Чтение онлайн

– Скажи, дед, а почему в убежище не уезжаешь? Тем более с детьми.

– Лешка так решил, сын мой. Говорит, даже в Северном опаснее, чем у нас. А детям там так вообще делать нечего. Еды мало, ртов много, пущай уж лучше тут, с нами, будут… Пока наполнялся бак, дед рассказывал мне истории, поведанные его сыном, который, как выяснилось, работал спасателем в убежище Северном. Поведал о том, что зараженные в городах становятся активнее и опаснее; о том, что в Северном набирают добровольцев в поисковые отряды и так далее. Когда наконец бак был наполнен до краев, хозяева дома накормили и проводили нас в дорогу. Перед самым отъездом дед приволок кожаную куртку и подарил её мне:

– Возьми, сынок, – сказал он, протягивая куртку в окно Ленд Крузера. – Она хоть и старенькая, но хорошая и не ношеная, а прокусить такую, так, вообще, ни одна собака не сможет. Глядь, и спасет однажды! Я примерил куртку, она оказалась в пору и неожиданно тяжелой. Плотная кожаная «косуха» в качестве защиты от укусов, действительно, отличный вариант, решил я и дальше поехал в ней. Вернувшись на трассу, я сверился с маршрутом и отправился дальше по указанному Ритой пути. Вскоре я свернул на проселочную дорогу, ведущую в некую маленькую деревушку под названием Жерново. Со слов Риты, оттуда по лесным дорогам оставалось совсем недалеко. Соня на заднем сидении, даже несмотря на тряску, снова уснула. Ее бледное лицо и постоянная сонливость пугали меня, но Рита сильно не переживала и, кажется, знала, что нужно делать – это успокаивало.

– У тебя не бывает ощущения судьбы иногда? – спросила Рита, пока я, стараясь уменьшить тряску, медленно объезжал колдобины на разбитой деревенской дороге.

– В смысле?

– Ну, такое чувство, когда кажется, что твоя жизнь развивается по некоему сценарию. Что все, что происходит – не случайность! Вот, например, когда начинаются проблемы, то они наваливаются горой одна на другую, и обязательно приводят к чему-то новому. И, наоборот, когда тебе что-то нужно в жизни очень сильно, оно само приходит к тебе с неожиданной стороны.

– Да вроде нет, – пожал я плечами.

– Ну, а вот у меня бывает.

– Например?

– И за примером далеко ходить не надо. Вот нам понадобился бензин, и мы сразу нашли хороших людей, которые нам помогли.

– Но ведь и мы помогли им, а все могло повернуться иначе, когда дед вышел с ружьем, например. Это значит, что мы сами выбираем свою судьбу.

– Да, все правильно, но мне кажется, что все это не случайно. Будто так и было задумано, если ты понимаешь, о чем я .

– Возможно, ты права, но мне не хочется об этом думать, – философски ответил я. – Давай представим, что все так и есть, и что все предрешено, и ты живешь по некому сценарию, который и есть твоя судьба. Что хорошего в том, что ты это знаешь?

– Ну как же… – начала было она, но тут же запнулась и через минуту добавила, пожав плечами, – не знаю.

– Я тоже не знаю, – улыбнулся я , – но у меня есть много мыслей на этот счет. Правда, я не буду тебе о них рассказывать, потому что не хочу показаться занудой.

– Вот как? А я, значит, зануда?

– И это твоя судьба, – рассмеялся я.

– Дурак! – она надула губы и толкнула меня в плечо, но я почувствовал, что становимся ближе.

С каждым километром пути дорога становилась все хуже, а скорость, на которой можно было перемещаться без ущерба транспорту, все ниже. Я старательно объезжал все ямы и рытвины, иногда вовсе съезжая с дороги в местах, где бездорожье было ровнее. Ехали в полном молчании, всматриваясь в окрестности. Соня уже не спала и чувствовала себя немного лучше. Рита периодически разговаривала с ней, проверяя её самочувствие и подбадривая, но Соня и без того была девочкой очень спокойной и покладистой. Она никогда не жаловалась и каждый раз отвечала, что «… всё хорошо», таким спокойным тоном, от которого становилось немного жутковато. Дорога долго петляла от рощи к роще и, наконец, вывела на прямую. Деревню Жерново, о которой уже упоминала Рита, все еще не было видно; зато был виден небольшой рассеивающийся на ветру столб дыма. Это указывало на то, что там, вероятно, есть люди, и они топят печь. Когда подъехали ближе, стало понятно, что никто печку не топит. Вся небольшая деревушка домов на пять-десять была полностью сожжена дотла. И произошло это несколько дней назад, так как все уже потухло само собой. Я остановил машину, и все вместе несколько минут рассматривали то, что раньше было деревней.

– Как же они все сгорели? – спросила Рита. – Расстояние между участками приличное.

– Может, ветер разнес пламя… Позади деревни, за речкой, темнел необъятный лесной массив, в который вела всего одна дорога через засыпной мост. Так или иначе, чтобы добраться туда, мне нужно было проехать через деревню или, вернее, то, что от нее осталось. Когда я заехал в деревню, запах гари стал настолько сильным, что приходилось закрывать лицо даже в машине с поднятыми окнами. Дорога, засыпанная гравием, пересекала всю деревню и уходила налево. Медленно двигаясь по ней, осматривали руины по обе стороны.

– Дядя Артем , – дернула за плечо Соня, – смотри, впереди.. Немного не доезжая поворота, на дороге стояло что-то черное треугольной формы. Что именно перед нами, я смог понять, только подъехав совсем близко. Это было четверо сожженных людей, привязанных друг к другу спинами. Сейчас нельзя было разобрать даже пол погибших. Скорее всего, их облили бензином и подожгли.

