Чтение онлайн

Он наклонился ближе, настолько близко, что его губы слегка коснулись моих, а затем прошептал:

— Потому что ты всегда наблюдала за мной. Даже когда я лежал в коме, я знал, что ты не можешь отвести от меня глаз, — он засмеялся и отстранился, но когда увидел, что я не смеялась вместе с ним, то кинул на меня обеспокоенный взгляд. — Что? Что случилось?

Глубоко вздохнув, я решила, что должна сейчас же рассказать ему о том, что было у меня на уме:

— На секунду я подумала, что ты собираешься меня поцеловать, — в моём голосе звучала грусть, я отвернулась и села на диване прямо. Меня одолевало разочарование, и я начала задаваться вопросом, собирался ли он когда-нибудь отдать мне себя полностью.

Сев поровнее и повернувшись так, чтобы полностью быть ко мне лицом, несколько секунд он был глубоко погружён в размышления:

— Алексис, следующий раз, когда я тебя поцелую, будет во время того, как мы будем заниматься любовью.

Я все поняла.

— И когда ты будешь заниматься со мной любовью? — сощурила я глаза, задавая вопрос. Я не могла поверить, что мы только что признались друг другу в любви, а он даже меня не поцеловал.

— Я дам тебе знать, — подмигнул он и снова потянул меня к себе. — Скоро, обещаю.

Так-то лучше.

Глава 17: Величайшая измена

Это случилось за неделю до того, как Нил, Райан и Алиса должны были выступать на ежегодном музыкальном шоу в колледже. Пока они репетировали по полной программе, я торчала дома с ужасной мигренью.

Уже год я не испытывала такой головной боли, и меня стошнило не меньше трех раз за последние шесть часов. Брэндон пошел в местную аптеку и взял лекарства, назначенные мне врачом, а затем, уже опаздывая, отправился на занятия. Похоже, с каждым днем ему становилось лучше, и чем больше проходило времени, тем быстрее уходила боль.

Он предложил остаться со мной, но, как я поняла, ему эта идея была явно не по душе. Когда я сказала, что в этом нет никакой необходимости и что если вдруг мне понадобится его помощь, то я позвоню или напишу сообщение, в его глазах промелькнуло мгновенное облегчение. Наверное, это было связано с тем, что он в последнее время пропустил много занятий, и нужно было наверстать упущенное.

И, хотя Брэндон пребывал здесь последние пару недель и собирался остаться до следующей, когда его время под наблюдением закончится, я чувствовала, будто мы начали отдаляться. Я знала, что это звучало безумно, учитывая то, что мы практически жили вместе, но он проводил много времени за пределами общежития и приходил домой все позже и позже с каждой ночью, поскольку с каждой неделей ему становилось все лучше.

Когда я спросила его, где он был и что делал, то он напрягся и ответил мне, что просто проводил время с друзьями в баре. Он мог не ходить на работу до полного выздоровления, поэтому, как сообщил мне, старался использовать свободное время по максимуму.

Единственной причиной, почему я сомневалась в его оправдании, было то, что каждую ночь он ложился со мной в постель, и от него не пахло алкоголем. Даже учитывая то, что Брэндону было противопоказано пить алкоголь, все равно на нем или его одежде должен был присутствовать запах спиртного.

Я в самом деле надеялась, что, чем бы он ни занимался, это не было связано со случившемся, и он не пытался выяснить, кто виноват, и не замышлял отомстить им. Ему следовало бы написать заявление в полицию и дать им разобраться с этим.

На подушке возле меня ожил мобильный телефон, сообщив об одном новом сообщении.

«Не могу связаться с Брэндоном. Он с тобой? Райан».

Как это он не мог с ним связаться? Он же должен был быть с ним на занятиях.

