Чтение онлайн

— Это еще не все! — подняла руку перед собой, стараясь этим жестом остановить мужчину.

— Что еще? — спросил брат.

— Ты не сказал, какая вторая ипостась у айерханов, — хлопнула ладонью по свой коленке.

— Есть у меня гравюры с прекрасными изображениями рода Хары, — кивнув, соглашаясь с моими словами, произнес Бристан и направился к книгам на стеллажах, где имелись большие и очень старинные книги.

Невольно засмотрелась на него со спины. Зильгу можно было понять, красивый парень мой брат. Только на мой взгляд все же старый. Ни за что не поверю, что у него до сих пор не было возлюбленной, что бы они в этом мире не думали о любви. Вспомнить хотя бы нейеру Ленита, которая, услышав мою фамилию, от ревности чуть не позеленела. И этот некромант будет утверждать, что женщина не испытывает к нему чувств, а только движения магии? Ну-ну, много ты понимаешь, мужчина. Я воспитывалась в другом мире, и то сразу заметила, как на тебя преподавательница среагировала.

— Смотри, — подошел ко мне Бристан и встал с боку от стула, на котором удобно расположилась книга.

Древний фолиант был распахнут на странице, где очень красочно был изображен дракон. Нет, не дракон, но точно какая-то ящерица с крыльями. На картинках, что видела в своем мире, драконов несколько иначе изображали, хотя с другой стороны, откуда художники могли знать, как выглядят настоящие драконы?

— Это драконы? — с интересом разглядывая живописные картины, спросила брата.

— Драконы — вымысел, — тут же просветил Бристан, — это аейрханы.

— Но они с крыльями, значит, могут летать? — продолжала рассматривать ящеров.

— Могут, — подтвердил директор, — они так же очень выносливы, как оборотни, способны к быстрой регенерации.

— Они шипят? — вспомнилась вчерашняя сцена на лестнице.

— Шипят? — переспросил Бристан.

— Ш-ш-ш, — постаралась воспроизвести звук, услышанный на лестнице, — как, змеи.

— Нет, — мотнул головой брат.

На одной картине изображался зеленый айерхан. Широко распахнутые перепончатые крылья, небольшую голову очень эффектно украшали два рога-отростков, миндалевидный разрез глаз с черным зрачком, полностью занимающим глазное яблоко. Когтистые, мускулистые конечности с крепкими когтями, шипастый хвост. Весь внешний облик нес какую-то звериную воинственность. Если Хара вот такая же во второй ипостаси, то Зильга была права, когда советовала не становиться на ее дороге. Такая махнет хвостом, и от меня мокрое место останется.

Не удержалась и провела пальцами по картине, назвать это рисунком не позволяла совесть. Изображение было настолько художественное, что внушало невольное почтение мастерству того, кто это сделал. Подушечки пальцев неожиданно стало пощипывать холодом, а затем словно воздушная рябь пробежалась над изображением, и картина ожила. Отдернула руку, но было поздно. Айерхан повернул голову и внимательно посмотрел в мои глаза, от его холодного взгляда мурашки пробежались по телу. Хлопок перепончатыми крыльями и резкий крик заставили вздрогнуть. Мамочка. Картины из этого фолианта оживают?! От страха захлопнула старинную книгу дрожащими руками, всей душой надеясь, что айерхан не вылезет из книги. Стараясь унять бешено колотящееся, сердце, я передала фолиант в руки брата. Он в это время рассматривал исписанные листы на столе и не заметил того, что со мной произошло.

Отчего-то пропало всяческое желание расспрашивать об оживших гравюрах. С этой магией с ума можно сойти. Хищники нападают, картины в книгах оживают, и нет никакой уверенности в том, что этот айерхан не ухватил бы меня за руку, не успей я её отдернуть.

— А вампиры? — спросила брата, когда немного успокоилась.

— Что вампиры? — озадачено переспросил он меня.

