорошо, есть с кем пообщаться…, та же Ленка-Пенка на меня опять своё внимание обратила, правда, причина совсем нерадостная…

– … мама… – всхлипнула она на перемене у меня на плече, прижавшись ко мне, когда мы даже из-за парты никуда на перемене не вышли… - Ты тогда правильно указал на проблему. Мама проверилась, даже в Москву оказывается ездила, пока я по Япониям путешествовала. Бабушка с малым сидела. Вот врачи столичные и сказали, что увы…, оперативное вмешательство уже требуется, и то без всякой гарантию на положительный результат.

Киваю.

– Я же говорил… - напоминаю я.. – Проверится…, подтвердится…, тогда пускай обращается. Попытаюсь твоей маме помочь. Но сама понимаешь, как эта помощь будут выглядеть. На тебе проверено…

Прячет девчонка своё заплаканное лицо мне в плечо, прижавшись к нему и подвывая немного на тихой ноте.

– Не плачь. – пытаюсь, успокоить я девочку. – Ты просто маме скажи…, если настроится на мою помощь, то пускай даст знать. Тянуть с такой болячкой, сама понимаешь, не стоит. А потому, сегодня уже дома с мамой и, главное, папой переговори. Если да…, то милости прошу. Но дату процедуры со мной надо обсудить. Мне тоже настроиться на лечение надо.

– Но это же опять у тебя в джакузи… - видно, как краснеет лицо у неё от воспоминаний – И, если я ещё ладно… маленькая, то мама…

Я пожимаю плечами.

– А чё такого-то? Ей думаю, и вовсе проще будет. Это ты у нас на тот момент не целованная была. А тут… Да и вообще, к моей методике лечения надо относиться как к необходимой процедуре. Мне и то сложнее, чем вам, не забывай об этом. Меня вообще-то, после таких процедур и вовсе приходится откачивать, и я сознание прямо в воде теряю. – напоминаю я о последствиях лечения, когда я не заряжен сам любовной магией.

Угукает, шмыгая носиком.

– Я скажу маме. Вечером перезвоню. – говорит она.

И это была сегодня только первая перемена после алгебры, на которой я, в очередной раз, схлопотал трояк. А ведь впереди было ещё пять уроков и четыре перемены, и могло произойти на них всё что угодно. Впрочем, так и произошло в итоге…

Четыре урока в минус. Ещё пару часов осталось поспать на уроках.

Очередная перемена.

Отдыхаю за партой. Идти никуда не хочется. Мне это, не другим..., те вскочили на ноги и убежали…, скажем по туалетам, или на улицу курить. Мне на костылях, в моём случае теперь с палочкой в руках, по шумным коридорам школы, где носятся неугомонная малышня, шарахаться просто так для удовольствия…, как раз удовольствие этого самого и не доставляет. Потому я и коротаю время отдыха за местом, где со своей напарницей-соседкой и просиживаю уроки. Всё обычно тихо вокруг.