Чтение онлайн

— Я просто не хочу, чтобы ты пожалел об этом, — говорю я тихим голосом, удивляясь, почему Эйден смотрит на меня с горящими глазами и расстроенными бровями.

Эйден тянется, чтобы поймать мою руку, и я понимаю, что продолжаю пятиться от него.

Он притягивает меня ближе, и наши теплые тела прижимаются друг к другу. Указательным пальцем он приподнимает мой подбородок, и я внимательно слушаю, как он говорит:

— Я бы тысячу раз бросил все, чтобы быть с тобой. Любая работа. Где угодно.

— Но...

— Нет. Послушай меня. Работа – это то, что мы делаем, чтобы оплачивать счета и тратить время. Конечно, повезло, что мне нравится то, что я делаю, но если ты думаешь, что это волнует меня больше, чем ты… Мэдди, это не идет ни в какое сравнение.

Мы опираемся лбами, и я закрываю глаза.

— Меня мало волнует что-то, помимо наших отношений. Поняла?

— Поняла, — улыбаюсь я.

• Эпилог •

Мэдди

Когда я прихожу домой, в нашем доме тихо, если не считать позвякивания ошейника Стэнли, когда он подходит поприветствовать меня у двери. Его хвост сильно виляет, ударяясь о стену при каждом покачивании бедрами.

— Привет, малыш, — говорю я, почесывая его хорошенько за ухом, так что его задняя нога слегка покачивается. — Где папа?

Тощая дворняжка, которую мы приютили несколько лет назад, ходит по кругу, радуясь, что я дома.

— Ладно, ладно. Пошли, найдем его.

В нашем маленьком бунгало в восточной части Остина темно, если не считать света в коридоре. Я прохожу мимо кухни и заглядываю внутрь. В основном здесь прибрано, но в раковине, вероятно, осталось несколько тарелок с ужина Эйдена. В те дни, когда у него приближается крайний срок, тарелки, как правило, скапливаются.

У двери в спальню я сбрасываю каблуки и стону от удовольствия, когда босые ноги снова касаются твердой земли. Скоро я сменю маленькое черное платье на пижаму, и все станет прекрасно.

Обычно я не прихожу домой так поздно, но мне пришлось сопровождать Элизу на ужин с клиентом. Теперь, когда я продвинулась в агентстве, это часть моей работы. Я тоже не против – хорошая еда, хорошая компания, – но я скучала по Эйдену. Последние несколько дней он был занят больше, чем обычно.

Я поворачиваю обратно по коридору, и Стэнли бежит рядом со мной. Если он когда-нибудь забегает слишком далеко вперед, он снова возвращается ко мне, как будто ему не нравится, как медленно я хожу по сравнению с ним.

Я заглядываю в гостиную, но Эйдена там нет.

Я выключаю телевизор и сворачиваю плед, приводя себя в порядок, прежде чем вернуться в холл.

Наша гостевая ванная комната пуста, как и гостевая спальня.

Приближаясь к маленькому офису, я слышу характерный звук щелкающей клавиатуры. Дверь почти закрыта, но я приоткрываю ее еще на несколько сантиметров. Эйден не замечает. Сомневаюсь, что он тоже заметил, что в комнате кромешная тьма. Эйден сидит за экраном компьютера, сосредоточившись на словах, которые печатает. Выражение лица искажается, как будто он чем-то недоволен, затем пальцы снова начинают летать. Я слушаю звук клавиатуры, когда он быстро печатает, и это успокаивает, как колыбельная.

Любой остаточный стресс от работы и жизни, кажется, исчезает, когда я наблюдаю за его работой.

Мой муж – журналист.

Если бы я не прерывала его, он бы работал до глубокой ночи. Эйден всегда был таким, гонялся за словами, когда они, кажется, льются рекой независимо от времени суток. Он пропускал приемы у врача и обеды, потому что был так поглощен работой. Мне приходится напоминать ему, что надо поесть, если он действительно сосредоточен. Чаще всего я просто приношу ему еду сама. Когда я это делаю, он бормочет слова благодарности, иногда даже не потрудившись взглянуть на меня, прежде чем выйду из комнаты.

Однако так бывает не всегда. Только когда он действительно занят.

— Я вижу тебя, — внезапно произносит Эйден.

Я ухмыляюсь.

— Думала, у меня хорошая скрытность.

— Да, но дыхание Стэнли все испортило.

Затем пес отходит от меня, подбегает к Эйдену и встает на задние лапы, чтобы опереться передними на бедро Эйдена. Эйден потирает голову и смотрит на меня.

Его пристальный взгляд скользит по мне с головы до ног. Наши взгляды встречаются, и он наклоняет голову набок.

— Красивая.

Я немного улыбаюсь, не совсем веря ему. Это был долгий день на работе, за которым последовал долгий ужин. Мне бы не помешала ванна и немного сна.

— Иди сюда, — машет Эйден мне рукой.

Я отталкиваюсь от дверного косяка и, обогнув стол, подхожу к Эйдену. Он обнимает меня за талию и тянет к себе на колени. Стенли лает и прыгает, чувствуя себя обделенным.

— Как прошел день? — спрашивает Эйден, нежно заправляя прядь волос мне за ухо.

— Тяжело.

— Продуктивно? — пыхтит он.

Я улыбаюсь и киваю.

Его лицо освещено только мягким светом экрана компьютера. У него пятичасовая тень и усталые глаза. Он, наверное, весь день не двигался с этого места.

— Как продвигается статья?

— Мне пришлось полностью переписать сегодня утром. Я как-то потерял нить темы.

— А сейчас? — спрашиваю я, прижимая руку к его груди прямо над сердцем, чтобы почувствовать ритм.

— Думаю. Лучше. Я не узнаю, пока не перечитаю утром. Это все еще может быть полной тарабарщиной.

Я смеюсь, потому что знаю, что это не так. Эйден до смешного хорош в том, что делает. Он все еще работает в «Таймс». После его импровизированного возвращения в Техас позвонил его редактор, и они заключили сделку. Эйден мог бы продолжать работать на них на внештатной основе. Он согласился бы на частичное сокращение зарплаты в обмен на меньшие требования к командировкам. У нас все хорошо вышло. С нашей совокупной зарплатой мы могли позволить себе купить и отремонтировать старый дом. Для этого требовалось много любви. Я съеживаюсь, думая о том, в каком состоянии было это место, когда мы только его купили.

Мы не торопились ремонтировать его, по ходу дела научившись делать большую часть сами. Мы вырвали ужасный оранжевый ворсистый ковер и сорвали темно-бордовые обои, которые, казалось, доминировали в каждой комнате. Мы обновили шкафы на кухне и купили новую бытовую технику. И, конечно, ему все еще не помешали бы некоторые обновления. Оригинальные деревянные полы скрипят. Ванна на когтистых лапах в главной ванной комнате иногда протекает. Время от времени входная дверь сдвигается и решает, что не хочет закрываться должным образом.