Недоразумение
Шрифт:
Было видно, как Ирина широко улыбнулась и в этот же момент сделала шаг на пешеходную дорожку. Вместе с ней и вперед ее через дорогу последовали еще несколько человек. Из-за поворота, с визгом и скрежетом шин, в зебру вонзился дико несущийся черный автомобиль. Подхватив Ирину, словно огромная касатка свою жертву, он со всего маху опустил ее себе на лобовое стекло, которое тут же во все стороны взорвалось тысячей молний. Пытаясь затормозить, он проскользил по мокрому асфальту еще метров десять, разворачиваясь и кренясь на бок.
Лиля не могла поверить своим глазам, что она все это видит. В горле вдруг образовался комок, словно чья-то невидимая рука перехватила дыхание. Тело превратилось в соляной столб, а вся остановка, на которой она стояла, издала такой звук, больше похожий на большой и тяжелый выдох. Кто-то побежал к машине, кто-то осторожно, словно с опаской стал медленно приближаться к месту аварии. Слышались голоса, вздохи, вызывали скорую. Стала собираться толпа. Лиля стояла и не знала что ей делать. Лиля сделала несколько шагов в сторону черного Рено, побежала. За рулем, упершись лбом в руль, сидел грузный мужчина. Лица было не видно. Забежав за машину она увидела Ирину. Она лежала на спине с широко раскинутыми руками, и в ее неподвижных черных глазах отражалась голубая полоска неба.
Ноги развернуты на бок и согнуты в коленях, словно она бежала, широко раскинув руки на встречу падающим сверху каплям дождя.
Раздалась сирена скорой помощи и не прошло и несколько секунд, как она появилась из-за поворота. Лиля смотрела на Ирину как завороженная, казалось, что она сейчас встанет и улыбнувшись скажет, что все в порядке. Хотелось подбежать к ней и помочь подняться, но кольцо людей стало настолько плотным, да и ноги ее отказывались слушаться, что она просто осталась на месте, как вкопанная. Лиля смотрела на светлое лицо Анны и ждала. Сквозь людей, в белом халате стал пробиваться врач, и из машины спешно доставались носилки. Вдруг из уголка рта Ирины покатилась тонкая струйка крови, которая быстро стекла по щеке. Лиля отвернулась и что было сил побежала по тротуару прочь от увеличивающейся толпы, звука сирены и черного автомобиля с треснувшим лобовым стеклом. Неожиданно слезы прыснули из ее глаз и, свернув в проходную арку, она, вжавшись в бетонную стену коридора двора, заплакала от переполняющих ее чувств.
ЭПИЛОГ.
Прошло две недели после случившегося.
«Страница удалена либо ещё не создана» — прочитала Лиля однажды, зайдя на страницу Андрея спустя несколько дней. Осталось одно сообщение от него:
«Я не жалею не о чем Ли, ты замечательная девушка, ты достойна лучшего. Спасибо тебе за все, а главное за прогулку по саду, по "Саду имени Лили" и дарю тебе еще одно свое стихотворение, которое было написано тогда…
Вдохновение в сердце осенним дождем
Пролилось на дороги, листвой на асфальте
Я люблю это время — вдвоем под зонтом…
Тропы нашей любви не отыщешь на карте…
Пока, Ли»
— Ух, ты, — только и смогла она выдохнуть про себя и нотка грусти заиграла в ее душе.
Она встала из за стола и первый раз за наверное последние пол года включила телевизор. Сев в кресло, она ни о чем не думая стала смотреть на экран. Огромный воздушный шар летел над морем. Пестрый купол разноцветными цветами скользил по бескрайнему глубокому небу, которое деликатно и нежно соединялось со сверкающей и такой живой полоскойгоризонта.
Андрей сидел на белом песке и смотрел, как волны, словно заигрывая, пытались дотянуться до него. Они набегали, рассыпаясь белой пеной и тут же убегали обратно, беря еще больший разбег, чтобы снова начать свою веселую игру. Плечи обжигало равнодушное ко всему горячее солнце. Он сидел, скрестив ноги по-турецки. В одной руке был карандаш, а в другой блокнот в клетку.
Написал несколько строк и грустно улыбнувшись собственным мыслям пошел в море. Оно с удовольствием увлекло его к себе, обняло за талию прохладными ладонями и, щекотя подмышки, всхлюпывая и булькая, предложило сразу слиться с ним в единой пляске взмахов, подъемов и падений соленых волн. Антон нырнул и поплыл вперед, наслаждаясь широтой, легкостью и глубиной широкого черного моря.
Легкий южный ветерок, пока никто не видит, бросил несколько песчинок на листок в клетку на котором было написано несколько строк:
"…Лето убегает безвозвратно. Последним, теплым дыханием осветляя верхушки тополей, август гонит небольшие стайки сухих листьев. Вдоль проспекта несутся автомобили, маневрируя между "самоубийц" — людей, для которых не существует светофоров. Мы стоим и ждем зеленого. Видимо, только мы хотим жить, потому что все уже практически перебежали на красный. Машин же нет! Я то же бы перешел, но с ней лучше. Мы ждем зеленый — я и та, с которой я вскоре стану самым счастливым человеком на земле. Но пока я об этом не знаю, а она не узнает уже никогда. Ее звали Ирина…"