Чтение онлайн

Мелани пристально разглядывала спящего мужа: его мускулистая грудь поднималась и опускалась от равномерного дыхания, взгляд Мелани скользнул по золотисто-коричневой дорожке волос, спускавшейся по плоскому, подтянутому животу к паху. Она улыбнулась, вытянулась и сложила руки за головой, наслаждаясь глубиной удовольствия, полученного от близости с Диего. В этот жаркий день пыль в воздухе блестела и искрилась в солнечных лучах, пробивавшихся сквозь жалюзи их спальни. Любовные супружеские развлечения были лучшим поводом для сиесты, [16] тем более для Мелани, которая также находила, что спать днем слишком жарко.

Мелани осторожно, боясь разбудить Диего, встала и тихонечко вышла из спальни. Без цели бродила она по многочисленным комнатам усадьбы, наслаждаясь тишиной и покоем, обычно царившими в доме в это время дня. Лишь изредка окружающее безмолвие нарушали знакомые звуки далеких полей: мычание коров, окрики пастухов… Мелани нравилось осознавать, что Лас-Акесиас принадлежит теперь ей. Она влюбилась в это место с первого взгляда, и ее чувство крепло все больше и больше с каждой проведенной здесь минутой. Она хотела бы остаться тут вместе с Диего навсегда, убежать подальше от их чопорной, пустой и бессмысленной жизни в Буэнос-Айресе. Мелани часто думала о том, что было бы неплохо растить их будущих детей здесь, за городом, у Диего появятся новые дела, и отпадет нужда в частых поездках. Однажды она сказала ему об этом, не упомянув, правда, о главной причине – о возможности наконец-то завести свой собственный дом и жить отдельно от Амилькара и Марии.

– Это неосуществимо, дорогая, мы не можем жить здесь все время, – ответил Диего. – Я нужен отцу в Буэнос-Айресе, мне необходимо ездить по делам в Америку, и потом за городом очень одиноко зимой. Тебе вряд ли это понравится.

Ответ мужа разочаровал Мелани, но тем не менее Диего пообещал, что, как только погода улучшится, они будут приезжать сюда фактически на каждый уик-энд: покидать Буэнос-Айрес пораньше в пятницу и возвращаться обратно лишь в понедельник, а иногда и во вторник, если Диего будет заниматься поло. Амилькар с Марией не будут ездить с ними. Из объяснений Диего Мелани поняла, что обычно сюда приезжают лишь друзья и дальние родственники. И, если бы визиты сюда Мелани не были столь краткими, Лас-Акесиас мог стать для нее хотя бы иллюзией собственного дома.

Мелани медленно шла по галерее, и звук ее шагов эхом отражался от выложенного терракотовым кафелем пола, с годами отполировавшегося до цвета старой запекшейся крови. Со всех сторон дом окружал большой тенистый двор. Эта усадьба была построена раньше 1800-х годов. Ее оригинальную испанскую простоту несколько десятилетий спустя украсили итальянскими колоннами и балюстрадой, увенчанной плоской крышей. Комнаты дома, как солнечные лучи, разбегались во все стороны от внутренней галереи усадьбы, отчего именно в центре создавалось ощущение постоянной полутьмы. Один из предков, решив исправить эту ошибку, застеклил некоторые участки центральной галереи. Сейчас все двери были открыты, и со двора внутрь проникал чарующий аромат цветущего лимона и жасмина.

Незаметно для самой себя Мелани подошла к передним комнатам дома. Широкие доски пола протяжно скрипели, когда она пересекала гостиную, изучая портреты женщин и мужчин, вот уже многие десятилетия висевшие на этих стенах.

Мелани открыла тяжелую дубовую дверь в конце гостиной и вошла в кабинет. Это была ее самая любимая комната в доме, с окнами, выходящими на обе стороны, открывающими вид на лагуну и лес. Диего и Пако играли здесь в бильярд перед ленчем, и поднос с пустыми бокалами и напитками до сих пор был не убран. Мелани представила себе вежливый, но ледяной гнев, который Мария обрушила бы на свою служанку в случае, если та позволила бы себе допустить такую оплошность в Буэнос-Айресе, и решила позже обязательно поговорить с Эвелиной.

