Чтение онлайн

Слегка ошеломленная подобным бесхитростным сравнением, Джессамин поблагодарила и распрощалась. Вместо того чтобы выйти, она направилась в общий зал, сгорая от желания увидеть этот идеал красоту собственными глазами.

В комнате стоял такой шум, что Джессамин невольно зажала уши руками. На мгновение ей показалось, что еще минута — и она оглохнет. Напротив Джессамин, громко переговариваясь, ужинала группа мужчин. Судя по их резкому, пронзительному говору, это, вне всякого сомнения, были валлийцы. Джессамин с трудом разбирала отдельные слова, все остальное было совершенно непонятно.

Несколько дам щебетали перед жарко пылавшим очагом. Для них накрыли особый стол. Укрывшись в оконной нише, Джессамин могла спокойно разглядывать незнакомцев, не опасаясь, что на нее обратят внимание. Несмотря на то что дамы были одеты по-дорожному, она успела заметить яркие, разноцветные подолы платьев под тяжелыми полами плащей. При ближайшем рассмотрении она убедилась, что только двух из сидевших напротив нее женщин можно было отнести к разряду леди. Домотканые платья остальных выдавали в них служанок.

Вдруг одна из дам подняла голову, разговаривая со своими спутницами, и Джессамин едва сдержала возглас удивления. Какая красавица! И впрямь дивное видение сошло на землю с одного из разноцветных витражей их церкви. При виде ослепительно золотистых волос незнакомки, тонких черт прелестного лица и особенно ярких голубых глаз Джессамин внезапно почувствовала укол ревности. Дыхание с трудом вырывалось сквозь стиснутые зубы. Нет, она ошиблась, не с витражей церкви, а прямо со страниц ее любимого романа — вот откуда в их глуши появилась эта дивная красота! Ей, как когда-то в детстве, вдруг показалось, что книга ее и в самом деле написана про какую-то неведомую ей породу людей. Дама напротив была настолько грациозна и женственна, что казалась хрупкой статуэткой. Бледная, как слоновая кость, кожа, яркие голубые глаза, изящное шелковое платье цвета корицы делали ее такой воздушной, что Джессамин стало страшно: а вдруг она разобьется, как изысканная стеклянная безделушка? И вдруг девушка почувствовала, как к глазам подступили горькие слезы разочарования и острая боль пронзила сердце. А она-то надеялась, что в один прекрасный день сможет отыскать ключ в эту волшебную страну, где когда-нибудь и сама познает красоту и тайну возвышенной любви.

Но теперь она понимала, что этого никогда не случится.

Джессамин решительно направилась к выходу. Вначале она собиралась остаться и отведать горячего паштета из баранины, но теперь с удивлением обнаружила, что аппетит у нее пропал. Проталкиваясь вперед между галдящими валлийцами, Джессамин предусмотрительно опустила пониже капюшон, чтобы на лицо упала тень, К счастью, они были так заняты, что и не думали смотреть в ее сторону. Стоило ей открыть дверь в конюшню, как она услышала лай Неда. В нем было что-то странное. Джессамин готова была поклясться, что в голосе старого пса звучит скорее тревога, чем радость. Погладив взъерошенную шерсть на холке собаки, девушка испуганно огляделась в поисках угрожавшей ей опасности. Неподалеку несколько воинов расседлывали усталых лошадей, на которых приехали путешественники. Но ни один из них и не думал обращать на нее внимание. Поэтому Джессамин отнесла беспричинную тревогу Неда просто на счет преклонного возраста пса и, пожав плечами, принялась отвязывать поводья Мерлина. Старьте собаки — точь-в-точь как старики, подумала она, волнуются и ворчат, даже когда им ничто не угрожает.

Вскочив в седло, девушка опять почувствовала, как ее душит раздражение. Удивленная и встревоженная этой непонятной ревностью, которую вызвала в ней красота незнакомой дамы, Джессамин нахмурилась. К приезду этой женщины огонь в камине уже пылал и жаркое было готово. Стало быть, она — либо важная особа, вздумавшая отправиться в путешествие, либо в карманах у нее полным-полно золотых монет. В любом случае по ее виду становилось ясно: она ничуть не сомневалась в том, что ей окажут достойный прием.

