Чтение онлайн

Я раскрутил разъема блока БУВ и увидел закопчённые внутренности. Копыть легла на все контакты черным слоем. Я почистил разъем, мы подождали пока станция наберет тепло и проветрится, соединили разъемы. Снова включили станцию управления. Она заработала. Все контрольные сигнальные светодиоды светили зеленым светом.

– Так что же это было? – спросил я, имея в виду случившееся на скважине, когда двигатель не заработал.

– Во время транспортировки станцию на скважину от тряски какие-то разъемные соединения отошли и в разъеме потерялся контакт, – сказал Андрей.

Я кивнул головой. Эту версию мы оба приняли. Хотя в нашей технической среде присутствие на главных пусковых этапах работы руководства считается плохой приметой и имеет название «эффект присутствия». Считается, во время присутствия начальства на ответственных моментах приводит к нестандартным и нештатным ситуациям из-за нервозности работающих исполнителей. Именно поэтому, как нам потом объяснили нефтяники, запуски скважин в работу производится именно поздним вечером или ночью, чтобы быть уверенными, что никакое начальство и проверяющие не приедут.

Второй запуск нашей установки производился днем. Мы заранее проверили работу двигателя в скважине до приезда руководства и когда они приехали, легко запустили установку в работу.

Уезжали со скважины все в хорошем расположении духа. Руководство улетело в этот же день. Мы улетали, как запланировали, на следующий день. Установка должна была проработать несколько месяцев. После чего нам обещали подписать акт о прохождении промысловых испытаний. При этом в акте нам собирались написать, что следующие поставки оборудования мы должны поставить с телеметрической системой, которую мы только собирались разрабатывать.

Когда мы вернулись, я увидел, как Юлик старается запустить свой источник питания в работу. Я подошел к нему, рассказал о том, как проходили испытания, и спросил, кивая на источник питания:

– Ну, что заработал?

– Нет, – сказал огорчено Юлик. – Не работает. И не понято, в чем дело. Я так делать больше не буду.

Это вызвало у меня улыбку, потому что именно так говорил Юлик, когда его схема вдруг начинала работать не так, как он предполагал.

В это время испытания наши конкурентов завершились неудачно. Их моноблок, длинной более двенадцати метров, куда входил и двигатель, и насос, и протектор и телеметрическая система не прошел испытания, потому что треснул, сломался, когда его загружали в скважину. Для того, чтобы опустить моноблок в скважины, они специально спроектировали ложе, которое им не помогло. Стало понятно, что конкуренты промахнулись с концепцией. Нельзя было делать оборудование моноблоком, в единой конструкции. При поломке двигателя, насоса, протектора или телеметрии, нужно было вынимать блок из скважины и везти на завод для ремонта. Оказалось, что в этой системе не был решен вопрос по ремонтопригодности. К тому же из-за высоких технологий с получением больших точностей оборудование получалось очень дорогим. Оставалось одно преимущество: добыча нефти на высоких скоростях до ста двадцать тысяч оборотов в минуту. Что тоже не оправдывалось из-за того, что повышался износ оборудования и еще при таких скоростях менялась структура нефти. Она из известной маслянистой фракции, превращалась в суспензию, обогащенную пузырьками, и количество добытого в связи с этим флюида не увеличивалось. Оптимальная скорость вращения двигателя с насосом составляла примерно шесть тысяч оборотов в минуту. Старый и опытный нефтяник Матвей Яковлевич Гаксбург, который нас курировал в нефтяной компании, оказался предельно прав, когда предлагал нам вести разработку в рамках применяемых, унифицированных устройств. Еще одним плюсом применения готовых устройств являлось использование готовой ремонтной базы.

Скоро после промысловых испытаний нас пригласили работать в ОАО «РИНК, которая входила в известную нефтяную корпорацию. Нам повысили зарплату, и обещали для нашего коллектива арендовать отдельное здание. Теперь не возникало необходимости кому-то, что-то доказывать. Мы работали каждый день по восемь часов и обрели уверенность. Точнее сказать, мы получили передышку, потому что, если вы заняли какое-то место в производстве нефтяного оборудования, нужно идти вперед и дальше, чтобы доказывать свое место в этой жизни.

Как раз в это время я понял, что такое команда. Хорошо подобранная команда может решать любые задачи по выбранному профилю работ. В нашей команде были хорошие электронщики, программисты и руководители.

К этому времени мы разработали для авиационного завода привод для рулей и нашу работу приняли. Все складывалось для нас совсем не плохо.

На работе все приободрились. Мы отмечали праздники и дни рождения. В обеденный перерыв бегали в соседний магазин за тортами, покупали подарки юбилярам. Что ни говори, успех в жизни имеет большое значение.

Прошло какое-то время после смерти матери и свалившихся на меня невзгод. За работой я постепенно пришел в себя. С Галей я не общался и старался не обращать на нее внимание. Глазами мы не встречались. Единственно, что я мог себе позволить это задержать на ней взгляд, когда она проходила мимо, и то из-за того, что не сразу понимал, кто идет. Если я заранее знал, что это она, определяя ее по голосу или по походке и стуку каблуков, то отворачивался и смотрел в другую сторону. Также поступала и она. Один ее вид напоминал о той боли, которую я испытал и которую больше не хотел испытать.

