Чтение онлайн

Пятое древо, также составленное Брей сом в 1971 году, отражает взгляды Луиса Лики, первооткрывателя окаменел остей ущелья Олдувай. Здесь в основную линию помещен проконсул (по мнению некоторых, стоявший ближе к горилле, чем к гоминидам). Лики называл рамапитека кениапитеком и признавал только одного австралопитека — сверхмассивного бойсеи. Гоминида же, которого некоторые называют австралопитеком африканским или австралопитеком умелым, он назвал человеком умелым, и линия человека умелого ведет у него непосредственно к современному человеку с возможным ответвлением, которое проходит через питекантропа (яванского человека прямоходящего) и завершается неандертальцем.

Но как бы то ни было, обязательным условием для эволюции вида, который из австралопитека преобразился в человека, было поддержание общего контакта — пусть очень слабого и опосредствованного, — который обеспечивал бы дальнейший обмен генами.

Вот о чем говорят нам короткие извилистые линии генеалогического древа, составленного Бернардом Кэмпбеллом. Эволюция подобна виноградной лозе, выпускающей много побегов, часть которых засохнет и погибнет, но большинство перевьется между собой и образует сложное сплетение вместо единого плотного ствола.

Такова модель генеалогического древа, которую нам следует запомнить, обратив особое внимание на решающий период в 1,7 миллиона лет. Если в переплетении звеньев и побегов, слагающихся в цепь эволюции человека, существует недостающее звено (то, что имеет право на такое наименование), им должен быть, по мнению Кэмпбелла, австралопитек, становящийся человеком, который жил в африканской саванне неподалеку от озер и рек — этот древний ландшафт, вероятно, мало чем отличался от подобных же ландшафтов, существующих в современной Африке. Где-то на этом дальнем берегу, растянувшись почти на два миллиона лет, простерлась пограничная полоса, по одну сторону которой находится человекообразная обезьяна, а по другую — человек.

На этих фотографиях изображены 15 ученых, чьи взгляды на происхождение человека, нередко противоположные, изложены на следующих страницах

Палеоантропология с момента своего зарождения была полна противоречий и споров. Единодушие между палеоантропологами — явление довольно редкое.

На первых порах количество окаменелостей было настолько скудным, что теория какого-нибудь ученого о том, как соотносятся черепа, челюсти и зубы гоминидов, была ничем не хуже и не лучше всякой другой. Для того чтобы подтвердить или опровергнуть эти теории, попросту не хватало материала. Затем положение резко изменилось. Окаменелости теперь поступают в музеи и лаборатории таким непрерывным потоком, что буквально недостает времени изучить их все. К анализу окаменелостей привлекаются другие науки — геология, физика, ботаника, климатология, химия, этология, молекулярная биология. Каждая из них проливает свет на старые проблемы, но заодно создает новые, поскольку эти науки также не всегда согласны между собой. Никогда еще не было такого вихря веских, убедительных и противоречащих друг другу теорий о происхождении человека.

На фотографиях изображены 15 ученых, внесших в начале 70-х годов значительный вклад в спор об эволюции человека. Каждый добавил что-то свое к идеям, изложенным в этой книге, так как каждый придерживается собственного взгляда на становление человека.

Профессор Калифорнийского университета в Беркли, Шервуд Уошберн — всемирно признанный авторитет в области этологии приматов. Но он считает, что для понимания эволюции человека одной его науки мало: тут нужны совместные усилия многих ученых самого разного профиля, и, по его мнению, чем больше игроков примет участие в этой игре, тем лучше.

Шервуд Л. Уошберн

Изучение эволюции человека — это не столько наука в привычном смысле слова, сколько игра. Далекое прошлое нельзя доставить в лабораторию и изучать с помощью строго контролируемых экспериментов. Хотя в последнее время изучение окаменелостей приматов и механизмов эволюции заметно продвинулось, специалисты по-прежнему спорят между собой. Одни считают, что человек отделился от остальных приматов 50 миллионов лет назад, другие убеждены, что и пятая часть этого срока — уже преувеличение.

Мне было интересно учиться играть в эволюционную игру. Кость может показаться относительно простым объектом, который нетрудно описать и истолковать. Но ведь эта кость существовала не сама по себе, она была частью живого существа, и просто поразительно, насколько по-другому воспринимается та же кость, когда понаблюдаешь за обезьянами.

До самой смерти (1972 год) Луис Лики оставался наиболее своеобразной фигурой в палеоантропологии и выдвигал сугубо собственные аргументы. Мы обязаны ему множеством разнообразных и поистине легендарных находок; к ним, в частности, относится очень древнее существо — африканский кениапитек (которого он считал гоминидом), обнаруженный в пластах возрастом 20 миллионов лет, а также окаменелости отдаленного предка людей рамапитека древностью в 14 миллионов лет. Опираясь на подобные находки, он составил генеалогическое древо, на котором австралопитековые показаны как двоюродные братья, а не предки рода "человек".

Луис Лики

Австралопитековые развивались отдельно от истинного человека, который был примерно их современником. Около трех миллионов лет назад в Восточной Африке существовали обе формы.

Мои находки показывают, что предки человека разделились с предками больших человекообразных обезьян более 20 миллионов лет назад. Кроме того, из них следует, что род "человек" существовал в Восточной Африке от 1,5 до 3 миллионов лет назад, что какая-то форма человека прямоходящего жила в Африке, тогда как в Азии его еще не было, и, наконец, что "почти человек" австралопитек развивался параллельно с ним и вымер где-то между 50 тысячами и 1,5 миллионами лет назад.

Время существования психосоциального человека (40 тысяч лет) всего миг по сравнению с 20 миллионами лет существования гоминидов. А потому мы можем рассчитывать на очень долгое будущее, если не погубим себя и свою планету.

Диана Фосси — ведущий авторитет по изучению поведения горной гориллы в Центральной Африке, то есть в той самой области, где предки этих горилл и австралопитеки обитали до того, как человекообезьяна перебралась на открытые равнины. Исходя из параллелей, которые она находит в поведении горилл и социальном поведении человека, Диана Фосси полагает, что австралопитек, подобно современной горилле, возможно, был мирным существом, готовым делить свой кормовой участок с себе подобными.

Диана Фосси

Сообщества горилл на редкость сплочены. Подобно первым наземным гоминидам, они кочуют, спят и кормятся единой группой. Вначале, возможно, группы австралопитеков африканского и массивного жили бок о бок, поскольку их пищевые предпочтения настолько разнились, что они могли делить общие участки. Но встает вопрос: защищала ли группа австралопитека массивного свою территорию от других таких же групп? Группам горилл, хотя они и держатся на определенных участках, агрессивное территориальное поведение не свойственно, что объясняется равномерным распределением листвы в пределах ареала, а потому их участки накладываются друг на друга или даже почти совпадают.