– Они сгорели, – спокойно и грустно сказала Соня.

– Не смотри, – ответил я, и прибавил скорость, объезжая останки. Когда пересекли мост и заехали на лесную тропу, на душе сразу стало как-то спокойнее. Я приоткрыл окно, чтобы запустить свежий воздух и выгнать запах гари. Лес жил своей жизнью, ему, казалось, нет дела до людских бед. Пели птицы, из травы взлетали обеспокоенные насекомые. Создавалось ощущение, какого-то другого, безопасного мира, но, разумеется, это была всего лишь иллюзия. Рита всё время говорила, что уже почти приехали, но мы все глубже и глубже продвигались в лес. Дорога уже закончилась. Машина ехала по едва заметной тропе. Когда я уже было подумали, что мы заблудились, неожиданно из-за кустов прямо перед нами вырос небольшого размера рубленный дом. Он был так умело расположен и так хорошо замаскирован, что пройди я в пятидесяти метрах от него, ни за что бы сам не обнаружил его. Небольшая поляна перед домом поросла травой; все говорило о том, что здесь никого не было как минимум с прошлого года.

– Сходи проверь, – сказала Рита. – Отец в позапрошлом году бомжей отсюда выгонял. Над дверью справа вырез в бревне есть, там ключ от замка спрятан… я вышел из машины и подошол к дому. Тут явно давно никого не было, но входная дверь была едва приоткрыта. На крыльце лежало ржавое мачете; и я решил, на всякий случай, взять его в руки. Осторожно открыв дверь, я вошол внутрь и принюхался. Специфического запаха заражённых здесь не было, как и любых других запахов, кроме запаха сырой древесины и застоявшегося воздуха. В помещении был бардак. Кто-то здесь что-то искал. Судя по паутине, было это уже очень давно. Дом с невысоким потолком состоял из двух комнат и небольшой мастерской. В большой комнате стояли диван, одноместная кровать, стол и несколько стульев. Но самое интересное – здесь был настоящий камин, перед которым для полноты картины не хватало только шкуры медведя. Вторая комната была маленькой и светлой. В ней, кроме кровати с отсыревшим бельем и пустой перевернутой тумбочки, была только паутина, причем плели ее давно, долго и в «промышленных масштабах». Удивительно, но в мастерской был абсолютный порядок. Паутина тут тоже была, но все вещи лежали на своих местах; на стене, что было еще более удивительно, висел большой блочный охотничий лук. Хотя я мало понимал в этом, но, очевидно, вещью был недешевой. Небольшой верстак с инструментами, среди которых были даже швейные наборы, маленькие тиски и полка с какими-то журналами и брошюрами. Выйдя на улицу, я обошол дом с задней стороны, где увидел деревянный туалет, и вернулся в машину.

– Все спокойно, – подвел я итог, забираясь на водительское кресло, и завел машину. – Это всё твой отец построил?

– Да, он много лет трудился, чтобы воплотить свою мечту. Как там в доме?

– Нормально, разве что кто-то устроил в нем погром, но было это, похоже, уже очень давно. Ты, кстати, как к паукам относишься?

– Фууу! Пауки! – ответила Соня, опередив Риту.

– Нормально. Я тут много раз была. Если камин растопить, они сами разбегутся.

– Это хорошо. Я перегнал внедорожник и припарковался между двумя деревьями, прикрытыми со всех сторон кустами. Через полчаса все вещи были перенесены в дом, наведён первичный порядок, а Соня определена в маленькую комнату под строгим постельным режимом. Затем я помог Рите натянуть веревку между деревьев и развешать на ней отсыревшее постельное белье, которого в доме оказалось очень много.

Немного замотавшись, я , не сговариваясь, сел с Ритой на скамейку возле крыльца дома и осмотрелся вокруг. Теперь это место выглядело обитаемым.

– Думаю, мне нужно отправляться на поиски лекарств для Сони, составишь список?

– Константин Павлович просил до связи с ним никуда не выбираться, – ответила Рита. – Связь с ним третьего июня, а сегодня у нас первое. Да и вообще, у нас ни костра нет, ни защиты никакой, вдруг заражённый забредет случайно, пока тебя нет. А еще еды у меня в запасе максимум на день осталось. Рита была права. Тут все еще слишком опасно, я не могу их просто оставить. Надо сначала как-то укрепить это место, позаботиться о еде, чтобы, как минимум, был запас грибов, ягод, а если получится, и мяса. Благо лес полнился звуками живности, правда, опыта в охотничьем промысле не было, но это место располагало к получению такового.

– Да, ты права. Займусь для начала костром, – сказал я , поднимаясь.

– Дрова там, – Рита указала на прикрытые брезентом березовые чурки возле дома. – Только их нарубить сначала надо. Колун лежал на них сверху.

– А где спички или зажигалку поискать?

– С этим сложнее. Мне кажется, их тут нет, но ты все равно поищи в доме.

Я перерыл весь дом, но, к сожалению, ничего похожего на спички или зажигалку, так и не нашол. Зато нашол несколько баллонов с керосином для заправки ламп, которых, к слову, в доме было целых восемь штук, шесть из которых – новьё. Затем я обыскал машину, но и в ней не было ничего, что могло бы мне помочь с костром. Даже гнездо прикуривателя пустовало. Вернувшись в дом, я зашол в мастерскую и еще раз окинул её взглядом. На верстаке лежала большая лупа с ручкой. Поскольку солнце за окном светило все ярче, я подумал, что придется вспомнить, как в детстве разводил костер.