Чтение онлайн

— Ну, это не смущает.

— Судя по вашему лицу, вы все же купили кристалл-движитель, но ничего узнать не смогли.

— Даже меньше, чем ничего.

— Поясните, как вам такое удалось.

— Помните, горец предупреждал вас, что не следует пытаться перезагрузить кристалл, а равно вскрывать коробочку, в которой он находится?

— Прекрасно помню, я еще и вас предупредил. Что, сделали попытку?

— Вот именно. И кристалл при этом взорвался.

— Надеюсь, вы не пострадали?

— Нет, разумеется, если не считать потерь времени на отмывание лица и рук. Я оказался весь в темно-коричневой пыли. Моя дура-служанка приняла меня за выходца из подземелий Темного, судя по интонации ее визга. Отдать справедливость нашему поставщику: он превосходно защитил свое изделие. Правда, не знаю, как он это сделал, но уверен, что, покопавшись, можно найти способ. Но потом я подумал, что защита все же несовершенна.

— Видимо, я не уследил за вашей мыслью. Как она может быть несовершенна, если кристалл взорвался, а другого у вас, как понимаю, нет?

— Я имел в виду иное. Да, кристалл взорвался, но пыль осталась. Я собрал со стола, сколько сумел, и отнес на исследование одному алхимику. И знаете, что он мне сказал?

— Догадываюсь, с вашего позволения, хотя о кристаллах знаю много меньше вашего. Он сказал, что таких кристаллов он вообще раньше не видел и даже не знал, что они существуют.

— Вы попали сороке в глаз, именно это он и сказал. Кстати, насчет своих знаний о кристаллах вы напрасно прибедняетесь. Так вот, в обычном пирите железо и сера суть основные составляющие. А в этом еще и свинец. Могу подтвердить: я сам никогда ни о чем подобном не слыхал и не читал. Но отсюда можно сделать еще один вывод.

— Вы позволите его сделать за вас?

— Делайте. А потом сравним.

— Так вот, этот кристалл или искусственного, или естественного происхождения. В первом случае очевидно, что горец сам изобрел такой метод, иначе вы бы знали, что таковой существует. Возможно. Но если этот кристалл естественного происхождения, учитывая то, что никто и никогда ранее подобных не видел, то делаю вывод: таких месторождений в стране нет. Значит, источник лежит или за Черными землями, или за Великим океаном. А что вы сами считаете?

— Почти то же самое. К вашему сведению, алхимик мне рассказал о попытках получить пирит искусственно. Это не так и трудно: порошок серы смешивается с железными опилками и нагревается. И знаете, что получается? Мелкокристаллическое нечто. Магическая ценность равняется ценности гранита. А полноценный кристалл получить еще никому не удавалось. Потому и полагаю, что первая гипотеза маловероятна.

— А вторая?

— Похожа на правду. Мне известно не менее трех разновидностей кристаллов, что в стране не добываются, но привозятся из-за Черных Земель. Значит, может быть четвертая. Некоторые подтверждения тому имеются — хотя бы связь горца с Хатегатом. Он всеми силами пытается обойтись без посредников, что не так просто, по всей видимости.

— Разрешите добавить пару медяков в ваш сундук. Я послал гонца с письмом к Профес-ору с просьбой дать знать, каковы перспективы получения подобных кристаллов. Ответ таков: уважаемый Профес-ор отбывает в Субарак, где пробудет никак не менее двух недель. По прибытии возможны поставки кристаллов. Субарак — порт. Вывод сами сделаете?

— Даже два. Первый совпадает с вашим: кристаллы из-за Черных Земель. Второй: хотя Субарак дальше Хатегата, но его предпочитают. Почему? Безопасность?

— Именно, дорогой Гахар. О дороге на Хатегат ходят не очень хорошие слухи. И ранение нашего поставщика тому подтверждение.

— Наверное, вы правы, дорогой Варон. Вроде складывается цельная картина. И все равно мне не дают покоя эти бесцветные кварцы. Ну совершенно они не похожи на то, что я когда-либо видел.

— Тогда я расскажу вам о выводах, которые я сделал, общаясь с этим горцем. Первое: уверен, что он не маг…

— Вынужден вас прервать: я в этом далеко не уверен.

— Это почему же?

— У него лиценциат в подчинении.

— А вы у меня в подчинении. И что?

— Об этом я и не подумал. Ладно, убедили. А дальше?

— Он очень сведущ в кристаллах и со всем, что с ними связано. Имею в виду не магию, конечно — виды кристаллов, как они образуются в недрах земли, где могут встречаться и всякое такое. И он горец. Понимаете?

— (очень медленно) Кажется, понимаю… Вы сказали значительно больше, чем прозвучало. Вы, конечно, знаете, кто такая Моана-ра?

— Доктор магии жизни, очень дорого берет за услуги и все равно принуждена отказываться от некоторых работ — настолько велик спрос. Лично не знаком. Возраст ее тоже не знаю, хотя предположения есть.

— Вот именно, возраст. Однажды я слышал ее разговор в Гильдии магов. Она говорила о старых временах, когда магия не была столь развита. И говорила она о науке о кристаллах, которая в те времена существовала. Потом ее развитие заглохло. Кому нужна такая наука, когда кристаллов и так хватает — были бы деньги. Специалисты вымерли, понятно. Но, по словам Моаны-ра, в последнее время стал проявляться дефицит кристаллов. 'Последнее время' — это по ее счету, полагаю. А если дефицит имеется — значит, должен появиться и спрос на таких вот знатоков кристаллов.

— Насчет возраста вам виднее. Но согласитесь, что картина складывается… пусть и не совсем ясная, но без явных противоречий. Кстати, вот тот кристалл, с которым вам надо работать.

— Да уж, кристаллы от Профес-ора получше будут. Всего вам пресветлого.

— И вам.

И вот мы выехали: я, Сарат, Тарек, Вахан и Сафар. Ира напрашивалась, но Моана резонно указала, что первую помощь (пусть даже хуже нее) может оказать лиценциат. Все нужное было запаковано и погружено. Запас денег тоже прилично оттягивал карманы. Планы составлены. Осталось лишь посмотреть, сколько они продержатся.

Мы не успели проехать и четверть пути, как мне стало казаться, что дела идут неправильно. Мысленно пробежавшись по цепочке событий и не найдя ничего такого неправильного, я забеспокоился. К сожалению, Тарек это заметил.

— В чем дело, командир?

— Что-то идет не так.

— Помилуйте, Пресветлые, — что?

Я постарался объяснить.

— Понимаешь, все идет так, как и должно идти. Все в полном порядке. Между тем давно уже пора начаться беспорядку, а его нет. И если я не вижу дел, идущих наперекосяк, — значит, я плохой командир, который чего-то важного не замечает. А я хочу быть хорошим.