Недотрога для хищников. Единственная для двоих
Шрифт:
— Да. — Потерянно ответила я, глядя совсем не туда.
— Что такое, Ив?
Рука Рину мягко легла мне на плечо.
Я опустила взгляд и напряжённо ответила.
— Мы могли бы… для начала проверить склад и хижину Эджу. Она тоже здесь, совсем рядом. Вдруг Аня ещё там.
Рэвул нахмурился.
— Ив, планы существуют, чтобы их придерживаться. Если склад рядом, то до хижины нужно ещё идти. И, как я понимаю, в другую сторону. Это опасно, мы не знаем, что там сейчас. Лучше всего будет, как и планировали добраться до дредноута, убедиться, что он на ходу, а уже потом отправится туда. Иначе сделать это скрытно уже не получится. Если вообще получится.
— Да… я понимаю… Так точно, капитан.
Рэвул кивнул. И слегка толкнул локтем Рину.
— Проверь склад.
Красноволосый только успел исчезнуть в тёмном провале двери, ведущей на склад под скалой. Внезапно Рэвул резко схватил меня поперёк талии, зажал рукой рот и буквально нырнул вместе со мной в кусты.
Я вытаращилась на него, когда он медленно убрал ладонь от моих губ и беззвучно приложил к своим губам указательный палец. А затем показал вперёд – на площадку, где мы только что стояли. Через минуту я тоже услышала чьи-то голоса и увидела их обладателей.
Это оказался цобигнот, очень похожий на Господина Собирателя, но явно не тот же самый. Такой же косолапый, с большой нелепой головой и глазами с горизонтальными зрачками, как у козы, но заметно моложе. У него была такая же коричневатая кожа с мерзкими прожилками, но она не висела на нём, как растянутая старая одежда.
Вместе с ним на площадку, задорно подпрыгивая при ходьбе, выскочил маленький цобигнот. Это совершенно точно был ребёнок! Он был сопровождавшему его взрослому примерно по пояс и практически не носил одежды – если не считать грязной тряпки, повязанной на поясе в виде набедренной повязки.
Я присмотрелась внимательнее.
В отличие от взрослого, малыш не выглядел таким отвратительным. Его глаза с козьими зрачками были значительно больше, занимали почти пол-лица и смотрели на мир с таким наивным блеском, что даже казались милыми. В его коже не было тех мерзких прожилок, а пухлые, выпяченные вперёд губки скорее придавали ему сходство с любопытным маленьким утёнком, чем с уставшей от жизни рыбой-каплей.
Когда они подошли ещё ближе, я услышала их разговор:
— Плаз-ган… давай, повторяй поросль. Плаз-ган.
— Пазьга! Пазьга! — радостно заверещал ребёнок.
Взрослый цобигнот измученно вздохнул.
— Вот ведь… Так мы далеко не улетим. Тебе уже три месяца, ты должен нормально выговаривать слова, иначе будешь жить с изгоями, как твоя тётка. Ты понимаешь?
— Угу! — Согласился ребёнок и ещё громче закричал. — Пазьга! Пазь-га-а!
— Умгх… Вот ведь… За что ты мне такой?
Маленький цобигнот грустно опустил глазки, а взрослый вдруг подхватил его на руки и шумно чмокнул своими слюнявыми губищами в широкий гладкий лоб. И снова поставил на землю, хлопнув по плечу так, что у мелкого подкосились тонкие кривые ножки.
— Ничего. Я ж вижу, что ты не совсем отсталый! Заговоришь, если будешь стараться. Будешь стараться?
— Диа! — громко взвизгнул цобигнотский ребёнок и вдруг настороженно посмотрел в сторону складской двери в скале.
Словно оленёнок на дороге, услышавший приближающийся рёв двигателя и заметивший яркий свет фар на холме.
Взрослый цобигнот оттеснил ребёнка себе за спину и, вытащив из-за пояса какую-то продолговатую пушку, смутно напоминавшую револьвер, пошёл в сторону склада.
Всё произошло так быстро, что я едва успела что-то сделать!
Рэвул одним движением вынул свой плазган из кобуры на бедре, затем вскинул его, одновременно снимая с предохранителя, и пальнул по цобигноту, мгновенно прицелившись в него с двух рук из стойки с упором на одно колено.
Я повисла на его предплечье едва ли за полсекунды до выстрела.
— Нет!
Одиночный плазменный заряд почти беззвучно вырвался из дула его пушки, а вот болезненный вопль на другой стороне площадки у скалы эхом поднялся к её вершине, отдаваясь об отвесную стену.
— А-а-у-уа!!!
— Моапа! Моапа! — заверещал цобигнотский ребёнок и тут же бросился к взрослому, косолапо перебирая тонкими ножками.
Рэвул обернулся ко мне с недовольным видом, а я не менее возмущённо толкнула его в плечо.
— Что ты сделал?!
— То, что должен был.
— Он же с ребёнком!
— И что? Это не делает его опасным для нашего плана? У многих цобигнотов есть дети, нам теперь не защищаться от них?
Я не нашла что ему на это ответить, ведь как можно не понимать, что у всего есть границы?! Просто грозно зарычала и встала в полный рост. Достав из кобуры свой плазган, я упрямо пошла вперёд, несмотря на то что Рэвул окликнул меня и даже попытался схватить за руку.
Впереди из-за двери склада осторожно вышел Рину. И первое, что сделал — наступил потянувшемуся к оружию цобигноту на запястье. Заставив того застонать ещё громче, он поднял с земли его пушу. После чего с сомнением посмотрел на неё и направил дулом в сторону владельца, даже не посмотрев на в ужасе прижавшегося к раненному ребёнка!
— Рину! Не смей этого делать!!! — Что есть силы закричала я и бросилась бегом в его сторону.
Рину замер, смотря на меня с откровенным непониманием. Я же, первое, что сделала, когда, наконец, добралась до него, отобрала у него оружие и отшвырнула его в лес так далеко, как только могла.
Увидев плазган в моей руке, маленький цобигнот ещё сильнее сжался, прикрывая своим слабым худеньким тельцем взрослого. Его "моапа" что бы это не значило, по всей видимости, был ранен в живот. Вероятно, не смертельно, потому что взгляд инопланетянина при этом вполне свободно бегал от меня к Рину и подоспевшему к нами Рэвулу. Но болезненно, потому что тот непрестанно постанывал, держась за рану, из которой по его коричневатой коже текла фиолетовая кровь.
Чувствуя вину за произошедшее, я убрала плазган обратно в кобуру и протянула руку к ребёнку:
— Нет-нет-нет! Я тебя не трону, малыш…
— Ив, отойди…
Пальцы Рэвула жёстко впились в мой локоть, и он потянул меня назад, не позволив подойти к раненому достаточно близко, чтобы осмотреть.
Я со злостью вырвала свою руку из его.
— Нет! Не смей меня сейчас трогать!
И Рэвул больше не трогал. Но подойти к цобигнотам всё равно не позволил — встал между мной и ними, загородив своей грудью, словно каменной стеной. Плазган всё ещё был в его руке и, судя по тому, как тускло мигала на его корпусе зелёная кнопка, снят с предохранителя.