Чтение онлайн

Мы любили друг друга всю ночь напролет. Сначала бешено, дико, безумно, первобытно, воруя дыхание и стоны, жадно и эгоистично впитывая энергию каждой клеткой, до последней капли. А потом медленно и нежно, бесконечно долго, позволяя узнавать друг друга и самих себя, даря наслаждение и любовь, позабыв все страхи и стеснение.

Я проваливался в сон, крепко сжимая Асю в горячих объятиях, с блаженной улыбкой на лице. Каждый атом моего сознания, каждая частичка души вопили, что это МОЯ женщина. Единственная. Неповторимая. Необходимая.

МОЯ.

Я счастлив. Наконец-то счастлив. Благодарен судьбе в лице Зайцева, так бездумно ткнувшего пальцем в Асю в том странном баре, а по факту определившем мою судьбу.

Да. Дальнейшей жизни без Аси Шелест я больше не представляю. Ее заявление про отсутствие секса четырнадцать лет напрочь снесло мою крышу. Не нужно быть великим математиком, чтобы понять, что с рождения Кости у нее никого не было. И если она решилась на такой шаг со мной, значит, у точно есть шанс остаться рядом. И я непременно воспользуюсь любой, даже самой крошечной возможностью.

Осторожно выбираюсь из плена тонких рук и шелковых волос. Даже немного скучаю по синему оттенку. С ним Ася казалась героиней волшебной истории. Хотя и сейчас кажется. Она сама волшебство. Сама сказка. Чудо. Мое чудо.

– Ты похитила мое сердце, Ася. И от этого я бесконечно счастлив. – шепчу в светлую макушку и дарю невесомый поцелуй.

Ася забавно жмурится и морщит аккуратный носик.

Потихоньку следую по пути нашей страсти, собираю разбросанную повсюду одежду. Принимаю душ. Одеваю белье и джинсы. Тело словно обрело невесомость, приятно ноют мышцы, мне жарко, а энергия бьет через край. Иду на кухню с целью приготовить завтрак.

Через полчаса на столе возвышается гора блинчиков, дымится свежий омлет с зеленью, и разносится чудесный аромат кофе.

Собираюсь будить Асю и вдруг слышу, как поворачивается и щелкает замок на входной двери. Успеваю отругать себя, что не надел рубашку, ведь показываться в таком виде перед парнем, пусть и довольно взрослым, совершенно неловко. Все-таки это Асин сын. А в том, что это Костя, я не сомневаюсь, потому что больше совершенно некому.

Однако, свою ошибку я осознаю спустя пару мгновений, когда встречаюсь в коридоре с улыбчивой пожилой парой. Мы застыли в пороге, изучая друг друга слегка испуганными глазами, молча.

– Доброе утро! Я Антонина Юрьевна – первой отмирает приятная невысокая женщина в кремовом пальто, протягивая руку.

– Иван Тургенев – жму мягкую руку – Извините, я в таком виде.

– Что вы, что вы! Это вы нас извините. Мы совершенно без предупреждения! Володя, я же говорила, нужно было позвонить! – корит она по всей видимости супруга.

– Владимир Николаевич Шелест – крепко жмет мою руку солидный мужчина, и я вдруг осознаю, что передо мной Асины родители.

– Иван.

– А где Настенька? – тревожится Антонина Юрьевна – Костенька сказал, что она заболела.

– Ася спит еще. Да вы проходите, что же мы тут топчемся – изображаю радушного хозяина, даже не зная, имею ли на это право. – Она правда приболела, но худшее уже позади. Ей просто нужно больше отдыхать.

– Я твержу ей от этом лет десять! – отмахивается женщина, раздеваясь и протягивая мне свое пальто.
– Ой, а чем это так вкусно пахнет?

– Проходите, мойте руки, будем завтракать. Вы, наверное, очень устали с дороги. Костя говорил, вы далеко живете –веду диалог с женщиной, в то время, как Владимир Николаевич сурово изучает меня темными глазами.

Убираю одежду гостей в шкаф. Провожаю в ванную, а сам в это время натягиваю слегка помятую рубашку.

Вхожу на кухню, где за столом уже расположились Асины родители.

– Пойду, наверное, разбужу Асю… - несмело предлагаю я.

– Нет-нет! Пусть девочка спит! Видит бог, я не помню, когда она последний раз просыпалась позже семи утра. – добродушно улыбается Антонина Юрьевна. – Ну что ж, Иван угощайте нас!

Видя, как приветливые родители с аппетитом жуют омлет и мои блинчики, я расслабляюсь, пью кофе и слушаю рассказы об их жизни у моря.

– Иван, у вас необычная фамилия – говорит Владимир Николаевич? –Уж не родственник ли писателю?

– О нет. Совсем нет. Это все моя бабушка. Видите ли, моя мать скончалась в родах, так и не сказав, кто мой отец. Бабушке пришлось воспитывать меня одной. Она считала, что с достойным именем из меня с гораздо большей вероятностью получится достойный человек. А еще, она хотела уберечь меня от насмешек и издевательств. Считала, что с фамилией Богиня мальчика ждет исключительно трудное детство. Поэтому она назвала меня в честь любимого писателя, дав и его имя, и его фамилию, и его отчество.

– Ну надо же! – восклицает Антонина Юрьевна – Такая грустная история… Кстати, во времена моей юности была одна балерина с такой фамилией. Богиня Мария Афанасьевна. Помню, мы были в Большом на Лебедином озере. Ее Черный лебедь был невероятно прекрасен!

– Думаю, бабушке очень бы понравился такой комплимент – скромно улыбаюсь.

– Не может быть! – округляет глаза женщина – Володя, ты слышишь?!

– Балерина Богиня ваша бабушка? – кажется, даже мужчина трудно в это поверить, но я киваю в ответ.

– Невероятно! Как же она теперь поживает? – искренне волнуется Асина мама.

– Бабушка скончалась два года назад. Инсульт

– Мне очень жаль, Иван. Это такая утрата. Примите наши соболезнования. – сердобольная женщина едва не плачет, но Владимир Николаевич успокаивает ее, беря ее руку в свою.

– Спасибо. Я действительно остро переживал. Бабушка была моя единственная родственница.

– Ну ничего. Теперь у вас есть Настенька. И Костичек. И даже мы. У вас ведь все серьезно с нашей дочерью, Иван? – наконец, задает интересующий вопрос Асина мама.

– Настолько, насколько позволит Ася. – казалось бы вопрос, да и вся ситуация в целом, должны напрягать любого мужчину.

Ни один представитель сильного пола не любит, когда родители девушки загоняют его в рамки и заставляют отвечать на вопросы об их отношениях. Но мне становится невероятно приятно. Если я слышу надежду в голосе этой приятной женщины, если отец Аси не бросается на меня с кулаками, значит, они вполне не против наших отношений? Значит, шансов быть с Асей стало чуточку больше? Ведь так?