Чтение онлайн

– Да, я попробую. Я попытаюсь найти новые цели, как бы трудно мне ни было. Этим поступком я показал себя слабым человеком, верно? – стало немного стыдно за свое поведение, но что сделано, то сделано. Наверное, в жизни каждого человека бывают моменты, когда реальность кажется кошмарным сном, и хочется проснуться, но реальность ядовитой змеей стягивает сознание и шипит на ухо: « Это реальность, твоя реальность. А теперь я посмотрю на то, как ты справишься с этим испытанием». Кажется, что твой Ангел Хранитель забыл про тебя.

– Не слабый. Просто ты запутался, – отозвалась Пикассо, и к нам неожиданно подбежал Тимур. Выглядел он взволнованным.

– Серый, что с руками? – с ходу спросил Терминатор, коротко, и по сути. Он всегда был в курсе всего, и сейчас его явно что-то очень волновало.

– Терминатор, он это… – Пикассо не могла подобрать правильные слова, но Тимур быстро сложил одно с другим.

– Решил купить билет в один конец? Понятно. Серый, об этом потом поговорим. Пойдем со мной. Амалию не могу освободить. Дверь не открывается, и ее не слышно. Похоже, перегнул я палку, и воспитателя нигде нет. Ты как сам, нормально?

– Да, я в порядке, – когда Терминатор сказал про голубоглазку, я испытал острую боль в сердце. Как же я про тебя забыл?

«Буду жить назло этой девчонке», – усмехнулся про себя.

Мы с трудом справились с ржавым замком и пробрались на чердак. Было темно, и мы пытались найти Амалию, но пока безуспешно. На самом деле, жуткое место для девчонки. И холодно очень. Мы решили разойтись в разные стороны, чтобы осмотреть весь чердак, и я медленно пошел, осторожно пробираясь через фрагменты старых досок и дверей в сторону небольшого оконца размером меньше четверти обычного. Голубоглазку нашел сразу.

Она лежала без сознания, а еще на теле виднелись странные пятнышки, похожие на укусы насекомых. Но что-то мне подсказывало, что это что-то другое. Подхватил девчонку на руки. В этот момент ощутил странное тепло в сердце и даже забыл как дышать.

Она оказалась очень легкой, и даже учитывая тот факт, что я был не совсем в форме, и сегодня потерял много крови, смог донести ее до лестницы. Терминатор заметил меня с Лийкой на руках и быстро спустился по вертикальной лестнице в коридор, чтобы принять ее, а потом спустился я. Теперь до нашей комнаты он нес ее на руках. А я смотрел, как безжизненно болтается ее рука, и мне стало немного неловко. Она, бледная и слабая девчонка, продолжает жить и бороться, а я сдался.

Терминатор вызвал скорую помощь и конечно обрисовал все так, что Амалия сбежала, а он ее нашел и вернул. Неправду сказал, но так было нужно. Девчонку забрали, а потом Тимур долго рассказывал мне про то, почему человек должен жить. Яша и Тоха уже даже начали просыпаться, а мы все сидели и разговаривали. Тимур взял с меня слово, что я больше так не поступлю и начну ходить вместе с ним в спортзал.

Тимур сам решил вопрос с моей постелью, но спать уже не хотелось.

– Нужно в больницу наведаться. Кстати, ты ветрянкой болел? – уточнил Тимур. Было видно, что он переживает за голубоглазку и чувствует за собой вину из-за случившегося.

– Да, еще в саду, – отозвался я.

– Тогда не страшно. У Мальвины ветрянка. Если она раскроет правду, мне конец. На этот раз правда на ее стороне.

– Думаю, она все расскажет, – заключил я. Мальвина очень хотела отомстить и мне, и Тимуру, так что я не знаю, как Терминатор убедит Лию, чтобы она молчала.

– Это да, но я умею уговаривать девочек. Так что посмотрим.

Глава 7. Сделка.

Амалия

Все тело безумно чесалось, и пузырьков на теле становилось все больше. Когда я вернулась в палату, то увидела двух, точнее трех, посетителей. Это пришли Терминатор, Профессор и воспитатель.

– Амаличка, Тимур тебя ведь не обидел вчера? Ты зачем сбежала? И анализы у тебя плохие. Кушаешь совсем плохо, – проговорила воспитатель, на долю которой выпало дежурить в ту ночь.

Я посмотрела на Терминатора, а потом на Сергея. Обратила внимание, что из под рукава куртки у парня торчал бинт.

«А этот-то где пораниться умудрился? Или это Терминатор его так отделал? Нет, не похоже. Терминатор сочинил легенду, вероятно «рыльце у него в пушку». Так, а значит, пора платить по счетам.

– Я плохо что помню, но думаю, обязательно вспомню, что произошло вчера, – Терминатор едва улыбнулся, и мы поняли друг друга.

– Да? Ну, тогда собирайся. У тебя ветрянка, и ты теперь будешь жить в отдельной комнате, рядом с моей. А то, что гемоглобин упал, так мы поправим. Тимурка сбегает, тебе сейчас фруктов купит.

– А может, я здесь останусь? – не хотелось возвращаться в детский дом.

– Все, собирайся, Амалия. Надо возвращаться, – проговорила воспитательница тоном, не принимающим возражений.

Меня быстро выписали и вернули обратно. И дня не прошло. Всю дорогу по пути обратно я молчала, а Сергей иногда очень загадочно на меня смотрел. Что ему нужно, этому зануде? В итоге, именно его попросили проводить меня до комнаты. Оказывается, он даже знал, куда идти нужно.

Из машины такси выбиралась вторая после Профессора. Но когда резко встала, то в глазах потемнело. Сергей придержал меня, а потом, не отпуская моей руки, отправился в нужном направлении. Мы оба молчали. Я злилась на него, ведь видела его с Пикассо. Почему тот факт, что он дружит с Пикассо, меня раздражал, я не понимала.

– Что у тебя с рукой? – вдруг, сама от себя не ожидая, спросила я.

– Помогал на кухне, уронил лоток с ножами и споткнулся. Немного руку повредил.

– С кем помогал на кухне? С Пикассо?

– Да…, а что, какие-то проблемы?

– Нет никаких проблем. Никчемный, неуклюжий очкарик. Таким и останешься, – выпалила я. Сергей лишь улыбнулся, но не вступил со мной в перепалку, как обычно это делали другие.

– Амалия? – начал Сергей.

– Для тебя Мальвина, – огрызнулась я.

– Хорошо, Мальвина. Ты будь проще. Некрасиво девочке быть такой злой.

– Профессор, ты, кажется, говорил, что здесь ненадолго. Когда уже исчезнешь? – я толкнула его в грудь.

– Ты знаешь, я тут пораскинул мозгами. Никуда я не переведусь. Тут так весело. В каком еще детском доме встретишь такую очаровательную Мальвину? – он мне подмигнул и окинул меня странным загадочным взглядом.

– Эй, договоришься у меня. Сейчас как тресну, – он явно вышел на тропу войны. Это я прочитала в его глазах.