Чтение онлайн

И только тогда, когда уже тряпичными, смоченными в горючем факелами отогрели моторы, когда машины пофыркивали на холостом ходу, готовясь пуститься в путь, Алексей подошел к Сереге, погляделся в круглое зеркальце, прикрепленное к кабине, и круто выругался.

— Дай-ка закурить, — сказал он. — Вот лешая баба как изуродовала. Как сатана набросилась.

— И поделом тебе! — сердито буркнул Серега. — Зачем полез? К замужней женщине потащило. Мало еще она тебе привесила.

— Как к замужней? — с некоторым испугом удивился Алексей. — А где же муж у нее? Я думал, она вдова, или разведенная, или вообще просто так… Живет тут одна, в лесу.

— Думал… — Серега нехотя усмехнулся. — Ты, может, каждый раз так думаешь… — Он бросил папиросу и добавил: — Муж у нее с дочкой у нас теперь, в поселке. Как получат квартиру, так и она переедет. Слыхал вчера — в гости приглашала.

Алексей зло сплюнул и обиженно произнес:

— Ты бы хоть предупредил. Не по-товарищески это.

— А кто тебя знает, товарища, — опять усмехнулся Серега. — Может быть, тебя, как дитё, ото всего предупреждать нужно: тут не возьми, там не ударь, туда не лезь. Она тебя вон сама как предупредила.

— Ну ладно, — вскипел Алексей, — не подсмеивайся. А если бы у меня с ней вышло чего-нибудь? А?

— Что ж, — пожал Серега плечами, — дело ее. Около каждой жены сторожа не поставишь. Да и на кой леший такая жена, для которой сторож надобен. — И, желая кончить разговор, который явно не нравился ему, сказал: — Поехали. Шарф я в дому забыл, да не стану заходить: пути не будет. На обратной дороге заскочу, возьму.

— Обожди, — привстал Алексей, обозлен но посматривая на Серегу и словно желая вывести его из себя. — А если бы я силком? А?

Серега язвительно улыбнулся.

— Чуда-ак, — протянул он. — Она ведь не первый год объездчицей работает. И с волками встречалась, и с медведями, и с мужиками всякими… Тебе-то и говорить об этом — смехоты куча.

— Ну, а все же? — не отступал Алексей. — А если бы совладал? Смог, скажем?

— Да что ты все «если» да «если»?! — вдруг, взорвавшись, почти выкрикнул Серега. — Одно по одному мелет. Ступай в машину! Ехать давно пора. Если бы случилось так, — дополнил он, сбавив голос, — как ты тут бормочешь, тогда я бы тебя в сухую рыбу истолок.

Алексей хотел еще что-то сказать, но, нечаянно взглянув в Серегины глаза, поперхнулся. Разом повернулся и пошел к своей машине.

Немало миновали сосновых боров, смешанного леса, березняков, а больше всего ельников и наконец выскочили на взлобок высокого увала. Здесь во всю ширь распахивались перед глазами лесные дали, залитые совсем по-весеннему щедрым солнечным светом и кое-где прикрытые легкими и непрочными тенями от обрывков волокнистых облаков, похожих на клочья чесаной белой овечьей шерсти. Впереди уже просматривался конец волока и смутно различались домики далекой деревни.

Алексей посигналил двумя длинными гудками. Серега остановил машину и выпрыгнул на дорогу. Здесь, на возвышенном месте, дул довольно резкий ветерок, перехлестывавший через глубокие колеи легкую поземку.

— Что у тебя стряслось? — крикнул он Алексею, который быстро шагал к нему.

— Да ничего, — ответил тот, подходя. — Спросить я просто забыл давеча. А кто у нее муж будет?

— Тьфу! — отплюнулся Серега. — Я думал, случилось что… Петька Ивняков у нее муж, начальник транспортной конторы нашей. Ну, наш, стало быть, начальник.

Лицо Алексея посерело. Он хрипло спросил:

— Ты что? Шутишь?

