Нечисть редкого вида
Шрифт:
Вот одной из таких тем и оказались нюансы моего обустройства на ПМЖ. Как выяснилось, постоянно припахивать башню в качестве обслуживающего персонала, я не имею права! Да и не получилось бы. Почему получалось раньше? Ну так программа артефакта требовала заполучить меня любой ценой! Сейчас, когда я уже здесь, вступила в действие вторая фаза: с помощью моей магии, полностью активировать магию башни и перестроить все для нашего с ней совместного удобства.
Однако, когда это обновление завершится, вступит в действие «Задача №1»! Именно так, с большой буквы. А именно: совместно со мной открыть и поддерживать в рабочем состоянии как можно больше порталов. А чтобы эту задачу успешно реализовывать, магию на бытовые нужды расходовать не должны ни я, ни артефакт. Единственное исключение – это защита! И как же тогда быть? А вот тут и вылезает заподляна чистой воды!
В башне необходим штат прислуги, но, внимание(!), работать здесь могут только рабы! Всю жизнь, без права на помилование… Вот такая вот эпидерсия! Ибо ничего из происходящего в башне ни в коем случае не должно просочиться за ее стены.
Нет, при каждой активированной двери, в момент их открытия, мгновение возникнет «зона контакта». Очередной пространственный карман, куда смогут проходить посетители или мои гости, по ней же жители миров станут и перемещаются друг к другу, но вот в глубину – ни-ни! И про все странности артефакта, ни я, ни кто другой, никому рассказывать не должны.
К чему такие предосторожности? А просто: мало ли что и кому придет в голову? Например раньше, в «темные века», башню могли постараться уничтожить из-за суеверий, позднее – из-за самоутверждения правителей, личной неприязни к «Хозяйке», зависти, на религиозной почве, и т. д., и т. п., поскольку тараканы человечества неисчислимы и неистребимы! Предыдущую-то хозяйку ведь как-то подловили и убили, не смотря на ее мощь, как Владычицы Пределов!
Подробностей, увы, дух не знал, про осведомленность остальных – вообще не идет речь. Но мне и так уже хватило, чтобы едва не поседеть во цвете лет, когда он в красках стал рассказывать, как почуяв смерть смотрительницы, артефакт тут же принялся отрезать энергетические потоки и готовиться к экстренной консервации. Слуги Хозяйки для подобного процесса не годились, поэтому у них у всех просто разом остановилось сердце и Вход с Выходом были вынуждены в бешеном темпе таскать их тела в утилизатор…
– Еле успели, – под впечатлением от собственных воспоминаний, дух дрожащей рукой провел по лбу, – такой форс-мажор большая редкость и к нему просто невозможно ни привыкнуть, ни подготовиться!
Я согласно покивала: картинка весьма впечатляющая для любого, кто имеет хоть сколько-нибудь развитое воображения, на которое я отродясь не жаловалась! И кстати, для меня весьма своевременный сигнальчик! Не расслабляться и не доверять всем подряд, какой бы неуязвимой я себя не почувствовала. И нет, на меня запрет на свободу перемещения не распространяется, потому что я никогда и ничего не сделаю во вред башне. Хотела написать «как бы не хотела», но нет, «захотеть» подобное я просто не смогу!
***
Ну, так вот, про слуг с пожизненной привязкой к башне. Не смотря на только что описанный случай, дух уверил меня, что для жителей очень многих государств из «связки», (так метко он «обозвал» миры, соединенные порталами), причем из числа свободных и даже не самого низшего сословия, такая участь вполне привлекательна, если не сказать больше. И прикинув резоны «маленького человека», я с ним вполне согласилась.
Судите сами: защищенность, полная уверенность в завтрашнем дне, жизнь в сытости и такой степени комфорта, который совершенно недоступен в их мирах для простолюдинов. А то, что есть некий риск умереть до срока, так этим можно и пренебречь, в свете общей высокой смертности за пределами башни. Ну и ограничение на перемещение. Только ведь у большинства бедняков и так нет ни желания, ни возможности, уехать куда-либо с обжитого места. Крестьяне вон, вообще, могут за всю жизнь кроме ближайшего города, так ни куда и не выбраться, не говоря уж про крестьянок…
Однако, не смотря на такое положение вещей, все равно рекомендовалось делать ставку на рабов. Люди существа диковинные и, большей частью, весьма неблагодарные. Так что никто не мог поручиться, что со временем, «свободные», привязанные к башне, не принялись бы сожалеть об этом, роптать, а там, глядишь, если и не бунтовать, то пакостить по мелочи и отравлять жизнь окружающим. Коллектив башни – это особая общность и всяческие испытание ей элементарно ни к чему.
