Чтение онлайн

Алексей.

Зачем он привёл в свою холостяцкую квартиру Юльку - самого очень интересовало. Просто почему-то её присутствие доставляло удовольствие, хоть и раздражало одновременно с этим.

Они уже наполовину опустошили бутылку, когда Соколовой приспичило включить музыку и посмотреть его детские фотографии. И самое смешное, что отказать ей Алексей не смог! Глупо улыбаясь, включил телевизор, нашёл музыкальный канал и отправился в спальню, за фотоальбомом.

Спустя пять минут они вдвоём сидели на полу, девушка положила ему на плечо голову, у его колена стояла вторая бутылка мартини, к которой оба прикладывались попеременно, и смотрели школьные и не очень фотографии.

– А вот эту я не помню, - язык у Юли заплетался, к тому же у неё явно нарушилась координация движений, так как вместо того, что бы ткнуть пальцем в своё лицо на фото, она попала ему прямо по внутренней стороне бедра. К удивлению Алексея, его тело среагировало весьма однозначно на этот жест. У него весь вечер, да и большую часть ночи не проходило стойкое ощущение того, что он воспринимает сидящую рядом девушку как-то иначе, чем во время учёбы. И дело явно не в том, что она, скажем так, выросла и стала более женственной, раскованной...

Что она делает, чёрт побери?!

Задумавшись над собственными чувствами в отношении своей гостьи, Алексей не сразу заметил, что Юлька перебирает пальцами по поверхности его бедра, медленно и ненавязчиво подбираясь к животу. Забравшись рукой под одежду, она стала поглаживать кубики пресса, заставляя молодого человека напрягать мышцы.

– Мы, кажется, смотрели фото, - медленно протянул он, останавливая разошедшуюся девушку, перехватив её руку и чуть отодвинувшись.

– Угу-м, - кивнула Соколова, сосредоточенно нахмурив брови и закуси нижнюю губу, непроизвольно напомнив ему о том поцелуе на танцполе, что тоже не улучшило ситуации.

– Юля, - попытка воззвать к разуму девушки благополучно провалилась. Её рука спокойно высвободилась из его хватки и продолжила путешествовать по его телу, снова забравшись под водолазку. Голова Соколовой продолжала лежать на его плече и вообще, вся её поза говорила об абсолютном удовлетворении сложившейся ситуацией.
– Соколова, твою мать...

– Видел, но поздороваться забыл?
– Тут же насмешливо откликнулась она, слегка повернув голову так, что бы видеть лицо Алексея. Одного взгляда её спокойный серых глаз, где в глубине плескалась искорка лукавства, оказалось достаточно, чтобы забыть обо всём, что их окружало.

Волков медленно отстранился. Взяв Юлю за подбородок, приблизил лицо к своему и осторожно, очень аккуратно коснулся приоткрытого рта. Провёл языком по нижней губе, ощутив привкус мартини и чего-то ещё, более приятного. Глубоко вздохнув, Соколова обхватила его голову руками, и сама поцеловала его, при этом повалив на пол. Попутно они опрокинули бутылку, но не заметили этого, продолжая целоваться.

– Это идиотизм, - пробормотала Юля, оторвавшись от него на пару мгновений, что бы глотнуть воздуха.

– Ты так думаешь?
– Алексей не понимал, что происходит и не хотел даже пытаться разобраться в этом, снова притягивая её к себе.

– Уверена, - спустя минуту снова подала голос девушка, весьма удобно устроившись у него на животе. Выпрямившись, Соколова с какой-то слегка садистской ухмылкой, стала гладить его по груди, обрисовывая рельеф мышц тонкими пальцами. Только годы спустя, он смог заметить, что у неё хрупкие, тонкие руки, с длинными пальцами.
– Волков, а ты, оказывается, очень даже ничего... После такого количества мартини.

– А ты, слишком много болтаешь!
– Рыкнул он и резко повернулся, подминая под себя засмеявшуюся вдруг девушку. Заметив, что она так и не перестала веселиться, Алексей сердито поцеловал её, жёстко и требовательно, что бы спустя секунд тридцать понять - здесь он явно не самый главный. Да, опыта ей явно не особо хватало, но...

То ли алкоголь заменял его с лихвой, то ли природная чувственность, но Юля с лёгкостью перехватила инициативу, заставив подняться, подхватить её на руки и усесться на диван. И всё это, не прекращая поцелуя.

Сколько так продолжалась, Алексей точно не мог сказать, но в какой-то момент, он почувствовал, что девушка чуть отстраняется. Разжав объятия, он вопросительно посмотрел на Юлю.

– Я сейчас, - мило улыбнулась девушка и пулей стартанула с его колен в сторону коридора. При этом её весьма ощутимо покачивало из стороны в сторону.

Вздохнув, Волков снял с себя пиджак и водолазку, после чего вытянулся во весь рост на диване и стал ждать, мысленно рисуя продолжение их поцелуев в весьма фривольном стиле. Он и сам не заметил, как уснул, утомлённый событиями слишком уж бурной ночи.

Алексей не проснулся даже тогда, когда с него кто-то стянул одежду. А стоило рядом пристроиться кому-то маленькому и тёплому, он просто обнял девушку за талию и повернулся набок, уткнувшись носом в её волосы.

6.

Пирс: Клингер, хочешь немного объективной критики? Клингер: Нет, сэр.

Пирс: Надень нижнюю юбку. Оно просвечивает. Так что все видно насквозь...

Клингер: Ну конечно. У меня много нижних юбок. Пирс: А как ты его раздобыл?

Клингер: Заказ почтой, сэр. Пирс: Белое свадебное платье?

Клингер: Именно так. Я же - девственница!

Сериал "M*A*S*H" сезон 1, серия 18 "Дорогой отец... Снова"

Юлия.

Rummstein "Feuer Frei". Эта песня способна поднять мёртвого, коим я, собственно, не являюсь. Хотя с подобным заявлением, в принципе, можно поспорить, учитывая, как мне сейчас "хорошо"...

– Чёртов будильник, - буркнула себе под нос и попыталась поудобнее устроиться на какой-то не очень удобной поверхности, служившей мне подушкой. Она пахла одеколоном и чуть потом, ну и мужским телом.

Так, отмотаем назад. Мужским телом? И где ж ты, Соколова, умудрилась заснуть?!

Открыв один глаз, обозрела очень симпатичное, слегка загорелое, с чётким и красивым рельефом мышц тело. Что бы понять, как всё выглядит в целом, пришлось открыть второй и только спустя минуты три до моего усталого, хмельного, ещё сонного мозга дошло, что я лежу на диване, в обнимку с по пояс обнажённым Волковым.

Вздохнув, опустила взгляд. Упс, нет, не по пояс. Полностью. И, кажется, если верить туманным воспоминаниям, именно я его так подраздела. Какой кошмар...