Джессамин прищурилась — в лицо ударил резкий ветер, поднявшийся, пока она была в трактире. Девушке пришлось дважды окликнуть Неда, прежде чем тот услышал. Он смотрел в другую сторону, как будто его что-то сильно заинтересовало. Потеплее укутавшись плащом, чтобы не дать ветру пробраться под одежду, Джессамин медленно ехала по деревенской улице. Все ее страхи из-за предстоящего визита сэра Ральфа вместе с тревогой за безопасность Агнесс вновь нахлынули на нее. Как глупо переживать из-за красоты какой-то совершенно незнакомой женщины! У нее самой немало шелковых платьев, и если бы Джессамин захотела, то могла одеться ничуть не хуже. В конце концов, редко найдется женщина из благородных, которой вздумается разъезжать, переодевшись крестьянским пареньком.

Ну а завидовать тому, как живет эта дама, и вовсе глупо. Даже если это неземное создание и проводит дни и ночи под пологом из роз, в окружении армии менестрелей и влюбленных воздыхателей, распевающих любовные серенады, так что из того?! Все ее мечты о жизни, такой же чудесной, как на картинках в любимом романе, так и останутся при ней — ведь она всегда знала, что это всего лишь сказка. А ее реальность — это замок Кэрли и эта дикая страна, а вовсе не увитые розами, благоухающие шатры, из зелени.

Джессамин, помедлив, привстала в стременах, чтобы бросить последний взгляд на трактир. Вдруг что-то привлекло ее внимание. Какой-то зловещий отсвет появился между домами. Он то темнел, то как-то непонятно мерцал, озаряя все вокруг.

— Пожар!

Нед снова залаял. Сердце Джессамин вдруг сжалось от неясного предчувствия приближающейся опасности. Она похолодела; пламя бушевало в доме Агнесс!

Круто повернув коня, Джессамин галопом понеслась назад к охваченному пламенем дому. Нед мчался рядом, заливаясь хриплым, тревожным лаем. Должно быть, кто-то из местных поджег дом, пока она была в трактире.

Багровые языки пламени жадно облизывали крышу. Всю прошлую неделю погода стояла на редкость сухая, осеннее солнце заливало землю жаркими лучами, и теперь дом горел, как стог соломы, к которому поднесли огонь.

Краем глаза Джессамин увидела несколько смутных теней, притаившихся возле самой стены, и через мгновение двое неизвестных метнулись к опушке леса на самом краю деревни. К несчастью, они бежали слишком быстро и она не смогла разглядеть их лиц.

К ее ужасу, когда Джессамин остановилась возле дома, она обнаружила, что вся передняя часть вместе с крыльцом уже охвачена пламенем. Судя по долетавшим до нее диким крикам, Агнесс и Мэвен остались внутри, оказавшись в огненной ловушке.

Девушка в отчаянии соскользнула с седла на землю, едва не угодив в стоявшую возле дома бочку с водой.

Джессамин торопливо набрала полную бадью воды, отчаянно пытаясь вытащить ее. Размахнувшись изо всех сил, она выплеснула воду на горящую дверь. Пламя злобно зашипело, выпустив огромный столб дыма, и тут же взвилось вверх. Джессамин таскала бадью за бадьей, заливая огонь, напрягая все силы, чтобы сбить пламя и прорваться внутрь дома. Если ей повезет и она зальет огонь хотя бы ненадолго, то, может быть, сумеет выпустить несчастных женщин из смертельной ловушки.

Привлеченные ревом пламени, вокруг стали кучками собираться крестьяне. Кое-кто, постояв немного, бежал к своему дому. Усиливавшийся ветер разносил повсюду искры, и каждый дрожал от страха при мысли, что достаточно одной искры, и пламя охватит всю улицу.

Джессамин обернулась к толпе, зовя на помощь. Несколько мужчин и женщин выступили вперед, неохотно послушавшись, но остальные только тихо перешептывались между собой, наблюдая за ревущим пламенем. Вне себя от бешенства, Джессамин набросилась на них с руганью, но добилась лишь того, что еще двое мужчин из толпы присоединились к ней.