— Ничего не шучу, — сказал Серега. — Все так, как говорю. Недавно он сам шофером был, по этой же дороге гонял. А потом курсы прошел, до начальника повысили.

Алексей подскочил к Сереге. Его лицо одновременно выражало и злость, и отчаяние.

— Та-ак! — с ненавистью в голосе протянул он. — Вон что. Выходит, ты надо мной не посмеялся, а под монастырь подвел. Захотел, чтоб с первого дня я с начальником полаялся, чтоб выжили меня! Теперь-то я понял.

Серега изумленно уставился на Алексея.

— Да ты что? Умом, что ли, тронулся?

— Не тронулся! — визгливо крикнул Алексей. — Ты, видно, решил, на дурачка напоролся. Я тебя насквозь увидел. Ты специально меня к этой бабе завез. Я думал, у тебя с ней что-нибудь есть, а ты затащил меня, намекнул, что, мол, многие тут пригреваются, и мне вроде место уступил. Вижу я все. Невзлюбил ты меня вчера и решил чего-нибудь подстроить мне, — сжав кулаки и брызгая слюной, выкрикивал он. — Все вы здесь приезжих не любите. Немного я здесь пожил, а понял. Что мы вам сделали? Молчком все! Дикари какие-то!

— Поосторожней! — рявкнул Серега, тоже сжав кулаки. — Я тебя, смотри, тряхну. Кто тебя завез? Чего ты с ума сходишь?!

— Не завез, говоришь? — Алексей чуть поумерил голос, прищуривая глаза и криво усмехаясь. — А насчет света мне или дяде врал? Свет-то у тебя отличный. Я вчера заметил: ты со светом едешь, где потрудней. Ты думал, я впереди еду, так не различу. А я еще на стоянке проверил: свет у тебя куда с добром. И шарф ты специально забыл, чтоб на обратном пути она на меня еще разок поглядела да не забыла мужу наябедничать. Это я сейчас догадался. Ну что, дурак я?

По мере того, как он говорил, лицо Сергея краснело, и это было заметно, несмотря на смуглый цвет его обветренных щек и скул. Потом Серега побледнел, как-то зябко поежился, отвернулся от Алексея. Шагнул вперед и привалился плечом к радиатору, смотря на лесную даль. Погодя немного он глухо сказал:

— Верно догадался. Завез я тебя. Только не для того… Люблю я ее…

— Кого это еще? — запальчиво, но уже не так крикливо спросил Алексей.

— Да Валентину, — словно силком выдавил из себя Серега. — Век бы тебе не знать, кабы не случай такой, кабы не подумал ты обо мне нехорошее. — И, не поворачиваясь к Алексею, медленно заговорил, как бы выкатывая тяжелые фразы для облегчения самого себя, как бы стремясь выговорить отягчающее грудь: — Давно люблю. С мальчишек. Из одного села мы, из Россохи. Я, Петька и она. С Петькой вместе в армию ушли, а она с отцом на кордон перебралась. Отец объездчиком был, помер — она стала. Тут Петька из армии вернулся. Шоферить стал. Часто тут ездил, заглядывал к ней. Ну, и поженились они. Я сверхсрочку служил. Вернулся — сначала не мог. Уехать хотел. Потом в руки себя взял. Держусь. А поглядеть нет-нет да и потянет.

Он повернулся и сказал совсем другим тоном, уже не признаваясь, а суховато и буднично оправдываясь:

— Вот и вчера. Думаю, новичок со мной, заеду. Наши ребята не поверили бы, что я с плохим светом в дорогу тронусь. И насчет шарфа ты верно. Только не тебя показывать буду, а сам на секундочку забегу… Одного ты не заметил. Не пью я в дороге, а тут вина взял. Чтоб вечер повеселей посидеть. Для нее. Только не подумал, что белую ты возьмешь…

— А она… это, как это… знает? — запинаясь, пробормотал Алексей, ошарашенный совершенно неожиданным для него признанием.