После того, как с работой у меня наладилось, ко мне стали приходить мысли о том, что нужно найти спутницу жизни. Где можно познакомиться мужчине с женщиной? Таких мест не так уж много для тех, кто живет размеренной жизнью: на работе, по пути на работу и с работы, в командировках. На работе со мной работали симпатичные молодые женщины, мамочки и те, которые только вышли замуж. На замужних женщин я категорически не обращал внимание, чтобы не попасть в ту ситуацию, из которой мне пришлось выпутываться. Хотя, где и в какой капкан ты можешь попасть, предугадать невозможно. В командировках зачастую было не до знакомств и ухаживаний из-за загруженности работой. В то же время там возникали знакомства и игра взглядов. Это всегда видно, что ты нравишься девушке, и понятно, что она из себя представляет и что может получиться не то, что хотелось бы. И, казалось бы, нужно только подойти, все остальное она сделает сама, но сознание того, что игривости не вполне достаточно для серьезных отношений, заставляло не откликаться на внутренние порывы. Нежелание оставаться одному, вот что двигало и мотивировало меня. Мать дала мне метод, при котором семья могла устойчиво существовать из двух человек. Мне нужна была вторая половина. Я сам мог готовить, убирать квартиру, ходить в магазин, стирать и гладить белье. Но важна была налаженность жизни, душевная успокоенность, устойчивость. Для нормального протекания жизни нужно, чтобы на работе все было хорошо и дома. На работе у меня было все хорошо. Дома не хватало налаженного быта, наполненности жизни.

После работы я заходил в магазин около дома, покупал продуты и шел домой. Хлеб я покупал довольно часто, в неделю раза два. Мать приучила меня есть все с хлебом. «Ешь с хлебом, – говорила она. – А то не наешься». Сказывались послевоенные времена и традиции прежних лет. С мамой я полюбил хлеб и все мучное. Пирожки, блины, пельмени, торты, макароны, пирожное. Я любил мучное и все сладкое. Оно обеспечивало во время еды быстрое насыщение. Поэтому в магазин за хлебом я ходил чаще других. Неожиданно я заметил, что девушка, у которой я покупал хлеб, мне подает нарезной батон и половинку черного хлеба особенно. Она давала мне его в руки, а не клала на прилавок, как делала обычно, немного дольше задерживала мой хлеб в своих руках и старалась мельком заглянуть в мои глаза. Это была очень милая девушка, душевная, мягкая, простая. Такие девушки созданы для семьи. Казалось бы, бери в жены и живи счастливо. Но что-то меня останавливало. Конечно, я любил хлеб, но не настолько, чтобы жениться на его продавщице. Именно поэтому я перестал ходить в этот магазин за хлебом. Скоро я заметил, что и другие продавщицы из продуктовых магазинов смотрят на меня как-то особенно. Сначала я не понимал, в чем дело, а потом понял. Неженатый мужчина имеет на себе некую печать годности, которая говорит всем женщинам о том, что этот мужчина холост, хозяйственен, неплохо одет, вежлив, сдержан, аккуратен, непьющий и при деньгах. Такого можно прибрать к рукам и сделать из него сначала кандидата в мужья, а затем и мужем.

У меня наметился общий поворот к лучшему. Началась новая жизнь. Это чувствовалось во всем. На лице появилась улыбка успешного человека. Такая улыбка притягивает людей. С человеком, у которого на лице такая улыбка, хочется общаться и кажется, что он знает что-то такое, чего тебе не ведомо и чего очень не хватает. Именно тогда я понял, что улыбка полная оптимизма, а именно такой улыбкой располагает успешный человек, как ни что другое, помогает в общении на любом уровне по работе и в быту. Она помогает спрятать за нее недостаток компетенции, защититься от хамства, обеспечивает дружелюбие, уравновешенность, выражает готовность понять и помочь. С такой улыбкой я работал, с такой улыбой ходил по улице и заходил в магазины. Теперь в магазины около дома я не ходил, потому что там работали девушки и женщины, которые имели на меня виды. С работы я заходил в продовольственный магазин, расположенный около предприятия, где мы работали, покупал молоко, сыр, колбасу, хлеб, а часто один хлеб и прогулочным шагом шел через парк домой. И в этом магазине я заприметил одну девушку, которая обладала привлекательной фигурой и приятной внешностью. Как-то с Володей Птицыным мы зашли в магазин за тортом перед каким-то празднованием. Стояли около витрины, шутили и рассуждали, какой торт лучше купить. И когда мы определили и выработали консенсус в отношении двух тортов, я попросил продавщицу нам помочь.

– Скажите, пожалуйста, какой торт лучше? Я выбрал вот этот торт с белым кремовым верхом, а мой коллега выбрал шоколадный.

– Мне больше нравится с белым верхом, – ответила девушка приятным голосом. – Там есть безе и приятная вафельная крошка с орешками.

– Вот, – сказал я Володе с улыбкой и полный благодарности, что меня поддержали.

Тому ничего не оставалось, как со мной согласиться.

– Пожалуйста, помогите нам купить именно этот торт, – сказал я как можно галантнее.