— Расскажи мне о них, — попросила я, — Меня интересует причина, по которой нейер Хален так старается все время подставить меня.

— Хален, — протянул немного задумчиво Бристан, — Вампиры, как и метаморфы, живут закрытыми родами. Но если у метаморфов все же иногда случаются браки с другими расами, как например, произошел род Гарисона, то вампиры всегда следят за чистотой крови.

— Черт, да мне в страшном сне не привидится, что за вампира можно выйти замуж, — передернула плечами от отвращения.

— Интересно, почему? — с любопытством уставился на меня брат.

— От их вида меня в дрожь бросает. Кровопийцы. Рискуешь однажды утром не проснуться в доме такого, — несколько сумбурно сказала я, обхватив себя руками за плечи, будто стараясь отгородиться от вампиров.

— Кровью они питаются только человеческой, остальная для них не подходит, — пояснил некромант.

— Да? Почему? — приободрилась тут же я.

— Только у людей нет магии, — был простой ответ.

— Несовместимость, — понятливо протянула я.

— Именно, — кивнул Бристан, — у каждой расы свои особенности магии. Собственно, именно по этой же причине вампиры сторонятся межрасовых браков.

— Да кто вообще на них посмотрит? — Презрительно произнесла я.

— Это ты зря, — неожиданно усмехнулся брат, — Если вампир захочет обольстить юную девушку, то никакая родовая защита не поможет.

Я даже закашлялась от такого. Постучала себя по груди, стараясь вернуть нормальное дыхание. Только вампиров-соблазнителей не хватает в моей и так странной жизни.

— Зачем им это, ведь браки с другими расами им не нужны? — чуть охрипшим голосом спросила мужчину.

— Соблазнить и жениться — разные вещи. Ты не находишь? — сказал брат, и я молча в согласии кивнула.

— Девушки-вампиры парней тоже соблазняют? — решила уточнить на всякий случай.

— И такое бывает, но обычно им хватает своих любвеобильных вампиров, — прояснил и этот момент директор Академии.

— И здесь это считается нормальным? — пыталась понять окружающий мир, задавая вопросы дальше.

— Если не происходит убийств, то вполне вписывается в нормы морали, — добил меня окончательно брат.

— Убийств? — голос опять осип. Страшно стало. — И часто такое здесь случается?

— Иногда. Впрочем, как и в мире людей, — спокойно сказал брат.

Наверное, он все же прав. Не мне тут сидеть и читать нотации о морали, если в мире людей, где выросла, сама промышляла воровством. Не убийствами, но все же находилась под пристальным взглядом закона. Тот же Лешнёв не просто так появлялся в моей жизни, только следователь ничего не мог нам с Димкой предъявить, потому все еще разгуливала на свободе, а не сидела на нарах.

— Что этому Халену от меня надо? — немного освоившись с новой информацией, продолжила расспросы. Ведь надо мне знать, чего хочет от меня этот вампир, чтобы выжить на занятиях.

— Дело не в тебе, — сообщил Бристан, — Это идет давняя борьба за первенство между вампирами и метаморфами. Мы признаны элитой общества, а Халену это не нравится. Официально вампиры стараются предъявить претензии, основываясь на том, что наша кровь не настолько чиста, как их. Но любая раса может показать примеры смешанных браков, так что это не аргумент. Хален претендует на то, чтобы стать во главе Академии некромантии. А это плохая идея.

— Что может произойти? — напряглась тут же.

— Академию всегда возглавляли метаморфы, как признанная элита общества, — продолжил рассказывать директор, — это косвенно подтверждает превосходство нашей расы над остальными. Метаморфам подвластны все виды магии, что позволяет решать спорные вопросы. Вампирам же свойственна лишь магия смерти. Если Хален станет директором Академии некромантии, то вскоре сюда закроется доступ остальным расам. Конечно, оборотни и метаморфы смогут обучаться в своих родах, но тогда эти миры станут отрезанными друг от друга.