Чтение онлайн

— Посмотри, вкусный ведь хлебушек. И личико изюма из него так аппетитно выглядывает. Скорей клади его в сумку, а то госпожа Солнце уже выходит, — продолжали свой разговор мальчишки.

— Ой, спасибо, непременно отведаю. Спасибо.

— Ну, пошли тогда вместе.

— Я в затруднении. Никак не могу найти это пальто. Что же мне делать? — говорила всё та же девчушка.

— Пошли вместе тогда. Я тебе буду иногда давать своё поносить. Если будем замерзать, замёрзнем вместе, — отвечала ей сестра.

Тем временем небо на востоке всё белело и уже начало тихонько волноваться. Дерево-мать стояло, не шевелясь, точно мёртвое. Как вдруг пучок света, подобно золотой стреле, вырвался и ударил вниз. Дети дерева гинкго разом запрыгали и засветились от радости. С севера вдруг резко подул ветер, холодный и прозрачный, словно льдина.

— Прощай, мама. Прощай, мама, — словно дождь, посыпались разом дети с веток дерева гинкго.

Засмеялся северный ветер.

— И в этом году они, как всегда, говорят «прощай» своей матери — так приговаривал он, удаляясь, расправляя всё шире и шире своё стеклянное манто. [13]

Солнце залило восточный небосклон светом, сверкающим, подобно драгоценным камням. Оно дарило своё тепло печальной матери — дереву гинкго и её детям, впервые отправляющимся в путь.

В одно время жила-была Птичья Клетка. Да и то, честнее сказать, это была не птичья клетка, а птичья коробка. Был у птичьей коробки потолок, дно, три стены, сделанные из тонкой доски, а с другой стороны решётка из проволоки одновременно служила дверью. Сбоку было маленькое стеклянное окошко.

Однажды в Птичью Клетку посадили птенчика птицы бульбуль. [14] Птенец, попав в такое тёмное тесное место, возмутился и стал бить крыльями. Птичья Клетка ему говорит:

— Нельзя бить крыльями.

Однако птенец не слушался и всё бил и бил крыльями, пока окончательно не выбился из сил. Тогда он лёг без движения, заплакал и стал звать маму.

— Нельзя плакать, — сказала ему Птичья Клетка.

В этот момент впервые Птичья Клетка почувствовала: «Ха-ха, да ведь я Настоящий Учитель». Действительно, если внимательно посмотреть, маленькое окошко сбоку — лицо, а решётчатая дверь — чем не великолепная жилетка. И, как только Птичья Клетка в это уверовала, с этого момента она уже не могла спокойно сидеть на месте.

— Я — Учитель. Меня зовут Учитель Птичья Клетка. Я буду тебя учить, — стала внушать она птенцу.

Бедный птенчик. Ничего не поделаешь. Пришлось называть клетку Учитель Птичья Клетка. Однако он сильно ненавидел Учителя.

Ежедневно находиться неподвижно в животе Учителя было страшным для него мучением. Птенчик уже не мог его больше видеть и поэтому предпочитал сидеть, закрыв глаза. Но даже с закрытыми глазами одно воспоминание об Учителе наполняло его душу тоской.

И вот птенец в один день, а именно седьмой, не получил на обед ни крупинки пшена. Случилось так, что все о нём как-то забыли. Ему было очень голодно, он беспомощно открывал и закрывал ротик, но никто не пришёл на помощь, и птенчик умер.

— А-а, какая жалость, — сказал Учитель Птичья Клетка.

Со следующим птенцом случилось то же самое. Умер он, правда, по другой причине: выпил протухшей водички и отравился. Следующий за ним птенчик очень любил небо и деревья. Сердце его не вынесло разлуки с ними, и он умер.

С четвёртым птенцом случилось следующее. В один погожий весенний день Учитель Птичья Клетка беззаботно заснул, оставив отвороты своего решётчатого жилета широко распахнутыми. Пока он спал, пришёл разбойничий Кот-Генерал и схватил птенчика. Тут Учитель Птичья Клетка проснулся, но было поздно.

— А-а, нельзя этого делать. Ну-ка, верни мне ученика.

Рассмеялся Кот-Генерал и убежал.

— А-а, какая жалость, — сказал Учитель Птичья Клетка.

После этого случая он полностью потерял доверие своих хозяев. Так оказался Учитель Птичья Клетка в конце концов на полке в кладовой. Его соседями стали треснутые цветочные горшки, старый красный лаковый ковшик и прочая никому не нужная рухлядь.

— А-а, ужасно. Какой здесь воздух спёртый — так приговаривал он и оглядывался по сторонам. За спиной у себя Учитель обнаружил маленькую чёрную дырочку.

— Интересно, что это за дыра такая. Её мог вырыть лев, или это, может быть, пещера дракона — так размышлял он.

Вот пришёл вечер. Из чёрной дыры вылезла мышка и откусила от Учителя Птичья Клетка маленький кусочек. Учитель удивился сильно, но, стараясь не подавать виду, произнёс:

— Ой-ой, гражданочка, разве вы не знаете завещание короля страны Камадзин, [15] запрещающее без основания кусать посторонних людей?

Мышь, оторопев, отступила на три шага назад, вежливо поклонилась и только после этого ответила:

— Я вам бесконечно благодарна за то, что вы меня научили. Меня ваши слова до печёнок пробрали. Вы совершенно правы. Без особых на то причин кусать незнакомого человека — это действительно ужасно. Я в прошлом году также бездумно укусила Господина Железный Гвоздь, за что и лишилась двух передних зубов. И опять, весной этого года, я беспричинно откусила кусочек уха человека. Так меня чуть не убили. Вот я страху натерпелась. К тому же у меня есть сынок, его зовут Фу, ужасный разбойник. Я бы вас очень попросила: не взялись бы вы за его обучение?

— Да, пожалуй, возьмусь. Приведите его. Я уж из него сделаю человека. Хоть я сейчас и нахожусь в таком убогом месте, раньше-то я жил в доме со стёклами, где вырастил и воспитал четырёх птиц бульбуль. Все они сначала были совершенно неуправляемыми детьми, только и делали, что бездумно били крыльями. Но потом они все прониклись моим учением и стали послушными, достойными птицами. И так они провели свою жизнь в спокойствии и довольствии. Слава и достаток им сопутствовали.

Данные слова привели мышь в такой восторг, что она не могла произнести ни слова. Она почтительно склонила голову и торопливо нырнула в свою норку. Через некоторое время из норки появилась мышь со своим сыном.

— Вот мой сын. Я вас очень прошу взяться за его обучение построже.

И оба в вежливом поклоне склонили головы.

— А-а, сразу видно — умненький ребёнок. Какая замечательная форма головы. Я всё понял. Я возьму его в ученики.

Однажды мышонок Фу торопливо пытался проскочить перед клеткой Учителя. Учитель судорожно его окликнул:

— Эй, Фу, постой-ка чуть-чуть. Почему ты так незаметно пытаешься проскочить перед моим носом? Мужчина должен ходить медленно и важно.