Чтение онлайн

– Славься! Радость! Королева-радость!

Санда помахала толпе жезлом, от чего рев усилился и местами вспыхнули беспорядки – люди лезли друг на друга, чтобы рассмотреть все как следует. Не каждый год коронуется королева, да еще такая молодая и красивая. И щедрая.

– Читай! – шепнул Хеверад, держа Санду за руку – сейчас самое главное! Эй вы, подсказывайте ей!

– Мои добрые подданные! – начала Санда, прислушиваясь к четкому голосу позади себя, который подсказывал ей то, что нужно было говорить.

Толпа стихла, и над площадью было слышно лишь посвистывание птиц, гоняющихся за полчищами мух, устроивших пир на растоптанном конском и ослином дерьме, да где-то далеко перекликались на городской стене солдаты, из трех слов которых два были матерными. Но это никак не нарушало торжественность момента, и люди затаив дыхание ждали, что же скажет новая королева!

– Обращаюсь к вам, мои верноподданные в этот тяжелый, трудный для Замара час!

Толпа зашумела, вздохнув, как единый организм, и снова затихла.

– Дворец короля занят наглым бандитом, именующем себя Жордаром, и мы не можем сейчас войти туда, как подобает королеве и королю! Этот Жордар, разбойник, негодяй, растлитель детей и трупоед (Это уж они перебрали – пробормотал Хеверад), посланец тьмы и демон в человеческом обличье, захватил уважаемого вельможу Гирсоса Амунского, и держит его взаперти, действуя, якобы, от его имени! Несчастный наш родственник страдает в лапах негодяя, и по имеющейся информации уже утерял человеческий облик, превратившись в хранилище демона, выпивающего его душу!

Толпа заревела, от страха заплакали дети, а их матери заохали, прижимая к себе драгоценных отпрысков.

Хеверад же крякнул и не разжимая зубов сказал в пространство:

– Эк их расперло! Мазису накурились, что ли, когда сочиняли? Я только спьяну могу такое ляпнуть, и то…подумаю.

– Я обещаю вам, мои верные подданные, что я сделаю все, чтобы освободить несчастного Гирсоса Амунского, или хотя бы – его душу!

– А вот это правильно – прокомментировал Хеверад – нахрена нам его тело? Выпустить на волю душу, и пусть себе летит питаться демонским дерьмом!

Санда чуть не фыркнула, и укоризненно посмотрела на короля. Он весело покосился на «жену» и шепнул:

– Не буду, прости. Уж больно веселый доклад составили эти пьяницы, мои советники!

– Те, кто поддержит злокозненного Жордара, угнетателя несчастного Гирсоса Амунского – суть враг короны и будет уничтожен так же, как и злобный Жордар, порождение Преисподней!

– Славься! Победительница! Санда-победительница! – заревела толпа, разгоряченная, ожидающая дармовой выпивки и денег.

– Теперь я вам скажу о наших соседях, злокозненных, жаждающих нашей земли, угоняющих в рабство наших людей … – продолжила Санда, когда по ее жесту толпа стихла ловя каждое слово живого божества, наместницы богов в этом мире.

Доклад об отношениях с соседями, о мире и войне, о людях королевства продолжался еще минут десять, и закончила Санда словами:

– Я сделаю все, чтобы вы были сыты, одеты, обуты и счастливы!

Толпа завыла, падая на колени и протягивая руки в сторону королевы, и никто не вспомнил, что каждый король или королева, всходя на трон заканчивали свое послание народу именно этими словами – такова традиция.

Люди бесновались – они искренне любили свою королеву, искренне хотели порвать всех, кто мешает ей жить, и это власть над толпой опьяняла, как крепкая настойка. И лишь одна мысль омрачала радость – если бы вместо Хеверада сейчас на щите стоял бы Нед… Но что есть, то есть.

У девушки в духе колыхнулось странное чувство и мелькнула мысль: «Это и есть власть? В этом есть что-то…приятное. Они повинуются мне, как будто я богиня!»

Санда попробовала поискать в толпе Неда, но не нашла, погрустнела и слегка осунулась.

Хеверад заметил это, понял, и успокаивающее сказал:

– Он тут. Охраняет тебя. Ты его не видишь – значит и враги не видят. Но он тут, будь спокойна.

А Нед в это время стоял позади и чуть сбоку, незаметный в тени помоста, смотрел, как чужой мужчина держит за руку его любимую женщину, его жену, одновременно обшаривая взглядом ряды горожан, чтобы успеть выскочить навстречу опасности, и думал о том, что судьба несправедлива и жестока.

– Ну и что у них?

– Прорвался наш лазутчик – правда с большим трудом. Вероятно последний, больше они не пропустят. Кстати – такое впечатление, что его нарочно пропустили, чтобы передать нам весточку – усмехнулся Жордар.

– Что хотят передать? – нахмурился Амунский

– В-первых, они короновали Санду, и ее мужа Хеверада. И замечу – совершенно незаконно короновали. Санда находится в законном браке с Недом Черным, сержантом Корпуса.

– Как-то можно это обыграть? Что-то сделать? – встрепенулся Гирсос.

– Можно. Но для этого нужно отсюда выйти. А мы пока что отсюда нос высунуть не можем. Попозже проведем разведку боем, но…уверен, что они этого ждут.

– Почему ты раньше не убрал эту Санду? И Бордонара? Кстати – куда он исчез?

– Куда исчез? Убит, или захвачен. Уверен в этом. Они должны были расчистить дорогу своей бастардке. Почему не убил Санду? А какая необходимость? Пока «король» был жив – болтается она где-то, и болтается, какая разница? Вот когда его не стало – тут и назрела проблема. Вот только Санды уже не было на виду. Те, кто убрал короля, ее спрятали. А они прятать умеют. Итак, дальше: меня объявили трупоедом, выходцем из ада, который держит в заложниках славного вельможу Гирсоса Амунского. А вы заражены демоном, который ест вашу душу. А посему – ваша душа требует очищения, путем выпускания ее наружу. То есть – голову вам долой. Они сегодня зачитали такую смешную речь – мне лазутчик читал на память, я покатывался со смеху!

– Ничего смешного не вижу – буркнул Гирсос – значит договориться с ними не получится.

– А то вы этого не знали? – скривился Жордар – само собой, не получится. И без этого не получилось бы. Ну что еще…видели Неда Черного, мужа Санды – он был с ними, видимо продал свою жену Хевераду за должности и деньги.

– Фу, какая гадость…какое падение нравов у молодежи – начал Гирсос, и был бесцеремонно прерван Жордаром:

– Да перестаньте! Умный ход! Отдал никчемное существо, бабу, в обмен на власть и деньги! Молодец! Жаль, что придется его убить. Как-то переманить бы его на нашу сторону…вот только вряд ли получится.