Нефритовый Стержень Империи, или Трудно быть Магом
Шрифт:
Воин вереска захрипел, звякнул выроненный ятаган.
За плечом орка возникло лицо Сбнделла.
— Ну, я побежал дальше, — сказал вор и исчез прежде, чем тело зеленокожего рухнуло на пол.
Не знаю, сколько еще я в гордом одиночестве блуждал по лабиринту полутемных коридоров, прежде чем нос к носу столкнулся с Конрадом.
Он молча указал на стену.
Там висело тело безумного мага Ирассиуса. Что за чертовщина? Сколько же этих Ирассиусов находится в Дольмене?
— Где остальные? — спросил я.
— Где-то тут, — глубокомысленно ответил Конрад.
Я посмотрел на героя. Вид у него был какой-то… уставший, что ли. Видать, основательно умаялся от скитаний по Дольмену. Или расстроился, что ничего не происходит такого, где бы он мог приложить свою силу и умение управляться с мечом.
— Ладно, не грусти, — я встал на цыпочки и положил ему руку на плечо. — Прорвемся.
Он криво усмехнулся.
— Пошли.
Пойти-то мы пошли, но куда мы на самом деле двигались никто из нас не мог сказать достоверно. Указатели с надписями "Логово Зла" отсутствовали напрочь, а спросить не у кого было.
— Ты что будешь делать, когда все закончится? — спросил я.
— Сначала надо еще закончить.
— Ну, предположим, у нас все выйдет и мы победим Зло.
— Чего ты переживаешь, еще работа найдется. Я не привык сидеть без дела.
— А кто мне жаловался, что ему надоели подвиги и приключения?
Конрад резко остановился. Но выдать гневную тираду не успел, так как до нас донеслись голоса.
— Щенок!
— Это ты виноват в том, что случилось с ней!
— Только дерни рукой — пришибу!
— Я расплавлю тебе мозги!
Мы прибавили шагу и вскоре оказались в затопленном по пояс небольшом зале, где над самой водой висела просторная клетка устрашающего вида. Тускло поблескивали жуткие металлические зубья, которыми были утыканы все толстенные прутья.
Внутри, почти упираясь спинами в зубья, в позах ковбоев-дуэлянтов друг напротив друга неподвижно застыли Юркас и Наварро. Шут держал наготове метательный нож, а мой ученик перекатывал огненный шар на ладони.
— Это что тут происходит? — холодно осведомился я.
— Да мы тут светские беседы беседуем, — Наварро спрятал нож, однако сторожко наблюдал за Юркасом. — Ему нравятся плюшки с корицей, а мне исключительно с медом. Вкусы у нас разные.
Юркас надулся и молчал, но файербол с ладоней исчез.
— А вы не замечаете, что клетка уменьшается в размерах? — спросил я.
Они сразу забегали, пытаясь выбраться, но толстые прутья упрямо продолжали сближаться. Еще минут десять — и противоположные концы клетки сомкнуться друг с другом, оставив от наших товарищей окровавленные ошметки.
Взбивая брызги, Конрад тут же бросился к центру комнаты и со всей силы всадил меч в воду. Раздалось бульканье, в том месте, где ударило черное острие завихрился водоворот. Вода в зале начала медленно спадать и по мере того, как ее уровень становился ниже, соответственно начали раздвигаться концы клетки. Скоро ловушка заняла почти половину зала, пространство между прутьями расширилось насколько, что Наварро и Юркас по очереди смогли протиснуться наружу между прутьями и остриями зубьев.
Я пристально посмотрел на Конрада, концом плаща вытирающего меч от влаги. Воды в зале уже осталось по щиколотку.
— Я когда-то в подобную попал, — объяснил Воитель.
Мне оставалось лишь недоуменно нахмуриться. Где это он мог выбираться с такой ловушки, что я не знаю? Или подрабатывал героем где-то на стороне? Это мы будем выяснять позже, сейчас дела поважнее есть.
— Значит так, дуэлянты херовы, слушаем меня внимательно, — сказал я, когда мы выбрались на сухое. — Еще раз замечу что-то подобное — и обоим задницы с головами местами поменяю и скажу что так и было. Ясно!? Юркас, не слышу?
— Так точно, Учитель.
— Наварро?
— А я что, Великий Маг, я ничего. Я тут так просто, дай думаю прогуляюсь по здешним пейзажам, полюбуюсь красотами подземными. Стою, никого не трогаю, все думаю, может лоток здесь поставить с лимонадом и пирожными. А что, место людное, выручка хорошая будет. И вдруг…
— Ты думаешь, это смешно? — прищурился я. — Почему же я не смеюсь? Конрад, а ты почему не смеешься?
Наверное, шут все прочитал во взгляде Воителя, поскольку соизволил заткнуться.
— Силу девать некуда? — продолжал вправлять мозги я. — Вы у меня первыми в Логово побежите, там свою удаль показывать будете. Я посмотрю, как вы со Злом махаться будете.
Ну что с ними делать? Юркаса хоть можно заставить отжиматься, да и то бесполезно в последнее время. Может создать паланкин и заставить этих двоих нести меня? А что, и мне не придется ноги бить, и для этих ковбоев найдется куда силы прилагать.
— Ладно, потопали дальше, — сказал я и первым двинулся вперед.
Впереди по коридору забрезжил тусклый свет, который постепенно становился все ярче и ярче.
Я прибавил ходу, и вскоре передо мной открылся неожиданный пейзаж. Везде, сколько охватывали глаза, простиралась песчаная пустыня с высокими барханами. Желтая поверхность уходила вдаль на много километров и терялась в призрачной дымке.
Шурша лапками по песчинкам, у самых моих ног пробежала бурая ящурка и скрылась под кустом саксаула. Глядя на раскинувшуюся впереди пустыню я не знал, что и думать. Откуда она здесь, под землей, да еще и такая большая?
— У кого-то есть желание пересечь пустыню? — спросил я у своих спутников.
Все дружно замотали головами.
— Что же, тогда двигаем назад и исследуем другие проходы.
Едва я ступил в новый коридор, как у меня в глазах померкло, а может просто кругом исчез свет. Вот почему я не понимаю Конрада, который постоянно любит первым идти и влезать любую дыру. А ведь никогда не знаешь, что тебя может ждать за поворотом. Тем более, если вокруг стоит тьма, что глаза кажутся бесполезным органом.