Я позвонила Брэндону, как только прочитала сообщение. Он ответил лишь на третий звонок. Слова звучали холодно, никаких «я люблю тебя» в конце разговора. Когда я спросила, где он находится, то в ответ услышала: «На занятии». Услышав это, я почувствовала облегчение, меня успокоило то, что с ним все в порядке. Но при этом что-то меня насторожило. Даже тошнота, которую я испытывала с тех пор, как мигрень решила атаковать мой мозг, не шла в сравнение с тем, что я чувствовала теперь. Брэндон лгал. Если бы он не делал ничего плохого, не было бы смысла лгать.

Взглянув на будильник, я отметила, что пришло время выпить еще таблетку, поэтому встала с кровати и пошла за ней в гостиную. Окинув взглядом комнату, я сделала вывод, что последние пару дней мы с Алисой вообще не занимались уборкой. Здесь был такой беспорядок.

Взяв с журнального столика что-то наподобие газеты, которая лежала здесь месяц, я обратила внимание на открытый кошелек Брэндона. Несколько клочков бумаги выпали на пол, когда я взяла его, чтобы отнести в комнату.

Подняв их с ковра, я увидела кассовый чек. Теперь мне определенно казалось, что меня сейчас вырвет. Он не изменил бы мне. Нет, он бы не сделал этого.

Твою мать.

Согласно чеку, всего лишь два дня назад он ужинал в "Маджестик Хотел". Судя по тому, что было заказано, он ел не один. Две закуски, два основных блюда и два десерта, к чему прилагалась бутылка очень дорогого шампанского. Твою мать. Казалось, будто сердце вырвалось из груди и раскололось на мелкие кусочки.

Ну, да, меня определенно сейчас стошнило бы.

* * *

Снова опустошив желудок, я взяла одеяло из своей комнаты и закуталась, а затем прилегла на диван. Так вот почему он меня до сих пор не поцеловал? Может, Брэндон передумал и не знал, как сказать об этом? Был только один способ выяснить — спросить у него, когда он вернется, хотя лишь одному Богу было известно, когда это произойдет.

Занятия по музыке закончились час назад, и я знала, что, если бы поменялись местами наши роли, я, по крайней мере, узнала бы, стало ли ему лучше, но ведь он не пошел на занятия.

После приема обезболивающего, а также назначенных лекарств моя мигрень наконец-то отступила, и даже показалось, что я смогу нормально поесть.

Входная дверь открылась, и, выглянув из-за спинки дивана, я поняла, что мой аппетит все-таки еще не вернулся.

Брэндон приостановился, а затем посмотрел на меня и изобразил едва заметную улыбку, положив ключи на барную стойку. Прежде чем подойти ко мне, он снял куртку и повесил ее на крючок.

Ладно. Есть два варианта. Проверить его или спросить напрямую.

— Эй, как ты себя чувствуешь? — он опустился на колени передо мной и слегка приложил руку к моему лбу. — Тебя больше не тошнило?

Я кивнула и почувствовала, как слезы начали застилать глаза. Пожалуйста, найди разумное объяснение; пожалуйста, докажи мне обратное.

— Принести тебе чего-нибудь? — спросил он, сев на журнальный столик ко мне лицом.

В ответ я отрицательно покачала головой. Я не знала, как лучше подойти к этому вопросу. Никогда не думала, что снова буду сомневаться в его чувствах ко мне. Никогда.

— Нет, я в порядке. Как прошли занятия?

Ладно, я сама выбрала этот путь.

Он напряг плечи и отвел от меня взгляд. Черт возьми. Приподнявшись, он заметил на журнальном столике свой кошелек, быстро взглянул на меня, а затем взял его и засунул себе в карман.

— Так же, как и обычно. Ну, ты знаешь...

Брэндон снова изобразил едва заметную улыбку, но, когда он направился в мою комнату, на его лице я увидела некое подобие вины.

— Ты снова сегодня уходишь? — я приподнялась и увидела, как он замер, а затем медленно обернулся, чтобы снова посмотреть на меня. — Я думала, мы сегодня проведем время вместе.