Так что первым делом, как только я смогу открыть портал в подходящий мир, сразу же после официального представления правителю, мне надлежало посетить местный рабский рынок и закупиться персоналом по списку… Б-р-р-р, короче.
Глава 7. Мир номер раз…
«Это» случилось в тот момент, когда я как раз набрела на комнаты, в которых мне захотелось остаться. Они были такие… такие… Нет, у меня решительно не хватает слов для описания! Казалось, что башня каким-то образом считала у меня из подкорки мое представление об идеальных покоях и воплотило его в жизнь, но сама я, до самого последнего момента, даже не подозревала, что нечто подобное имеется у меня в голове.
Идеальным казалось все, от планировки до цвета плафона в уборной! И тонкая, ненавязчивая, но при этом изысканно-нарядная отделка! И мебель, именно такая, какую я бы предпочла, будь у меня полная свобода выбора, неограниченные капиталы и жилое помещение подходящего размера. Угу. А так же наличествуй подобная прелесть в наших мебельных магазинах. Не брать же пример с Остапа Бендера, в его методах по добыче заветного стула?! Хотя, в заграничных антикварных салонах, думаю, нечто подобное можно приобрести вполне легально. А постельное белье? Как раз такое, которое я люблю, потому что на нем лучше всего спиться и снятся особенно приятные сны. Комнат не так много, чтобы заблудиться или утомиться, путешествуя из спальни в кабинет, но и не столько, чтобы в одном помещении пришлось совмещать несколько функций.
Особенно меня умилил и изрядно порадовал непривычно просторный балкон или скорее терраса, поскольку с нее в сад вела причудливо изогнутая каменная лестница с ажурными перилами. А вот о таком архитектурном изыске я реально мечтала, особенно когда встал вопрос о переезде из городской квартиры в один из новых коттеджных поселков. Однако увы, но архитектура готового дома, на котором остановил свой выбор папа, подобных излишеств не предусматривала…
Впрочем, здесь выйти на эту террасу, возможности у меня тоже все еще не было, поскольку раздвижная дверь, ну, «якобы» раздвижная, по своей конструкции, на данный момент составляла собой одно целое с просторным окном, которое в свою очередь, без малейшей щели переходило в каменную стену.
Вот когда я, с несколько разочарованным видом, стояла у этой заманчивой двери, меня стало беспокоить необычное ощущение в районе диафрагмы. Чувство было таким, как-будто я пытаюсь вспомнить о каком-то забытом, но чрезвычайно важном деле, но ничего не получается и это меня так сильно тревожит, что аж подводит живот. Так и хотелось качнуть головой, цыкнуть языком и пробормотать с сожалением: «Склероз, однако!»
Это чувство неясной тревоги и потащило меня вниз, в ту странную комнату с абсолютно прозрачными стенами, через которые, однако, ничего не было видно, в которой меня одолевало похожее чувство. Жуткое место вообще-то. Вот представьте себе: вроде как прозрачная стена, а за ней пустота… Какой-нибудь сюрреалист пол жизни бы отдал за такую натуру!
Однако сегодня сюр вообще зашкаливал, потому что в прозрачной стене появилась вполне себе обычная дверь. Деревянная, с причудливой кованной ручкой. И да, я точно понимала, что мне следует наконец приступить к своим прямым обязанностям и открыть эту чертову дверь! И нет, сделать это я не торопилась, поскольку было элементарно страшно! Не смейтесь. Просто вы даже представить не можете, каково это – рискнуть открыть дверь в стене, за которой ничего нет!
И вот именно в этот момент мне довелось проверить на практике верность того моего решения, когда я не захотела чисто формальных отношений между мной и постоянным персоналом башни и чуть ли не насильно, усадила парней вместе с собой за стол. Потому, что когда я почти уже совсем собралась поддаться панике и иррациональному страху, с двух сторон от меня появились немного смущенные цветные физиономии Входа и Выхода, о ногу потерся горячим боком василиск, а на плечо легла почти неощутимая, но очень нужная именно в этот момент, дружеская ладонь духа-управителя.
– Ну же, Хозяюшка, смелее, – проговорил своим немного скрипучим тенором наш монструозный петушок, – у стен только видимость такая, ну и аура помещения, кхо-кхо, здесь весьма-а-а тяжелая: пуповина миров ведь, а не просто так…
– Открой дверь, развяжи пуповину, сразу разницу почувствуешь, – хором поддержали василиска Вход и Выход, а дух только легонько похлопал по плечу.
Но боги, до чего же стало сразу легче от их поддержки! И страхи показались глупыми, и паника куда только и делась! Я облегченно перевела дух, улыбнулась и уверенно шагнула к двери первого в своей жизни портала…