На рабочем столе была разложена небольшая коллекция кадастровых карт. Она стала аккуратно складывать их в стопку, но неожиданно ее внимание привлекла надпись в верхнем углу титульного листа одной из них. „1904" – значилось там. На вид карта казалась действительно очень старой, буквы и цифры в некоторых местах были настолько нечеткими, что их с трудом можно было разобрать. Мелани стало любопытно, и она принялась в подробностях исследовать карту. Разными цветами на ней были обозначены территории имений и место, где они расположены, назывались полные имена владельцев, количество имущества. Самую большую площадь на карте занимал прямоугольник, закрашенный бледно-розовым цветом: Лас-Акесиас – Донна Луиза де ла Форсе де Гэнсалис Гоблин – 24,472 гектара, – прочитала Мелани. Владелицей земли, должно быть, была тетя Лулу, так часто упоминаемая Марией в разговорах, предположила Мелани. Она даже не подозревала, сколь обширные территории занимает эта усадьба. В ее душе зародилось чувство благоговейного страха, когда она представила, что Лас-Акесиас простирается так далеко, что даже нельзя увидеть его границу, что это шестьдесят тысяч акров хорошей сельскохозяйственной земли. Да, у Марии действительно было немало причин быть благодарной тете Лулу, подумала Мелани.

Она развернула другую карту, датированную 1945 годом. Розовый прямоугольник разделился на множество небольших четырехугольников, цвета которых были уже другими, а их владельцы назывались именем „Гонсалис Голбин". Земля, на которой сейчас находились лагуна и дом, была внесена в список как „Лас-Акесиас – Шарлота Гонсалис Голбин де Лиа – 3,783 гектара". Это имя ничего не говорило Мелани, Мария ни разу не упоминала его в своих бесчисленных рассказах о семье.

Из другой карты Мелани узнала, что эта собственность, именуемая Лас-Акесиас, стала принадлежать компании Сантосов только в 1970 году и что территория ее сократилась уже до 2,667 гектара. Это была территория огромных размеров, но по сравнению с первоначальным владением – ничтожно маленькая.

Мелани аккуратно сложила все карты в папку.

У нее была хорошая память на цифры, что помогало, когда она работала в банке. Она вспомнила, что говорили друзья Диего в первые месяцы ее пребывания в Буэнос-Айресе насчет этого имения: глупо продолжать получать с этой земли по три или четыре процента в год, когда при правильном вложении можно получать по пять процентов в месяц. Пако сказал, что он рассчитывает покрыть долг в три сотни тысяч долларов, продав тысячу гектаров земли. В таком случае Лас-Акесиас стоит чуть меньше миллиона долларов, при этом принося ежегодный доход меньше пятидесяти тысяч долларов. Мелани чуть пододвинула руну, чтобы расправить загнувшийся уголок карты, и камень на ее пальце сверкнул глубокой зеленью на голубом фоне бумаги. Она носила двести тысяч долларов на своем пальце, и наиболее популярные газеты описывали их свадебный прием как вечер стоимостью в миллион долларов. А их самолет стоит еще больше. Много денег лежало также и в американских банках…

Все было просто невозможно сосчитать.

Вечером, когда они уже лежали в постели, Мелани наконец решилась задать вопрос, который так озадачил ее сегодня.

– Почему мы так богаты? – спросила она. Диего тихо рассмеялся.

– Потому что у нас больше денег, чем у других, – ответил он. – Если тебя интересует этот вопрос с философской точки зрения, то советую обратиться к падре Ангелотти. Боюсь, я не смогу объяснить это так хорошо, как он.

– Я не это имею в виду, – сказала Мелани. – Я хочу знать, откуда появляется столько денег.

Диего приподнялся.

– Эй, ты случайно не собираешь показания для адвоката?! – улыбнулся он, а его бровь поднялась в насмешливом подозрении, но Мелани почувствовала, что за его легкомыслием кроются осторожность и осмотрительность.

– Нет. Я только… – Решив, что будет лучше ничего не скрывать, она рассказала Диего о картах и о своих расчетах. Диего откинулся на подушки и привлек ее к себе.

– Похоже, моя жена не только красива, – улыбнулся он. – Ты права насчет этого имения и прибыли, которую можно получать с него при правильном ведении дел, но у нас есть другие источники дохода.

– Какие? – спросила Мелани.

– У моей матери масса родственников, они оставили ей наследства.

В памяти Мелани длинной вереницей пробежали имена богатых тетушек.

– …А мой отец знает, как вложить деньги, чтобы получить с них неплохую прибыль.

– Но насколько мы богаты?

– На самом деле я не знаю, но если быть точным – мы с тобой оба не очень богаты, – рассмеялся Диего. Он поцеловал Мелани и, пожелав ей спокойной ночи, натянул одеяло себе на плечи. Несколько мгновений спустя он уже спал.